Кэтрин Нэвилл - Авантюристка

РАСПЛАТА

Деньги являются основой всей цивилизации.

На следующий день утром Джорджиан, Тор и я карабкались через холм, а Лелия с Перл ехали следом за нами в двуколке; наверное, мы выглядели миниатюрной армией, готовящейся к бою.

Через две недели, когда сюда явятся представители Вагабонд-клуба в качестве новых владельцев острова, кто-нибудь из нас должен будет продемонстрировать им наш бизнес, который переходит к ним в руки. Поскольку Лоренс мог узнать Перл и, уж конечно, меня, то нам предстояло на время их присутствия укрыться где-нибудь за стенами замка.

Таким образом, мы решили позаниматься с Джорджиан, чтобы посвятить её в тонкости международного валютного обмена. Сегодня был первый день её обучения, который не доставил ей никакого удовольствия.

— Если я в чем-то и разбираюсь, так это в Ф-стоп-камерах и прочих подобных вещах, — жаловалась она, кока мы брели перед двуколкой, загребая сандалиями пыль. — А со мной обращаются так, словно я всю жизнь просидела в Бэнкс и смогу запросто разъяснить всю эту галиматью.

— А почему бы и нет? — возразила я. — В конце концов, если Перл удалось за несколько месяцев заработать миллион, значит, с этим может справиться и любой другой!

И я опасливо покосилась на Перл, которая наградила меня весьма выразительным взглядом, балансируя на своём насесте в двуколке. Затем мне с Джорджиан и Тором пришлось посторониться, чтобы пропустить вперёд тряский экипаж, в котором Лелия с Перл начали спускаться с холма.

Мы направились по улице между рядами маленьких оштукатуренных домишек, разрисованные бирюзой и золотом фасады которых украшали золотые балкончики и цветочные шпалеры. В конце улицы возвышалось длинное доисторическое сооружение, напоминавшее амбар.

— Здесь делали парусники, это было единственное местное производство, — пояснила Перл. — Когда мы сюда приехали, то срочно нуждались в помещении для ведения своих дел. А прежним хозяевам мы заплатили достаточно, чтобы они смогли спокойно переехать на новое место.

Здание оказалось просторным и тёмным, слабо пахнувшим плесенью и морем, с высокими сводчатыми потолками и лестницей в центре, по которой мы попали на второй этаж, напоминавший чердак. На большой доске я прочла список названий нескольких довольно известных в мировых финансовых кругах фирм, с которыми, по-видимому, в настоящий момент, велись дела.

— Европейский клиенты? — спросила я Тора, пока мы поднимались по лестнице.

— Да, с Ближнего Востока… Азии… сама сейчас увидишь, — с улыбкой отвечал он. — Мы приветствуем всякого, кто хочет избежать гнёта налогов и согласен играть по нашим правилам.

Наверху оказался длинный коридор с маленьким окошком в конце. По обеим сторонам коридора располагались двери, и мы вошли в первую комнату слева. Перл приблизилась к большому столу, на котором стояла лишь лампа, и взяла пачку бумаг. Рядом находились миниатюрный коммутатор последней модели и множество телефонов. Вместо обычного телеграфного аппарата с проводом и лентой Перл использовала школьную доску и кусок мела, которым уже успела нацарапать сегодняшние котировки валют, пока мы расставляли стулья и рассаживались.

— О'кей, друзья, — деловито начала она. — Мы занимаемся здесь обменом валюты, для вас это называется ФХ, и этот бизнес, как и всякий другой, имеет свой жаргон. Джорджиан, когда придут покупатели — ты наш закалённый профессиональный торговец. Первое, что должна будешь им объяснить, это как мы делаем деньги. Держись просто. Покажи наши расценки и посвяти в некоторые детали. Скажи, что каждое утро обзваниваешь все крупные банки, чтобы узнать мировые ставки, а потом устанавливаешь обменный курс нашей «локальной валюты» по отношению к «условной валюте», например, золотому крюгерранду.

— Что такое «условная валюта»? — осведомилась Джорджиан.

— Это, моя сладкая, выбранная нами валюта, с котировкой которой мы сравниваем котировки всех остальных, чтобы производить перерасчеты.

— Я эксплике, — вмешалась Лелия, подняв руку. — Видишь ли, шери, ты не можешь поменять доллары на франки, франки на марки, а марки на фунты стерлингов — это все будет делать слишком замешательство. Поэтому ты выбираешь один вид денег, как ценность относительно всех остальных.

— О'кей, — слегка растерянно пробормотала Джорджиан, и Перл продолжила:

— После того, как ты объяснишь им подробности установки среднего тарифа, расскажешь, как мы…

— Постой, — перебила Джорджиан, — как мы устанавливаем… э… средний тариф?

— Мы ставим его на несколько пунктов выше рыночного Я покажу тебе формулу, когда мы…

— А что такое пункты? — спросила Джорджиан уже в отчаянии.

— Это процентное выражение выгодного для нас курса… — начала было Перл с плохо сдерживаемым раздражением, а потом оглянулась на нас с Тором, вопросительно подняв брови, не уверенная, стоит ли продолжать.

— Почему бы не начать собственно с терминологии? — предложила я Перл. — Может, так будет легче.

— Неплохая идея, — одобрила Перл. — Известно, что каждая валюта имеет своё прозвище. Ты не найдёшь их ни в одной книге, это сленг, которым мы, торговцы, пользуемся при заключении сделок. Например, итальянская лира называется «спагетти», а британский фунт стерлингов — «кабель», французский франк — «Париж», а арабский реал — «сауди». Когда приступают к сделке, то начинают торговаться с самых маленьких величин, именуемых у нас ярдами. К примеру, один миллион лир будет у нас «ярд спагетти».

— Я не могу выучить весь этот жаргон за две недели, — вздохнув, созналась Джорджиан. — Я не в состоянии даже запомнить, что такое эти ваши «канаты».

— Кабели, — поправила её Перл, уже не в силах скрыть раздражение. — Но ведь очень важно в этом разобраться, я обязательно составлю для тебя список. Также необходимо, чтобы ты поняла, как осуществляется торговля. Послушай, в ФХ-бизнесе есть две установки для торга: с учётом нынешних котировок валюты и с учётом их возможных будущих котировок. Этим можно подстраховать себя от лишних потерь и спекуляций. — И она снова взялась за мел.

— Понимаешь ли, шери, — вкрадчиво вмешалась Лелия, — это действительно очень просто, когда ты сама подумаешь о том, что можешь предлагать цену, которую деньги имеют сегодня, или вместо этого ты можешь выбрать цену с учётом возможных котировок на завтра. Но есть разные пути к сделкам по продаже валюты и…

— Это невыносимо! — вскричала Джорджиан, не в силах усидеть на месте. — Даже мама понимает в этом больше меня!

— Несомненно, — подтвердила Перл. — Лелия, а как бы ты отнеслась к тому, чтобы заменить на торговом поприще свою дочь?

— О, я счастлива, счастлива делать такое важное дело! — ответила Лелия, зардевшись от признания её достоинств. — Но есть одна проблема, которую я боюсь, — мой английский. Мне кажется, что это слишком большое испытание даже для ваших ушей…

— Ерунда, моя сладкая, — заверила Перл, обнимая её за плечи. — Я натаскаю тебя так, что ты станешь классной специалисткой, а тогда уж говори хоть по-русски, все равно никто ничего не заметит.

Перл предложила нам отправиться по своим делам, чтобы всю вторую половину дня посвятить только интенсивной подготовке Лелии. Джорджиан с облегчением удалилась делать очередные снимки окрестностей, а мы с Тором пошли в замок на ленч, чтобы обсудить наши ближайшие планы, пока не настало время для очередных переговоров с Тавишем в Нью-Йорке.

Знаю, Лоренс — плут, — сказала я Тору. — Я обнаружила его записку с указаниями по поводу денег для «стоянки»: он планировал свою афёру ещё тогда, когда ты только задумывал свою. Если бы мне удалось доказать это раньше, чем он успел так много о нас разнюхать.

— По-моему, не стоит из-за этого психовать, — успокаивал меня Тор, поднимаясь на холм. — Не думаю, что кто-нибудь из нас и вправду отправится в тюрьму или хотя бы публично будет призван к ответу. Эти джентльмены не рискнут задеть нас, потому что это впоследствии привлечёт внимание к ним. Уверен, что, вынуждая подвластные им фирмы приобретать наши денежные «стоянки», они создавали убежище от налогов исключительно для своих личных капиталов. С учётом твоих данных мы имеем налицо не только нелегальное уклонение от уплаты налогов, но и использование своего служебного положения ради личного обогащения. Более того, банкирам, в том числе и Лоренсу, законом об ФХ-торговле запрещена косвенная конкуренция со своими собственными учреждениями. Так что им угрожает двойная опасность. Они, конечно, будут скрывать свою причастность к таким действиям, но тогда не смогут доказать и нашу причастность действиями, которые можно было бы расценить как воровство.

Это была правда. Хотя в Тресте депозитов имелось много фальшивок, проследить, как они туда попали или где исчезли подлинники, будет крайне трудно. Несмотря на то, что Лоренс перекупил займы Тора и завладел бумагами, служившими обеспечением займов, мы могли быть уверены, что он не заподозрил о существовании где-то за океаном дубликатов, ведь, в конце концов, облигации, лежавшие в европейских банках, были подлинные! И он согласен вернуть нам облигации, как только завладеет островом. У нас все оставалась возможность поступить подобным образом, пока не истёк срок отзыва облигаций.