Денис Шевченко - Любить и ненавидеть по-русски

Каждый человек полюбит это, если хоть раз попробует. Виктор пробовал ежедневно по много раз.

Так что звонок он отложил и провел остаток дня в переустройстве временного жилья под свой вкус и параллельной беседе с Егорычем, который оказался не только интеллигентным и уживчивым человеком, но еще и кладезем народной мудрости.

Он рассказал о жизни города в последние годы, сделав небольшой коктейль из собственных впечатлений, ходовых сплетен и сообщений прессы. Приближаясь к повествованию о событиях последнего времени, он заметно оживился.

— Мафию одно время сильно прижали. Одних убили их же дружки, другие сбежали. Кое-кого даже посадили. И Конь, наш местный авторитет, вроде ушел в тень и занимается нормальным бизнесом, бедным помогает. Меценат, — это слово Егорыч произнес как ругательное.

— Удивительно, что в депутаты до сих пор не баллотировался.» — закончил старик чинно, веря в значимость сказанного.

Виктор передвигал мягкое кресло в третий раз, все не мог решить : где же лучше.

И так каждый раз: он готов потратить массу времени на достижение максимально удачного расположения неважно чего : вещей, действий, людей, событий.

Он вяло поддерживал беседу, предоставляя Егорычу инициативу. Новости о власти в городе могли пригодиться, всегда лучше заранее разведать обстановку. Но не о власти чиновников городской мэрии, а о настоящих хозяевах их города, которые влияли на все серьезные процессы, не имеющих никаких должностей или мандатов, но обладающих магическим ресурсом денег и силы. Хотя во многих городах и весях власть давно срослась с бизнесом и криминалом. Там уже никто не брался отличить одно от другого.

Коня Виктор помнил. Когда он уезжал на войну, Артур Витальевич уже серьезно заявил о себе, но тогда еще просто как лидер одной из конкурирующих сил. Город в то время дербанили около десятка бригад разных бригад, и Артур не был фаворитом. Но теперь, он похоже на коне.

Виктор в душе улыбнулся спонтанно придуманному каламбуру и повернулся к Егорычу.

— И что, теперь он один всем руководит? Конкурентов не осталось?

— Есть один, Виноградом называют. Говорят, будет новым бандитским авторитетом. По телевизору намекали в программе «криминал», что если Виноград под каким-то соусом дорвется до серьезной власти, вернутся старые времена. Ой, как не хочется, сейчас хоть какой-то порядок есть. — Старик горестно вздохнул.

— А что же Конь, смотрит на соперника сквозь пальцы? — Виктору стало интересно, как уживается два паука в одной банке.

— А вот этого я не знаю, но вроде да. В последние два месяца убили трех его людей. Все в городе знают, даже такие простые люди, как я, что это дело рук Винограда. Но Артур пока никак не отреагировал. Иначе об этом трубили бы все газеты. — Мимика Егорыча едва не рассмешила Виктора до слез, но старик мог не понять, думая, что Виктор считает его сплетником и пустозвоном.

— Как интересно. Когда-то я уезжал из этого города, в котором прочно правил криминал. Побывал в других замечательных местах, там все еще страшнее, и тоже убивают из-за денег, только целыми нациями. — Виктор говорил все это, увязая в воспоминаниях.

Неожиданно он спохватился, что слишком разоткровенничался с практически незнакомым, пусть даже и милым стариком. Нет, надо действовать осторожнее. Земля круглая, а желающих станцевать на его могиле найдется на свете более, чем достаточно.

Егорыч не слишком вникал в смысл сказанного. Он тоже думал о чем-то своем.

— Знаешь, — прервал он молчание, — я был на войне, воевал с Гитлером. Тогда все несчастья скопом обрушились на нас. Не хватало еды, медикаментов, боеприпасов, даже обмундирование нормального размера было роскошью. Но тогда мы знали, за что воюем. Цель была, Родину защищали. А сейчас все воюют из-за денег, правильно говоришь. Только одни их получают, а другие умирают вроде как за веру, за патриотизм, за землю свою. Паскудный мир, паскудный.

Егорыч протер носовым платком увлажнившиеся глаза и торопливо вышел из комнаты.

Виктор наконец нашел удобное место для кресла и расслаблено опустился в него, окунаясь в наступающий вечер. Завтра он увидит друга и свою единственную любовь.

Город спал, предаваясь своим сновидениям и страстям. Единицы светлых точек на фоне темных громадин подчеркивали позднее время.

Но молодой человек не мог уснуть. Он читал, ворочался с боку на бок, посмотрел несколько фильмов.

В его голове циркулировала одна мысль. Она крутилась, как белка в колесе, билась о стенки привычного, и отскакивая внутрь снова нагнетала бешеный темп. Послезавтра он совершит убийство.

Сможет или нет? Должен. Иначе последние восемь лет его недолгой жизни прошли впустую. А ведь он копил ярость, приобретал необходимые навыки, за год досконально изучил распорядок и поведение своей жертвы.

Старые бабушкины часы гулко пробили четыре утра. Незаметно, маленькими штрихами, сон окружил его и унес в пейзаж потерянного прошлого.

Игорь Буран встал ровно в шесть утра. Для самоконтроля сверился с часами и остался доволен. Будильникам он не доверял с тех самых пор, как испортившаяся пальчиковая батарейка в одном из них едва не стоила ему жизни. С тех пор он поумнел. Пусть и поздновато, все-таки тридцать шесть возраст не детский, но лучше уж поздно, чем никогда.

Он зашел в душевую и постоял десять минут под холодными струями воды. Сонливость прошла. Игорь перешел к физическим упражнениям, о которых не забывал никогда.

Еще сорок минут пролетели незаметно.

Игорь снова постоял под душем, на этот раз минут пять, и начал одеваться.

Ровно в семь утра в дверь позвонили. Два коротких звонка, пауза, потом два длинных. На всякий случай он посмотрел в глазок и открыл дверь, впуская двух человек.

Первый был приземист и широкоплеч. Волосы короткие, с небольшими залысинами на лбу. Мясистый нос, квадратный подбородок, пустые холодные глаза. Уже сама по себе такая внешность могла сделать из нормального человека хладнокровного убийцу. А в хладнокровии Степану Батурину нельзя отказать.

Второй, как часто бывает, был полной противоположностью своему напарнику. Высокий, светлые волосы, правильные черты лица и теплый взгляд зеленых глаз. Его обходительные мягкие манеры, вкупе с напускным добродушием и безукоризненным костюмом могли обмануть кого угодно. Но за маской романтического героя срывался жестокий и безжалостный убийца, еще более страшный, чем Батурин. Василий Реутов больше всего на свете любил орудовать ножом, и это говорило о многом.

Оба гостя разулись и вошли в гостиную своего шефа. Они прекрасно понимали, что их не зря вызвали в такую рань. Последние месяцы прошли спокойно, серьезных дел не было, но и заработки остались средними, без щедрых премиальных за спецзадания. А вкусы обоих компаньонов сходились в одном: они любили хорошее застолье, красивых женщин и азартные игры.

Некоторое время Буран молча смотрел на своих подчиненных. Они равнодушно развалились на мягком кожаном диване, ожидая, когда шеф решит начать.

— У нас появились неприятности. Предстоит работенка. — Он сделал паузу и пытливо глянул на Реутова.

— Хорошо, — негромко ответил Василий и улыбнулся. —В смысле хорошо, что есть работа, — тут же поправился он, хотя все итак поняли, о чем речь.

— Работа серьезная. — Теперь Игорь сверлил взглядом Батурина.

— Как платят? — уточнил Степан.

— Платят так, что можно год пить-гулять и проблем не знать. — Игорь остался доволен результатами беглого осмотра.

— Идет. — Напарники ответили в один голос.

— Подождите, вы еще не знаете, что надо делать. Возможно, после этой работы нам придется залечь на дно, если, конечно, уйдем живыми. — Игорь закурил. Сообщая эти страшные известия, он оставался абсолютно спокоен. Его люди тоже не нервничали по пустякам.

— Ладно, Игорь, не томи, мы согласны, давай детали. Кого работаем? — Батурин был человеком обстоятельным, скорее прагматиком, чем мечтателем.

— Двоих. Артура Конева и его сына. — Буран пристально посмотрел в глаза обоих убийц. Батурин воспринял новость спокойно, хотя слегка скривил губы в коварной ухмылке. Реутов побледнел, но остался внешне спокоен.

— Когда? — продолжал Батурин.

— Вот тут вся соль. Убрать их надо завтра. По-другому нельзя. Кто-то хочет подставить Глеба и убирает людей Коня одного за другим. Подозревать они могут только нас, больше некого. Искать убийцу нам сейчас некогда, да и нет большого смысла. Всем понятно, что рано или поздно Глебу станет тесно в одном городе с Артуром. Был только вопрос: когда. Теперь кто-то помог получить ответ. — Игорь потушил сигарету, так и не докурив.

— Подробности. — Сухо бросил Реутов.

— Завтра в семь вечера Артур назначил сходняк в своем ресторане «Гостиный двор». Там будут все местные плюс приезжие авторитеты из Москвы, Питера и некоторых крупных городов. Если они примут решение мочить Глеба, то нам не устоять. Это слишком серьезно, своими силами не отобьемся. А они примут это решение, потому что в противном случае Конь потеряет уважение своих людей, и они толпами побегут к нам. Короче наша задача проста: сходка не должна состояться. По пути на стрелку Артура и Павла нужно убрать. — Игорь закончил фразу таким легким тоном, будто объяснял друзьям решение квадратного уравнения.