Купидон стреляет трижды - Ирина Славская

высокой цене.

– Совсем не брать?

– Совсем. Никогда эти люди ничего просто так ни для кого не делают. Обязательно потом тебя заплатить заставят. Не так, так этак…

– И что теперь? С ним не общаться?

– Просто дистанцируйся. Находи предлог, чтоб с ним не общаться. Не друг он тебе. Совсем не друг. Запомни это. Он будущий разбойник. По стопам своего отца пойдет в тюрьму. Династия, черт их дери. Да и Грейс к нему настороженно относится. Ты заметил?

– Заметил. Рычит, когда он подходит. А пару раз чуть не тяпнул.

– Вот. Собака умнее тебя. Она чувствует плохие намерения твоего дружка по отношению к тебе. И предупреждает.

– Разве собаки понимают людей?

– Вот ты даешь. Ты биологию изучал?

– Ну…

– Палки гну. Сам тогда должен знать, что человек в стрессовых ситуациях выделяет определенные гормоны. Собака чует, что запах человека изменился. Страх чует, злобу, вранье…

– Ну, вы хватили. Вранье-то как он учуять может.

– Английские ученые доказали, что при вранье человек выделяет гормоны стресса. Научно доказанный факт. А у собаки нюх в тысячу раз тоньше человеческого. Так что любые изменения в настроение человека Грейс учует. А он Мишку твоего на дух не переносит.

– Почему вы так думаете?

– Сам посуди. Много людей ты знаешь, облаянных твоим псом?

– Мало.

– А Мишку твоего он не только облаял, но и укусить пытался. Дважды. Если мои слова ни о чем тебе не говорят, то послушай своего умного пса.

– Да понял я, понял… Давайте праздновать.

В общем, поговорили по душам. Петьке наставлений надавала. А то ишь, нашел себе среди разбойников друзей. Посмеялись. Радостно на душе так стало. День прожит не зря. Злодея наказали. А завтра немца навещу…

С утра пораньше стала собираться в больницу. Накрасилась. Причесалась, нарядилась. Не знаю почему, но мне захотелось быть сегодня красивой. Еще вчера решила навестить Александра и немца нашего помоечного. Может, просто почувствовала себя женщиной, а не просто женой…

– Здравствуй, Генрих.

– Здравствуй, Ирина.

– Как твое самочувствие?

– Сказали, что нормально.

– Кто сказал?

– Врач и медсестра.

– А ты сам как думаешь?

– Голова пока еще побаливает. А так хорошо.

– Скоро выпишут?

– Еще неделю будут наблюдать.

– Генрих. Я у тебя узнать хотела. Твоя девушка соответствовала своим фотографиям, которые тебе высылала?

– Да. Мы когда встретились, я ее сразу узнал.

– Где вы бывали со своей девушкой?

– Зачем тебе?

– Мы могли бы попробовать ее вычислить.

– Как?

– По камерам.

– А в Москве есть камеры?

– Много. На каждом углу.

– В вашей стране камеры расставляют по углам? Почему?

– Это просто такое расхожее выражение.

– И как его понять?

– Значит, везде. Камеры у нас расставляют возле всех значимых объектов.

– Понятно. Загадочный русский язык?

– Угу. Но у меня к тебе вопрос. Ты же наверняка на своем компьютере сохранил ее фотографии.

– Сохранил. Только они там, в Германии.

– Твои родные и близкие могут переслать ее фото?

– Зачем?

– А как же мы ее искать будем?

– Мне она уже не нужна. Я ее забыл.

– Как так? Ты же ее любил.

– Любил. Думал, что любил. Но не любил. Она красивая. Вот я и решил, что люблю. В общем, все так сложно…

– Понимаешь, Генрих. Дело в том, что она отравительница. И промысел свой криминальный она не бросит. Тебе крупно повезло. Наш пес тебя обнаружил на помойке, и тебя чудом спасли. А кому-то не повезет, и тот человек умрет только потому, что мы не довели дело до конца.

– Понимаю.

– Преступница не перестанет искать жертву. И новая жертва погибнет из-за нас. Ее надо найти.

– Согласен. Но чем я могу помочь?

– Во-первых обратиться в полицию. Были у тебя полицейские?

– Был. Приходил один.

– Значит, врачи сообщили куда надо о преступлении. Тебя допрашивали?

– Да.

– Как его найти?

– Он дал номер телефона.

– Давай мне.

– Зачем?

– Мне он нужен. Мне с этим полицейским надо поговорить. И еще…

– Что еще?

– Ее фото. Мне нужны ее фотки. Сколько она тебе снимков присылала?

– Много. А сколько надо?

– Желательно все. Чем больше параметров для сравнения, тем быстрее мы ее найдем.

– И тем быстрее ее поймаем?

– Точно.

– Хорошо. Я звоню брату. Он перешлет нам фотографии. Сегодня.

– А можно сейчас?

– Можно.

Я дала ему телефон. Он созвонился со своим братом. Через полчаса мне стали приходить фото подружки Генриха. И чего этой дурехе не хватало? Красивый парень. Увез бы ее в свою благополучную Германию. И жила бы там добропорядочной бюргершей.

Или у нее здесь любовник? А этот несчастный влюбленный парень ей не нужен был изначально? Травили его зачем? Ограбили бы и все. Зачем грех на душу брать? Много неясного.

Глупая девица свое настоящее фото ему отсылала. Или она собиралась за него замуж, но он ее как мужик не устроил? Вот и решила хоть малую копеечку с него срубить, прежде чем в отставку отправить?

– Генрих, извини за вопрос. У вас с ней было?

– Что было?

– Любовью вы с ней занимались?

– Нет. Мы же только познакомились.

– Хотя бы целовались?

– Да.

– Вы собирались дальше развивать отношения?

– Я собирался. Она мне понравилась.

– Понятно. Ладно. Мне пора. Я пойду.

– Ты еще придешь?

– Приду. Мне обязательно тебя надо будет увидеть.

Я вышла из палаты Генриха. И пошла навестить Александра. Он уже пришел в себя и вполне нормально себя чувствовал.

– Здравствуй, Саня.

– Иришка. Я думал, что ты не придешь.

– Почему? Я уже приходила тебя навещать.

– Да?

– Ты спал. Будить не стала.

– Так это от тебя были передачи?

– Наверное, от меня. А может еще от кого-нибудь. А что?

– Да я их медсестрам отдал.

– Почему?

– Думал, что это от Никиты.

– Понятно. Как ты?

– Нормально.

– Скоро выпишут?

– Нет. Сказали, что недельку здесь придется торчать.

– Врачам виднее.

– Я смотрю, кольца на пальце нет.

– Мы подали заявление на развод.

– И когда ты станешь свободной?

– С какой целью интересуешься?

– Жениться на тебе хочу. Я люблю тебя.

– Понятно. Ты мне расскажи, зачем ты в озеро полез?

– По дурости. Даже вспоминать не хочу. Надо же было быть таким дебилом. Еще и выпил…

– Хорошо, что хоть сейчас это понял. Ты же мог утонуть.

– Понял я уже. Полез в воду, как последний дурак…

– У нас невозможно быть последним дураком. Обязательно найдутся последователи.

– Иришка, я тебя люблю.

– Понятно. Ты выздоравливай. Я еще зайду.

– Когда?

– Скоро. А что? Может, что-то надо? Ты сильно похудел…

– Страшным стал?

– Нарываешься на комплимент?

Он засмеялся весело. Мы еще с ним поговорили. Обо всем и ни о чем. Потрепались, как в народе говорят. Легко мне с ним. Я