Игра в кости - Камилла Лэкберг

компании «Тиндер-Торкеля» и сериала «Актуальная любовь» по телевизору.

С утра полегчало. Юлию утешала мысль, что сегодня она не увидит мужа и вдобавок встретится с Адамом. Пусть даже не тет-а-тет, а в компании коллег. Вероятно, в каком-нибудь популярном психологическом пособии ее случай мог служить иллюстрацией того, что называют «эмоциональный хаос».

Юлия оторвалась от ноутбука и увидела, что все собрались. Краем глаза отметила Адама, но не подала вида под направленным на нее пристальным взглядом Винсента. В присутствии менталиста допустимо быть полицейской начальницей, и никем иным.

Кристер сидел на своем обычном месте, а Боссе, разнообразия ради, лежал в углу возле миски с едой. Пустое кресло Педера между Кристером и Рубеном почему-то напоминало о бессоннице. Юлия отметила, что Мина сидит слишком близко к Винсенту. Может, менталист накануне вымылся гелем «Yes» с ароматом лимона?

Дверь открылась. Вошел растерянный Локи.

– Извините за опоздание, – сказал он. – Пошел искать туалет и заблудился. Спросить дорогу было не у кого.

Винсент широко улыбнулся.

– Это Локи из лаборатории судмедэкспертизы, – представила Юлия ассистента Мильды. – Если кто не знает, он располагает бесценной информацией о наших жертвах. Думаю, Локи можно считать членом нашей маленькой следственной группы.

– Для меня это большая честь, – кивнул Локи.

Он неуверенно оглядел комнату и занял пустое кресло между Кристером и Рубеном. Все стихли. Юлия затаила дыхание. Локи сидел в кресле Педера.

Ничего не произошло. Мир не полетел в тартарары. Призрак Педера не загремел стулями. Стрелка часов на стене переместилась с 8:59 на 9:00. Жизнь продолжалась.

– Ну что ж, начнем, – вздохнула Юлия. – Поскольку исчезновение министра юстиции может быть связано с костями в метро, нашему расследованию дан зеленый свет. СЭПО ищет Никласа, мы должны помогать им всей доступной нам информацией.

– Как это связано? – спросил Кристер.

– Пока все очень неопределенно, – ответила Мина. – Я разговаривала с отцом пропавшего министра. В биографии Никласа есть кое-какие детали, схожие с тем, что мы слышали о наших жертвах. Но не более того.

– Будем работать с тем, что есть, – сказала Юлия. – Сейчас мы не можем позволить себе ничего игнорировать. Итак, возвращаемся к первому пункту. Рубен, со мной связался оперативный отдел. Теперь Саре Темерик разрешено делиться с нами любой информацией о семье Манойлович. Можно сказать, нам повезло, что они сейчас работают с Петером Крунлундом. Разумеется, мы тоже ничего не будем от них утаивать. Рубен, предлагаю тебе связаться с Сарой, как только мы закончим. Посмотрим, что из этого получится. Нам крайне важно знать, замешана ли в этом семья Манойлович.

– Я уже беседовал с Петером, – сказал Рубен. – Он полностью отрицает свою причастность. Утверждает, будто ничего не знал о том, что Густав получил деньги от Драгана. Но я обязательно поговорю и с Сарой.

Юлия заморгала. Возможно, это ее фантазия, но ей показалось, что при упоминании Сары Рубен покраснел.

– Мина, – продолжила она, – по неопознанным костям получена приблизительная датировка. Итак, они принадлежали сорокалетнему мужчине, умершему в самом начале 2000-х. Это серьезное продвижение. Но, насколько я поняла, кости исчезли?

– Как исчезли? – воскликнул Кристер. – Да что здесь, черт возьми, происходит! Почему мы ничего не знаем?

Юлия сделала успокаивающий жест рукой.

– Вчера в лаборатории судмедэкспертизы произошла кража со взломом, – тихо пояснил Локи и опустил глаза в стол. – Правда, мы успели взять образец ДНК с кости. Результатов пока нет. До сих пор мы искали только в полицейских базах, но подали заявку произвести поиск в коммерческих реестрах ДНК.

– Это что? – не понял Адам.

– Знаете, есть такие компании, которым вы даете на анализ фрагменты своей ДНК, – пояснил Винсент, – а потом выясняется, что вы на двенадцать процентов немец, родственник Чингисхана и у вас двоюродный брат в Чикаго. Очень перспективно в плане генеалогии. Но небезопасно. Один из двадцати пяти клиентов, к примеру, узнает, что его отец на самом деле никакой ему не отец…

– Именно это, – поспешил перебить менталиста Локи. – Если у него есть родственники, в базах обязательно будут совпадения. Но сначала нужно получить разрешение на поиск, разумеется.

Боссе поднялся, подошел к Кристеру и лег возле его ног. Юлия заметила на нем красно-зеленый ошейник с колокольчиками.

– Что-нибудь известно о том, когда кости оказались в метро? – спросила она.

– Датировка судебного антрополога очень приблизительная, – покачала головой Мина. – Но, согласно ей, мху на костях не меньше двадцати лет.

– Итак, все сначала, – вздохнул Кристер. – Я проверяю по реестрам интересные нам и задокументированные случаи в метро с 2000 года и дальше. Похоже, будет чем заняться на Рождество. Если, конечно, Лассе меня не убьет.

– Зато мы будем благодарны тебе по гроб, – улыбнулась Юлия. – А Лассе отправим рождественский подарок.

– Хорошая идея, – одобрил Кристер. – Лассе любит белый шоколад.

Юлия снова заглянула в ноутбук. То, о чем она хотела попросить Мину, вряд ли добавит ей популярности в глазах коллег. Тем не менее.

– Меня зацепило одно место в аудиозаписи Мины из туннелей, – сказал Винсент, прежде чем Юлия успела раскрыть рот. – Я не имел возможности побывать там лично, но…

– Спасибо за замечательный СВТ-тренинг[20], – перебила менталиста Мина, глядя на Юлию. – Туннелей с меня достаточно.

– Один из людей в метро, – продолжал Винсент, – упомянул какого-то Короля.

– Полный псих, – вмешался Адам. – Он бредил убийством Пальме и королевским домом. Если бы мы задержались чуть дольше, наверняка вспомнил бы масонов и Бильдербергский клуб.

– Не думаю, что он имел в виду короля Швеции, – серьезно возразил Винсент. – Согласно записи, он сказал, что король «пожертвовал собой» и «умер напрасно». Полагаю, это был кто-то из них. Что, если кто-то из жертв умер в туннелях метро, а не был помещен туда после смерти? Понимаю, насколько это слабый след и что он наверняка ничего не даст, но мы должны заглянуть под каждый камень.

– Винсент прав, – согласилась Юлия. – Давайте разузнаем побольше об этом короле и, главное, почему он умер.

– Думаю, будет лучше, если в туннели спустится Адам, – предложила Мина. – Во-первых, он специалист по переговорам. А во-вторых, мне придется снова выбросить всю одежду, а это дорого.

– Адам встречается с граффити-художником, – возразила Юлия. – Тот наконец снизошел до беседы с полицией. Но может пойти Винсент, это хорошая замена Адаму. Правда, он не полицейский и его там не знают. Поэтому придется тебе…

– Даже не мечтай, – испугалась Мина. – Сейчас я выясняю, не пользовались ли наши жертвы услугами одного и того же психолога лет двадцать тому назад. Мне предстоит встретиться со множеством людей.

– Встретишься, – согласилась Юлия. – Но только после того, как побываешь в туннелях.

– Ну… – замялся Винсент, – честно говоря, я тоже не уверен, смогу