Один в поле клоун - Анастасия Хомина

Александру, что ты используешь женщин по их прямому назначению, — невозмутимо отреагировала его матушка вместо меня.

— Это как? — не понял он.

— А что тут не понятного, внучок? Трахаешься, — ответила ему бабушка.

У меня дернулся глаз. Я посмотрела на серьезное лицо Макса в ожидании скандала, но он неожиданно разразился громким хохотом. За соседним столом парень с девушкой от неожиданности выронили свои столовые приборы.

— Мать, ты не исправима, — вытер Максим выступившие слезы. — Только в этот раз ты слегка промахнулась. Мы с Сашей не спим.

— Пусть будет по-твоему, — осталась при своем мнении Феодулия Марковна.

Я решила забить на ее мнение и принялась поглощать салат. Непроизвольно отметив, что готовят в этом заведении замечательно, я справилась с едой за считанные минуты.

— Александра, вы с голодного края? — съязвила мать Макса.

Если она думает, что ей удастся вывести меня из себя, то она глубоко заблуждается.

— Да, — ответила я с убийственной улыбкой и нарочно громко отхлебнула кофе. Макс последовал моему примеру. Я с наслаждением отметила, как вытянулось лицо у Феодулии Марковны.

— Это не прилично, — возмутилась она.

— Зато вкусно, — парировала я.

— Александра, какое у вас образование? — спросила она с ехидной улыбкой.

— Высшее. Я переводчик.

— Человек с высшим образованием не умеет себя вести в приличном обществе? — приподняла она одну бровь.

Я перевела взгляд с нее на Перпетую Арнольдовну и обратно. Кого она тут приличным обществом считает? Одна не может держать себя в руках, что бы ни нахамить незнакомому человеку, другая разгуливает с битой в руках и крушит кафе. Действительно, приличное общество.

— Вас волки растили? — ехидно продолжала она докапываться.

— Я выросла в детском доме, — холодно ответила я.

— Значит родители или алкоголики, или наркоманы. Максим, ты можешь найти, наконец, себе приличную спутницу? — взвизгнула она.

— Мама!

— Бедная девочка. Досталось тебе? — неожиданно ласково пробормотала мне старушка.

— У нас были хорошие воспитатели, — успокоила я ее.

— Повезло. Тяжело расти без родителей, — вздохнула Перпетуя Арнольдовна.

Я неопределенно пожала плечами.

— Как бы там ни было. Если вы имеете виды на моего сына, то должны вести себя соответствующе ему, — прервала ее Феодулия Марковна ледяным тоном.

Я расхохоталась, вспомнив нашу первую встречу.

— Осталось купить забавные трусы и соответствие будет идеальное, — сквозь смех с трудом выговорила я.

Женщины посмотрели на меня непонимающим взглядом, а Макс не успел ответить. У него зазвонил телефон.

— Да, через полчаса будем, — ответил он собеседнику и, нажав отбой, повернулся ко мне.

— Смирнов звонил. У него поменялись планы. Просит приехать сейчас.

— А почему он тебе звонит? — возмутилась я.

— Может потому что кто-то не отвечает на звонки? — парировал он.

Я нашла в сумочке телефон.

— Блин, он разрядился.

— Ну вот. Поедем?

— Да, — вскочила я.

Я готова была сейчас свалить на край света, чтобы больше никогда не видеть мать Максима.

— Мамуля, бабуля, дела зовут. Извините нас.

— Пока, пока, — пропела Перпетуя Арнольдовна.

— До скорой встречи, — хищно улыбнулась Феодулия Марковна.

Меня непроизвольно передёрнуло. Упаси господь нам ещё раз встретиться.

Максим оставил деньги за обед, и направились к машине.

— Упаси господь, иметь такую свекровь, — не выдержала я, пристегивая ремень безопасности.

— Да, — вздохнул Макс, — мама специфичный человек. У нее сложный характер.

— Зато бабуля явно с юмором, — закатила я глаза.

— Это точно. Помню, когда я во втором классе случайно разбил окно, вызвали родителей в школу. Мама была на работе и к директору явилась бабушка. Как сейчас помню, у нее были волосы выкрашены в зеленый цвет, в ушах висели огромные серьги в виде наручников, и одета она была в платье собственного кроя: этакая хламида болотного цвета изрезанная на полоски, которые при движении развивались словно щупальца. Не знаю, как директора школы не хватил в тот момент удар, но меня всегда настоятельно просили приводить в школу именно мать.

Мы переглянулись и расхохотались.

Глава 34

Михаил Иванович сидел у себя в кабинете и перебирал бумаги. При виде нас он отложил документы и доброжелательно поприветствовал, как родных:

— Привет. Кофе будете?

— Да, — в унисон ответили мы, а Смирнов засиял, как тульский самовар.

Он достал из сейфа огромную банку растворимого кофе и пакет с пряниками. Отчего сей припас находился под охранной мне осталось неведомо. Может, боялся, что вечно голодные коллеги посягнут на его запасы.

— Ну что ж, — сказал он, отпивая кофе и поник, — Александра я вас огорчу, но Павла мы не задержали. Они с Анной успели покинуть страну и нам неизвестно их местонахождение. Старший Суханов утверждает, что не знает, куда рванули его дети.

— Как так то? — возмутился Макс.

Смирнов развел руками.

— В тот день, когда милые детки Суханова напали на Александру, мы не вели за ними наблюдение, — и он посмотрел на меня. — В тот день планировалось накрыть один наркопритон и все силы были брошены туда. Вас спасло то, что когда Павел вытащил вас из машины, то к болоту вышел лесник, который собирал грибы. Григорий, так зовут мужчину, бросился к вам, и это дало возможность Павлу и Анне уехать. Но Григорий мужик не промах. Он запомнил номер автомобиля и позвонил в участок, сразу же после звонка в скорую помощь. Григорий тащил вас на себе до трассы, так что не забудьте сказать ему спасибо.

— У вас есть его контакты? — деловито осведомилась я.

Пока я была в больнице, Смирнов отказывался, что-либо рассказывать. Эту информацию в том числе. От скуки я несколько раз звонила ему, но слышала всегда одно и то же: разбираемся.

— Да, напомните, в конце разговора дам вам их.

— Обязательно, — кивнула я.

— Что касается вас, — повернулся он к Максу и сверкнул глазами, — какого хрена вы понеслись к Суханову домой? На что вы рассчитывали?