Почти идеальная семья - Рина Осинкина

пелена. В ушах гул, во рту вкус крови. И адская боль во всем теле. Если тебя провернут в мясорубке, чувствовать будешь лучше.

Подняться бы хоть на четвереньки. Доползти бы до телефона, вызвать неотложку. И что за отморозки на него набросились? Он так и не понял, что от него хотели.

Трое качков поднялись на этаж, наступая на пятки. Ввалились за ним в квартиру, когда он, ничего не подозревающий кретин, спокойно отпер дверь, мечтая о горячем душе и баночке пива из холодильника.

Ничего не взяли, но, по ходу, исковеркали мебель. Разбили комп и кинотеатр. Но разве это главное? Мясники знали свое дело и за десять минут превратили его в скулящую отбивную. Били и приговаривали. Били и приговаривали. Про какого-то Ефремова, их босса. Не советовали впредь переходить ему дорогу.

Где-то он уже слышал эту фамилию, совсем недавно. Воспоминание мелькнуло и окрепло. Точно. Он слышал это в треклятом полуподвале треклятого «Фактора». От парней Фогеля. Но при чем тут он, Паша Горячев?

Паша взвыл от боли в перебитых ногах, когда попытался опереться на колени. Пришлось перемещаться по-пластунски, от этого невыносимо заболела грудь, и он начал надсадно кашлять, но все-таки смог дотянуться до айфона.

Айфон валялся у плинтуса за одноногой вешалкой, и ползти до него было ближе, чем до простенького аппарата китайского производства, подвешенного к стене кухни.

Сейчас он вызовет медиков и ему помогут. Вколют болеутоляющее, наложат повязки и шины, смажут ушибы целебной мазью.

Пальцы не очень-то слушались, кисти трясло крупной дрожью, но он жив и поправится. Главное, жив, а кости срастутся.

Вспомнив про «Фактор», Паша с облегчением подумал, что с деньгами теперь станет посвободнее. Совсем хорошо станет с деньгами. Фогеля, по слухам, повязали, его братков тоже. Теперь Паша больше не будет им отстегивать свои кровные. Может, менты даже вернут то, что Фогель за несколько месяцев успел у него высосать.

А что, вполне возможно. Паша подготовит справочку из банка. Если с девчонками-операционистками поговорить правильно, то и справочка может получиться посимпатичнее. Хотя рискованно с органами шутить. Но обдумать можно.

С Воропаем-то как все дерьмово обернулось. Для Паши это был удар. Словно кувалдой под дых вломили. Не ожидал он, что выкрутится Воропай. А тот выкрутился. И жена его толстозадая тоже.

Ненавижу. Ненавижу!

А разве не за что?!

Паша к деньгам имел отношение уважительное. Нет, он не был скупердяем в вульгарном смысле этого слова. Но к денежным средствам относился, как бы точнее выразиться, с благоговением. Планировал расходы. Прикидывал. Экономил. Экономил!

А Воропаев – нет. И он бесил Пашу, невыносимо бесил тем, что почти не считал денег. Бабе своей горластой и нахрапистой такую тачку приобрел, зашибись! Паша месяц горькой слюной исходил. А зачем бабе тачка? Тем более навороченная… Павликова бывшая вообще на троллейбусе до работы и обратно с заездом по магазинам, и ничего, а этой Лерке джип семейства «Мерседес» подавай!.. Сволочи… Зарплаты своим гоблинам чуть не каждый год повышал. Бабки в долг давал без процентов! И ведь не разорялся, скотина, никак!.. А Паша на краю полного трындеца. Иными словами – банкротства. Со своим разумным прагматизмом – и на краю.

А этот еще глумился, демонстрируя широту души и дружескую щедрость. Сдался Паше такой друг!.. Но он не спешил Воропая разуверить, зачем? Конечно, друзья, блин…

Воропай, придурок, сам во всем виноват. Нефига было над людьми глумиться, тыча в рожу свое благосостояние.

Года два назад Паша тюкнул свою «Киа» так, что новую купить было дешевле, чем эту восстанавливать. Воропай тогда выдал ему доверенность на свою тачку, которую подготовил к продаже, и сказал:

– Да без проблем, Паш, катайся пока. Чего ей в гараже стоять.

Паша и катался, ожидая с едким сарказмом, когда «друг» напомнит ему, что пора возвращать или уже платить за аренду бабки.

«Друг» не напоминал, а Паша, исходя ненавистью, беспощадно бил днище не своей машины, боком спрыгивая с высоких бордюров на проезжую часть, и уродовал полированные бежевые крылья о бетонные ограждения парковок.

Виноват он, что ли, что у Воропая тачка праворульная? Тем более что тот ее сам навязал. Или почти сам. Паша не помнил.

Окончательно доконал Пашу айфон. Вот этот айфон, в черном кожаном кейсе. Полтинник такая шняга в магазинах стоит, не считая кейса, а Воропай этак запросто ее Паше в прошлом году на днюху скинул. Сюрприз, гнида, приготовил. На свой паспорт зарегистрировал, и вот тебе, дорогой друг, живи и радуйся, если сам себе нормальный коммуникатор купить не в состоянии. Паша давно бы выбросил на помойку этот айфон, чисто из презрения, однако рачительность не позволяла.

Когда его взял за горло упырь Фогель, Паша подумал: «Должна быть справедливость на свете?» – и напоил Воропая крепким пойлом с подмешанным для пущего эффекта антидепрессантом из аптечного киоска. Паша знал подход к барышням, и эта, аптечная, не стала исключением.

И еще Паша мог слушать. Если хотел влезть в чужую душу и что-нибудь выведать, он умел так внимательно и сострадательно слушать, что собеседник, натерпевшийся от равнодушия мира и тотального свинства, незаметно для себя выкладывал подноготную, пребывая в блаженных иллюзиях, что человек, сидящий напротив, не осудит, поймет, и поддержит, и посочувствует.

Паша реалист, он отдавал себе отчет, что не развел бы Воропая, если бы не коктейль алкоголя с фармацевтикой. Коктейль сокрушил его обычную осторожность, и Воропай тоже растекся жалкой лужицей, вспомнив безбашенную юность.

Немного он рассказал в тот день Паше, но Фогелю для затравки и этого должно было хватить.

Оно и хватило. И Паша принялся радостно ждать, когда наконец главарь шантажистов объявит, что теперь от поборов Горячев свободен. Отныне и навсегда. Неужто и вправду выпустит из когтей?

Вышла заминка, но Пашу она совсем не смутила. Воропай с ходу послал банду Фогеля на фиг, и Паша злорадно подумал, что так оно даже лучше. Он хорошо представлял, что именно несговорчивого придурка ждет дальше. Дальше ждет его бокс в больничном полуподвале и умелые руки Фогелевых горилл. Справедливость существует.

Издеваетесь?! Да где она?!

Паша все сделал за них, бабу его отыскал и приволок, а эти уроды так облажались! Дебилы, блин! И почему он не подумал, что борзая Лерка сможет уделать этих качков, словно недоразвитых детенышей шимпанзе?

На Воропае все заживет как на собаке, и зубы он поставит лучше прежних. И заживет лучше прежнего со своей горластой и нахрапистой.

А вот Пашу хотят привлечь за соучастие, и хватит ли бабок на адвоката?!.. Да и