Пятьдесят на пятьдесят - Стив Кавана

– «Нация превыше всего», Ку-клукс-клан или любая другая группа сторонников превосходства белой расы, которую ты озаботишься припомнить, без колебаний убивают белых людей, если придется. Но в данном случае такой необходимости не было. Она изначально планировала убить кассиршу. Вот, глянь…

Блок опять запустила воспроизведение, и на сей раз Кейт рассмотрела фигуру более внимательно. Теперь ей окончательно стало ясно, что это и вправду женщина. Едва войдя в магазин, та ненадолго исчезла из поля зрения камеры.

– Вот… Оказавшись внутри, эта женщина первым делом заблокировала стеклянные раздвижные двери. Когда кассирша увидела, что она сделала с аптекарем, то бросилась к дверям, но они не открылись, как ожидалось. Убийца могла оставить кассиршу в живых. Она этого не сделала. Из аптеки ничего не было взято. Ни наличных, ни лекарств. Плюс использовалось холодное оружие, что наводит на мысли в первую очередь об убийстве, а не ограблении. Такой вот туристский топорик в данном случае идеально подходит – достаточно тяжелый, чтобы нанести серьезный ущерб, но при этом и достаточно легкий для нанесения быстрых и точных ударов. Да и спрятать его не проблема.

– Почему было не воспользоваться пистолетом?

– Ствол оставляет после себя пули, по которым его можно отследить. Кроме того, от огнестрельного оружия слишком много шума, есть риск привлечь внимание. И даже наемные убийцы, даже реальные профи, с каждым новым заказом все чаще предпочитают работать с близкого расстояния, поскольку их начинают привлекать не только деньги, но и сам процесс убийства, власть над жертвой. Эта женщина… – сказала Блок, указывая на застывшее изображение фигуры в черном на экране. – Ей уже приходилось убивать. Она даже не побежала от прилавка к кассе. Просто пошла. Не спеша. Никакой паники. Если…

– Если что?

Блок еще долго изучала изображение на экране, прежде чем ответить:

– Я бы сказала, что она наслаждалась этими убийствами.

Официантка принесла сэндвич с фрикадельками, щедро политыми соусом маринара, а затем салат и картошку фри, которые Кейт отодвинула в сторону. У нее пропал аппетит. Блок взяла сэндвич и откусила от него. Соус потек ей в уголок рта, и она вытерла его салфеткой, заметив при этом:

– Я думала, ты проголодалась?..

Кейт молча показала ей средний палец. Блок улыбнулась.

– Я все еще не понимаю, как это связано с делом Авеллино, – наконец произнесла Кейт.

– Может, и никак. Мне нужно проверить данные о продажах и складских запасах галоперидола и присмотреться к этому фармацевту. Он наверняка и был главной целью. Нужно убедиться, что это не было местью за то, что он выдал не те лекарства или что-то в этом роде. Хотя я в этом сомневаюсь. Тем не менее я хотела бы это исключить. И есть еще кое-что, имеющее непосредственное отношение к этому делу.

Кейт терпеливо ждала.

Блок откусила еще кусок сэндвича. Прожевала его, проглотила, вытерла рот и только тогда продолжила:

– Помнишь тот день, пару недель назад – когда рассматривали наши ходатайства? Мы тогда видели женщину на мотоцикле. Всю в черном. Она подрезала нас, а потом проскочила на красный прямо за углом отсюда.

– Да ладно тебе… Это-то здесь при чем? Просто совпадение.

Блок языком убрала крошку сэндвича, застрявшую в зубах. Сделала большой глоток кофе, откинулась на спинку стула и объявила:

– С того дня я ее еще пару раз видела. Черная кожаная одежда… Черный шлем с тонированным забралом… В последний раз – вчера вечером.

– Где?

– Через дорогу от твоей квартиры.

Кейт застыла с открытым ртом, а затем разразилась беззаботным смехом.

– А я уже почти купилась… Да ладно тебе, Блок! Ты придаешь этому слишком большое значение. Зачем кому-то следить за нами?

Судя по ее виду, Блок явно не шутила. Она отложила свой сэндвич и высказала все открытым текстом:

– Если б лично меня судили за убийство, которое я реально совершила, я бы тоже понаблюдала за адвокатами. Обеих сторон. Дабы убедиться, что они не подобрались слишком уж близко. Ну а если уж это произойдет – тогда бац, и готово.

Кейт на миг задумалась, после чего спросила:

– А ты не думаешь, что это дело имеет какое-то отношение к тому, что случилось с той женщиной, которая работала на Эдди Флинна?

– Не возьмусь сказать наверняка, но я бы не удивилась.

Разговор прервался, пока Блок приканчивала свой сэндвич, а Кейт ковыряла картошку фри. Покончив с едой, они вместе двинулись обратно на Сентер-стрит. Было темно, безветренно, но температура уже опустилась ниже нуля и быстро падала. Блок оставила машину на Леонард-стрит, и настало время вместе вернуться на квартиру Кейт, чтобы серьезно подготовиться к завтрашнему дню.

Когда они пересекали узенькую Хоган-плейс, Кейт увидела Драйера, стоящего у входа в прокуратуру со своими помощниками. Они кутались в пальто, выдыхая облачка морозного пара, пили кофе из бумажных стаканчиков и курили сигареты. Их разговор прервался, когда они увидели приближающихся Кейт и Блок. Кейт никак не показала, что заметила Драйера, – просто прошла мимо, опустив голову. Но не успели они с Блок оказаться за пределами слышимости, она уловила, как Драйер пробормотал что-то, что было встречено взрывом издевательского смеха. Она не сомневалась, что смех был адресован им.

Блок это вроде ничуть не задело.

Они остановились на пешеходном переходе к Леонард-стрит, и Блок нажала на кнопку светофора. Эта часть Сентер-стрит была односторонней – все движение шло слева от них. Мимо пронесся грузовик, а затем несколько легковушек. На противоположной стороне пешеходного перехода Кейт увидела женщину на позднем сроке беременности – красное пальто туго обтягивало ей живот. Женщина положила на живот руку, словно прикрывая его от окружающего мира – в той манере, которую некоторые беременные находят успокаивающей. Ее жест заставил Кейт улыбнуться. Этого ребенка уже любили, хотя он еще даже не появился на свет. Потом подошел и встал рядом с ней какой-то мужчина с седыми волосами, в дорогом кашемировом пальто, который с недовольным видом еще раз ткнул в кнопку перехода, как будто этот светофор поставили здесь специально для него.

Наконец одна из подъезжающих легковых машин сбросила скорость и затормозила перед стоп-линией прямо перед Кейт. Потом подкатил автобус, остановившись рядом с ней. Загорелся зеленый свет. Кейт и Блок начали переходить улицу.

Беременная женщина и седой мужчина двинулись им навстречу с противоположной стороны.

Кейт и Блок миновали легковушку и уже оказались перед автобусом, когда вдруг услышали какой-то странный звук, который отразился от зданий, растекся по асфальту и наконец завибрировал прямо в груди у Кейт. Шум усилился, его громкость ракетой взвилась