Рыцари и ангелы - Майя Яворская

и радоваться тому, что есть. Но хуже того, тревожность старшей сестры невольно передавались после каждого разговора. Мила начинала лихорадочно что-то делать, не понимая даже зачем. Наверное, чтобы просто скинуть возбуждение и лишнюю энергию. Пользы же от этого не было никакой и никому.

– Ты голову не опускай, когда я с тобой разговариваю, – цыкнула Алла.

«Господи! Что я тебе, собачка? Преданно смотри в глаза, сиди прямо, виляй хвостом, тявкай, когда разрешат», – с тоской подняла голову Чистякова-младшая. Но так просто сдавать позиции ей совсем не хотелось:

– Да далась тебе эта квартира. И без нее прекрасно жили.

– Прекрасно? В этом клоповнике, где вдвоем на кухне уже давка! Варя с тобой на одном диване спала, забыла уже? Ты вообще только о себе думаешь. Хоть бы раз о ребенке вспомнила! А девке уже скоро пятнадцать. Ей даже друзей привести некуда.

– Ну и что?

– А то, что я тебе уже тысячу раз рассказывала и в тысячу первый не буду. Кстати, что там с квартирой?

– Погоди ты. Я еще не спрашивала. Елену Борисовну только схоронили. Неудобно как-то.

– А что тут неудобного? Не мать же умерла, а двоюродная бабка.

– Ну, он был к ней очень привязан. Часто о ней вспоминает. Она ему самой близкой из всей родни была.

– Поди ж ты, какие мы сентиментальные.

– Разве это плохо?

– Для нас да. Ладно, все, времени мало. Перекладывай еду, а я помою контейнеры. И поехали, мне еще с ребятами поговорить надо, сегодня все в магазине.

Кирилл уверял друзей, что встреча с наследниками не должна вызвать каких-либо проблем. Выяснить, самозванцы они или нет, труда не составит. Но сам он не очень верил в свои слова. Не каждый же день встречаешься с искателями сокровищ. И степень родства никак не установишь – у Евы была дочь, а потом и внучка. А теперь еще и правнучка. Значит, каждая хотя бы по разу сходила замуж и сменила фамилию. Поди разбери теперь, кто кому кем приходится. Потому и отдавать письма страшно. А вдруг ошибся? А если нагрянет настоящая родня с требованием вернуть имущество? Некрасиво получится.

Но когда вошел в кафе и увидел Романа с Татьяной, немного отпустило. Те так нервно елозили на стульях и хлопали глазами, что захотелось погладить по голове и дать конфету. Самойлов внимательно присмотрелся к мужчине. Возраст около сорока, средний рост, на макушке «озеро в лесу». В общем, как описывала Светочка. Теперь стало понятно, кто наведывался к покойной Скобе и подрезал папку с договорами.

– Вы, конечно, можете нам не верить. Но у меня есть доказательства, – сразу начала тараторить жена Крепа и достала из сумки старое фото. – Вот, видите? Это моя прабабушка, а это бабушка. А за ними бюро. То самое, что вы приобрели. Вы же не будете отрицать, что это оно.

– Да, очень похоже, – согласился Кирилл.

– Нам бы хотелось его у вас купить, – с облегчением выдохнула она. – Мы готовы заплатить любые деньги.

– Тата, – одернул ее супруг и выразительно посмотрел на молодого человека. – Любые мы, конечно, не готовы. Жена погорячилась. Но назовите цену, за которую вы согласны нам его уступить.

– А зачем вам именно оно? Походите по антикварным, посмотрите на разных сайтах. Наверняка найдется что-то похожее. Может, даже лучше или дешевле.

– Но мы хотим вернуть именно его. Это память. Понимаете?

– Понимаю. Но почему именно сейчас? – у Самойлова сомнений уже не было, но очень хотелось, чтобы они сами во всем признались.

– Ну как… – растерялась Тата. – Память же. О прабабушке. И о бабушке, конечно.

– Я полагаю, бабушка умерла?

– Да.

– И давно?

– В девяносто пятом.

– То есть прошло больше двадцати пяти лет.

– Да… – неуверенно подтвердила женщина.

Она уже поняла, куда клонит собеседник. И легенда критики не выдерживала. Женщина с надеждой посмотрела на мужа. Но Креп сидел молча и смотрел в стол. Задача издеваться и добивать лежачих ногами перед Кириллом не стояла, поэтому он сменил тему:

– Вы поймите. Продать бюро чисто технически я вам могу…

Роман встрепенулся и внимательно посмотрел Самойлову в глаза. Чтобы тот не подумал, что ослышался, Кирилл кивнул и продолжил:

– …Но сначала антикварный салон накинул свою комиссию и, думаю, немаленькую. А потом еще я потратился на реставраторов…

– Вы отдали бюро на реставрацию? – одними губами прошептала Тата и побелела.

– Ну конечно. Не мог же я его оставить в таком состоянии. Лак местами сошел, кое-где шпон утерян. Все латунные накладки разболтались.

Роман снова уронил голову и тяжело вздохнул.

– А что вы так переживаете? – обвел собеседников невинными глазами Кирилл. – Цену же я вам еще не назвал.

– Дело не в цене… – глухо ответил Креп.

– А в чем?

За столом повисла пауза. Татьяна теребила на коленях салфетку и смотрела в окно. Уголки губ у нее поползли вниз, а глаза предательски заблестели. Лица супруга было не разглядеть, но Самойлов догадывался, что тот переживает что-то подобное. Торопить и подталкивать их не хотелось. Пусть сами дозреют и выложат правду.

– Там… были… письма… – женщина выдавливала слова по одному.

– Да, – беззаботно согласился Кирилл. – Реставраторы нашли, когда разбирали.

– И что вы с ними сделали? – женщина всем телом подалась вперед.

– Как что? Прочитал.

– Вы их читали? – воскликнула она в отчаянии.

– Да что вы так переживаете?

– Но это же чужие письма!

– Сто лет прошло. Людей уж нет на свете, претензии предъявлять некому. А мне интересно. В стране только Гражданская война закончилась, самое становление советской власти. И потом, ничего там особенного нет. Никаких непристойностей. Просто любовная переписка, – пожал плечами Кирилл.

– А потом что вы с ними сделали?

– Ничего не сделал. А они вам нужны?

– Да.

– А чего сразу не сказали?

– Ну… – замялась женщина.

– Ладно, можете не отвечать, раз не хотите. Я и так знаю. Они вам нужны, чтобы найти клад. Все верно?

– Ну… В общем…

– А чего только сейчас решили искать? Почему не пять или десять лет назад? – искренне удивился Кирилл.

– Очень деньги понадобились.

– Дорогостоящая операция?

– Нет, нам квартиру надо купить. Срочно. С мамой жить просто невозможно. Вы даже не представляете, как все плохо.

– Почему же. Очень даже представляю. Но зачем использовать такой архаичный и ненадежный способ? Можно же просто взять кредит.

– В нашем случае совсем непросто. Нам его никто не даст.

– Вы в черном списке? За вами охотятся коллекторы?

– Нет, что вы! Просто мы справки о доходах предоставить не можем. Работаем частным порядком, без договоров.

– Сочувствую. Тяжелый случай.

– Вы их нам вернете? – Креп решил вернуть разговор к главной теме.