Марк Гроссман - Капитан идет по следу

Приподнял голову, прислушался. Мешали удары сердца. Бешено колотилась кровь в висках, не хватало воздуха.

— Утек, собака! — услышал он злобные приглушенные слова и, хлебнув воздуха, опустился в воду.

Выждал, поднял голову, вслушался в ночные звуки.

Негромкие возбужденные голоса раздавались где-то далеко, как из-под земли. Потом все стихло. Стало мрачно. Дневные птицы уже кончили свои песни, ночные — молчали.

Вскоре до Гуреева донесся звук сигнального рожка «Победы». Бандиты угнали машину.

Прождав полчаса, Гуреев стал выбираться из канавы.

Цепляясь связанными руками за ветки, упираясь ногами в края канавы, он поднялся на сухое место и быстро пошел к шоссе.

Сторожко прислушиваясь, не обращая внимания на боль от рваной раны возле глаза, шофер шел всю ночь. К утру он толкнул плечом дверь в будке железнодорожного сторожа и упал на земляной пол.

В восемь утра сторож привез Гуреева на попутной машине в отделение милиции.

Через полчаса дежурный, заполнив бланк допроса, отправил Гуреева в больницу.

И почти тотчас же из отделения на Восточную дорогу вынесся зеленый вездеход с оперативными работниками.

Примерно в это же время к дому Смолина подошла синяя «Победа» уголовного розыска. Сыщик пожал руку проводнику собаки Михаилу Валеевичу Рустамову, погладил смирно лежавшую на полу овчарку и кивнул шоферу:

— К Кичиге!

Пока мчались в город, Кичига, поднятый прямо с постели, дремал, раздосадованный этим внезапным, как всегда, вызовом.

На полпути сыщики догнали зеленый вездеход.

Обе машины остановились. Наскоро обсудив план работы, все снова отправились в путь.

Вот и старая узловатая береза на опушке. Да, здесь все так, как и следует из рассказа Гуреева. Видны следы «Победы» на траве: бандиты съехали с дороги. Вот путь, по которому бежал в вечерней мгле шофер: смята трава, сломаны ветки кустов. Вот и канава: ясно видны вмятины от человеческого тела.

Но от преступников не осталось никаких видимых следов: ни оттиска ботинка, ни обгоревшей спички, ни клочка бумаги.

Машины добрались до будки сторожа и от нее разъехались в разные стороны. Вездеход вернулся в город, а «Победа» помчалась вперед к деревне Зырянке.

Перед тем, как отпустить вездеход, Смолин сказал товарищам из отделения:.

— Спешите. Наведите справки по городу. Мы поищем здесь па́левую «Победу».

В Зырянке Смолин и Кичига отыскали председателя сельского Совета. Тот выслушал рассказ и покачал головой:

— Нет, не знаю. Может, народ что скажет?

Пригласили колхозников. Люди задумывались, но неизменно разводили руками. Верно, некоторые слышали перед утром сигналы автомашины, но это не редкость на большом шоссе.

Смолин совсем было решил: неудача. Но тут к председателю зашел сторож сельского универмага. Старик молча скручивал папиросу, прислушиваясь к разговору председателя с незнакомцем, и, наконец, решительно подошел к Смолину:

— Слышь-ка, сынок. Я кое-что, кажись, знаю.

Вот, что сообщил сторож.

Ночью возле универмага остановилась машина. Какая, в темноте не видно. Старик поудобнее взял ружьецо: не день все же. Тогда машина загудела и уехала. Потом появилась снова, и из нее вышли двое. Поглазели, посудачили, залезли в машину и укатили. Куда? Не доложились.

Смолин потянул Кичигу на улицу.

— Едем, Сергей Лукич. Развиднелось это дело немного.

Сев в машину, Смолин тронул шофера за плечо:

— На полевую дорогу, Павел.

Пока была ясно одно: преступники угнали «Победу» не для того, чтобы покататься, — для другой цели. Теперь, кажется, удалось установить, для какой. Ночью магазины не торгуют. Значит, готовился грабеж. Но увидав возле магазина сторожа с берданкой, бандиты оробели и уехали. Возвращаться в город они не станут: там уже, конечно, знают обо всем. По Восточной дороге тоже не поедут: побоятся засады. Оставался проселок.

По нему и поехали теперь сыщики.

«Победа» шла медленно. Капитан вглядывался в неровную дорогу, останавливался у каждого развилка. Нет, похищенная машина, если она двигалась проселком, никуда с него не сворачивала.

Наконец Смолин приказал Павлу набрать скорость. Дальше — верст двадцать — боковых дорог нет.

Еще не успев развить предельного хода, водитель резко остановил машину.

Почти одновременно сюда вынесся зеленый вездеход. Из него вышли сотрудник автоинспекции и следователь прокуратуры. Оба получили приказ выехать к месту происшествия.

У кювета на боку лежала па́левая «Победа» АБ-20-26.

Пока Кичига исследовал шоферское сидение, руль и рукоятку двери разбитой «Победы», Смолин и проводник собаки молча стояли у обочины.

Кичигу будто подменили. Он действовал быстро и ладно, глаза горели веселым огоньком работающего человека.

Достав коробочку с графитом, он быстро обсыпал порошком баранку руля и ручки дверцы. На гладкой поверхности проступили следы пальцев. Кичига навел на них лупу, взял у одного из работников отделения оттиски пальцев Гуреева.

Сличив отпечатки, эксперт огорченно вздохнул: узоры похожи. Это не печати преступников. Выходит, они и здесь не оставили зримых следов.

Сотрудник автоинспекции снял показания со счетчика, покопался в моторе, осмотрел дорогу.

— Машина перевернулась вот из-за этого, — кивнул он на небольшую выбоину. — Преступники шли на крайней скорости. Шофер увидел опасность, когда уже было поздно. Он резко взял тормоз, и вот…

— Пожалуй, возвращаться надо? — взглянул Кичига на товарища.

Смолин отрицательно покачал головой:

— Поищем здесь. Неподалеку человек, кажется…

Автоинспектор не то с любопытством, не то с иронией посмотрел на него.

— В чем дело? — поинтересовался Кичига.

— Сороки сильно трещат. В лесу кто-то есть.

Овчарка, спущенная с поводка, покрутилась возле машины и быстро прихватила след. Низко опустив голову, Дези кинулась в чащу леса.

Вскоре она громко залаяла, бросилась к проводнику, но, не добежав, вернулась в лес.

Почти бегом Смолин направился за собакой. Сильными короткими движениями левой руки, — в правой он держал пистолет, — сыщик раздвигал кусты. Очутившись на небольшой полянке, Смолин замер.

Сороки, обсевшие соседние березки, подняли густой гам.

Впереди, около смятого куста, лежал убитый.

Капитан, присматриваясь к траве, кустам, коре деревьев, медленно пошел вперед. Кичига несколько раз щелкнул затвором «Киева», снимая место происшествия и труп.

Убитый лежал на спине. Выражение лица — мирное, немного сонное — говорило о том, что смерть наступила внезапно. Человек даже не успел испугаться.

На убитом был дорогой костюм, шелковая рубашка, щегольские желтые туфли.

Неподалеку лежала кепка, рядом — черный, забитый грязью ботинок с порванным шнурком.

Смолин метнул взгляд на кепку — с убитого? — и быстро подошел к ботинку. Он несомненно был с того, второго, исчезнувшего после аварии.

В карманах убитого нашли самую малость: небольшое письмо без конверта и билет до станции Дегтево. На руке убитого было выколото имя «Сеня».

Смолин пробежал глазами письмо.

Женщина — ее звали Зиной — требовала от мужа быстрее ехать к семье. Зина сообщала: выслала на дорогу пятьсот рублей.

Картонный билет на электричку был выписан в пригородной кассе вокзала.

Смолин довольно потер руки. «Немало! Этот Семен жил далеко, — пятьсот рублей посылать на близкую дорогу незачем. Какое-то отношение он имел к станции Дегтево».

В полдень труп сфотографировали еще раз и отправили в морг.

Обе машины, развернувшись, ушли в город.

В дороге Смолин почти дремал. «Отчего погиб человек, найденный в лесу? Умер при аварии, или его убил тот, второй? Раны пока ни о чем не говорят. Может быть и так, и так. А зачем тащили труп в лес? Прятали концы в воду? Но тело даже не закидали листвой. Почему?..»

Через час лаборатория управления размножила фотографию убитого.

…Вечером с пригородным поездом в Дегтево выехали двое.

Проводник вагона с самого начала заметил словоохотливых пассажиров, споривших о собаках.

«Охотники!» — подумал проводник и подсел к молодым людям.

Пассажиры стали рассказывать о разных случаях на охоте. Совсем недавно один знакомый неловко задел спусковым крючком ружья за ветку и всадил заряд себе в живот. Не охнул даже, бедняга…

— Вот карточка его. Полюбопытствуйте.

Пока проводник, зябко поеживаясь, разглядывал фотографию, один из охотников сказал:

— Он, говорят, родом из Дегтево. Семеном звали. Не встречался?

Проводник покачал головой:

— У нас такой не жил.

В Дегтево сыщики проверили, пришла ли их машина, и заглянули к начальнику станции. Железнодорожник выслушал гостей, взглянул на карточку, сказал убежденно: