Современный зарубежный детектив-15. Книги 1-16 - Рада Джонс
– А чего хотят-то?
– Другую дочь.
– Облом, значит.
– Значит.
– А с тобой что не так? – спросил он, хотя и сам понимал.
Она привычно пожала плечами:
– Мать долбит, что другие девчонки встают рано, в доме убирают, по хозяйству помогают. А я, типа, нет.
– А чё не помогаешь?
– Очень даже помогаю! Вчера, например, иду домой, звоню ей, спрашиваю: «Что-нибудь купить?» А она как заорёт: «Купи себе квартиру и живи отдельно!»
Лексус заржал:
– Она у тебя приколистка.
– Вот отвечаю, не до смеха вообще, ни разу.
– Ну, поговори с ней. По-настоящему так. Скажи всё, что думаешь.
– Я говорю.
– А она чё?
– Да всё то же. – Фрейя пискляво спародировала мать: – Другие девочки аккуратные, причёсанные, английским занимаются. Вот на Шарлоту Бок посмотри! Станешь за собой следить – будешь стройной и красивой, как она. А будешь жрать как свинья, спать до полудня и вечно сутулиться – из тебя ничего путного не выйдет. – Фрейя раздражённо поджала губы. – И так каждый день.
– М-да, плохо. Сори. А отец что? У тебя отец есть? – Лексус отхлебнул воды.
– Ему пофиг. «Слушай маму» говорит. Ему главное работа. Какие-то подсчёты чьих-то просчётов, он же бухгалтер. А остальное до фени. Мама на него тоже орёт.
– А он?
– «Не кричи, – говорит, – мне хуже, чем тебе». А она ему: «Тебе всегда хуже всех!» Так и орут друг на друга, – Фрейя скривилась.
– А с чего они вообще взяли, что ты растолстеешь? Ты вон, блин, на ногах еле держишься.
Фрейя фыркнула:
– Так это я сейчас такая стала, назло им. Раньше я и готом не была.
– Так, выходит, ты фейк?
– Ну почему? Гот – это прежде всего состояние души, а уже потом одежда, макияж, музыка… Да ну на фиг этих родителей. Ненавижу их.
– А я любил свою мать, – задумчиво вздохнул Лексус.
– А она тебя нет?
– И она меня любила. А ещё я её мучил. И она меня мучила. Теперь вот нет её больше…
– Зачем мучить, если любишь?
– А я знаю?.. Просто любили и мучили.
– Мама говорит, что «просто» – это ничто, пустое место.
– Люди в нашем мире думают, что всё, чего они не догоняют, должно быть пустотой.
– Не знаю, – неуверенно протянула она, – стрёмно это, любить и мучить. Да ещё за просто так.
– Ну не прям совсем «за просто так». – Лексус снова закурил. – Она любила не только меня, но ещё и отчима. Привела его такая, очешуенная: «Будет тебе, – говорит, – отцом». А он мне вообще не сдался. К тому же дебик был реальный. Ревновал её, из дома не выпускал. Она сидела как в тюрьме. Я говорил ей об этом, она не слушала. Я злился, гадить ему стал. Думал, уйдёт.
– Как гадить? – заинтересовалась Фрейя.
– Да по-дурацки, по-детски. То сахар в суп насыплю, то зелёнку в шампунь добавлю.
– А он что? Ушёл?
– Не. Отыгрывался. Даже поколачивал меня. Я ему этого не простил, им обоим, – зло осклабился Лексус.
– А она что? – Фрейю явно увлекла его история.
– Блин, чё заладила – а он что, а она что… Достала. – Лексус закурил. – Она сказала, что я на отца своего похож. Такой же беспомощный. Что я должен бороться со своими слабостями, а не пакостить. Что это не по-мужски. Короче, и меня, и отца сразу опустила. А кринж её типа мачо. Лекцию прочла, что надо быть настоящим мужчиной, —Лексус грустно усмехнулся.
– Настоящий мужчина – это как? – Фрейя даже слегка наклонила голову от любопытства.
– Ну блин, чё за вопрос. Мне откуда знать? Мать говорила, такой, который молчать умеет, не ноет… Короче, терпила какой-то.
Фрейя озадаченно кивнула.
– Только вот где она видела этого «настоящего мужчину». Муж её первый лохом был, сын весь в него, этот второй – гнида. Много она понимала в мужиках! Дура, короче, всю жизнь испортила. И ещё говорила, что слуха у меня нет, и музыкант из меня фиговый, лучше, типа, на плотника выучиться. Короче, в асфальт меня закатывала. Только теперь мне её не хватает.
– А может, ты слишком сильно к ней придирался? Она, наверно, как лучше хотела.
– Да по хрену мне. Она выбрала его, а не меня. Ну и хрен с ней!
– Жалко её… А от чего она умерла?
– Заболела… А ты чего флексишь? Уставилась на меня как ненормальная. С собой разберись. Ходишь по улицам как раба божья… тьфу, как страх божий. Я б на месте твоих тоже другую дочь захотел.
Фрейя недобро сощурилась.
– Знаешь, в одном мамка твоя точно была права. Музыкант из тебя даже не хреновый. Вообще никакой.
Лексус вскинулся, уставив злобный взгляд на Фрейю. В голове проскочила параноидальная мысль: «Она тоже с ними».
– Идиотка, – резко бросил он.
– Псих.
– Пугало.
– Слабак.
Лицо Фреи исчезло с монитора.
– Ничего, твари, – прошипел Лексус в пустое лицо монитора, – вы у меня еще получите.
***
Всю последнюю неделю Лексус провёл за компьютером, выслеживая пользователя с ником Тор. Пятнадцать часов в сутки копался в сети, по крупицам собирая информацию. Сто сорок тысяч подписчиков, половина – смазливые тёлки. Этот тип явно был популярен. Лексус сразу отфильтровал тех, кто тусовался и на Мюзикинтернатиональ. Фрейи среди них не оказалось.
Страничка Тора пестрела яркими фотками: накачанные парни, секси-телки, понтовые тачки, люксовые номера в экзотических отелях. Он строчил страстные посты о престижных музыкальных фестивалях, делился впечатлениями от концертов, прикладывая фотки с мест событий. Настоящий музыкальный фанат, живущий на широкую ногу. Лексус и сам бы подписался на такого, если бы… В этом месте внутренности скручивало тошнотой: «Подожди, гад. Скоро ты напишешь свой пост о феномене Лексуса. Очень скоро».
Он поклялся «найти эту мразь и уничтожить», пока тот не уничтожил его. Но была одна загвоздка – Лексус понятия не имел, где искать. Казалось бы, у чувака вся жизнь напоказ, а личной информации – ноль. Лексус даже не был уверен, что среди парней на фотках есть сам Тор. Единственная зацепка – тот часто зависал в клубе «Ван Гог». Лексус там никогда не был.
Информации оказалось мало, но желание наказать обидчика жгло изнутри. В правом углу монитора мигнул огонёк – Фрейя онлайн. «Не заблокировала, – ухмыльнулся Лексус. – Непотопляемая ведьма». Он довольно улыбнулся и написал:
– Надо поговорить.
– О чём? – она влепила эмодзи с закатившимися глазами.
– О нас.
– С кем?
– В смысле?
Она не ответила. Огонёк погас.
«Реально чокнутая», – в который раз убедился Лексус и, устроившись поудобнее в кресле, включил припасённый на вечер индийский фильм. Комнату заполнила зажигательная музыка.
