Сожженные тела на станции Саошулин - Юнь Хуянь

торчали как зубочистки, а несколько оставшихся склоненных бутонов напоминали бумажные шарики, обмакнутые в чернила.

– Председательница Ци говорила, что видела, как та красивая длинноволосая девушка разговаривала с Чжоу Липином именно в этом саду? – догадался Ма Сяочжун.

– Точно, – спохватился Хуянь Юнь. – Что вы узнали от председательницы Ци?

Ма Сяочжун пересказал их разговор, затем упрекнул Хуянь Юня:

– Я же вчера вечером дал тебе совет, а ты все равно один пришел в квартиру Чжоу Липина. Если бы мы с Сяофэнь не подоспели вовремя, этот упрямец Пу действительно мог бы тебя арестовать.

– Я послушал твой совет, но тот человек был занят утром, сказал, что придет только в полдень. Я боялся потерять время и начал действовать раньше, – ответил Хуянь Юнь.

– Хватит об этом, – оборвала их Го Сяофэнь. – Куда теперь?

Ма Сяочжун сказал:

– Председательница Ци говорила, что о деталях аренды жилья Чжоу Липина нужно спрашивать риелтора Ло из «Юаньман недвижимость»? Через дорогу от района есть филиал этой компании, думаю, именно он нам и нужен. Давайте проверим.

Они вышли из двора, перешли дорогу и вошли в офис «Юаньман недвижимость» с фасадом, выкрашенным желтой теплой краской. Сотрудник в костюме и галстуке сразу подошел к ним:

– Здравствуйте, хотите снять или купить жилье?

– Мы ищем одного человека, – прищурился Ма Сяочжун. – Кто здесь Ло?

Из-за компьютера встал низенький человек в широких черных очках:

– Здравствуйте… Вы…

Ма Сяочжун показал удостоверение:

– Пройдемте с нами.

Кто-то, похожий на управляющего, попытался вмешаться:

– Офицер, зачем вам нужен Ло?

– Хочешь знать? – Ма Сяочжун зловеще усмехнулся. – Хорошо, тогда и ты пойдешь с нами.

Управляющий испуганно отступил.

Ло нервно вышел из-за ряда компьютерных столов, по пути несколько раз ударившись о стулья и морщась от боли.

Полицейский важно шагал впереди, риелтор следовал за ним, постоянно пытаясь завязать разговор, но Ма Сяочжун игнорировал его. Он привел его в сад под домом, где жил Чжоу Липин, уселся на каменную скамью, покрытую газетой, закинул ногу на ногу и, покачивая ступней, приказал:

– Рассказывай.

– Что… Что рассказывать? – моргая, спросил Ло.

– Если ты все еще не знаешь, что рассказывать, хотя мы уже здесь, значит, либо считаешь народную полицию дураками, либо не годишься для выполнения своей работы. Что из этого правда?

Ло натянуто улыбнулся:

– Вы из-за дела Чжоу Липина, да? Я действительно нашел ему квартиру, но о его преступлении я ничего не знаю.

Ма Сяочжун молчал, только косился на собеседника.

Ло с несчастным видом начал:

– Правда, я не знал. Если бы я был в курсе, ни за что не стал бы искать ему жилье. Изначально я использовал его как приманку… – Он, похоже, осознал, что проговорился, резко замолчал, но по холодной усмешке Ма Сяочжуна понял, что назад пути нет, и продолжил: – Сначала, когда он попросил помочь найти жилье, то сразу сказал, что он освободившийся заключенный, убийца. Я обрадовался – вот это приманка! В нашем бизнесе есть такая практика: находим особо неблагополучных людей как «подставных», даем им снять жилье, и только после подписания договора и внесения задатка сообщаем хозяевам, что арендатор – бывший убийца и сидел в тюрьме. Обычно хозяева предпочитают заплатить неустойку, чем сдавать такому, боятся проблем. Неустойку мы обычно делим с «подставным» пополам, но Чжоу Липин только вышел из тюрьмы, не знал правил, так что мы забирали себе всю сумму полностью. Конечно, задаток я ему возвращал – боялся, что он разозлится и пырнет меня ножом!

– Продолжай, – подтолкнул его Ма Сяочжун.

– Использовал я его так раза четыре-пять, потом решил остановиться – побоялся, вдруг он обо всем догадается, будет некрасиво. Когда он снова пришел ко мне, я стал извиняться, говорить, что не могу помочь найти жилье, мол, такие правила в агентстве, даже самые сложные дела нужно решать мягко. Он очень расстроился, но не винил меня, все просил прощения за беспокойство и сказал, что будет искать квартиру сам. Какое-то время я часто встречал его в окрестных районах, в мешковатой старой одежде; он ходил по улицам в поисках крова, и старики из «Красной дружины» следили за ним, как за мышью, постоянно останавливали, допрашивали и отчитывали, а он без всякого выражения просто слушал…

– Почему же потом ты все-таки помог ему найти жилье? – не выдержала Го Сяофэнь.

– Потому что я был перед ним в большом долгу.

Глаза Ма Сяочжуна загорелись:

– Расскажи, что случилось?

Ло пустился в объяснения:

– Однажды нашей компании срочно понадобилась двухметровая рекламная вывеска из пенопласта. Заказали ее утром, забрать нужно было после обеда. Я поехал за ней на скутере, на обратном пути держал вывеску перед собой – одну руку положил на руль, другую – на вывеску. Какая-то женщина ехала по встречной полосе, и после того, как мы разминулись, она упала. Хоть она была толстая как тыква, но ногами работала шустро, догнала меня и стала кричать, что я ее задел. Местные жители и так не любят нас, риелторов, которые постоянно ездят на скутерах туда-сюда, поэтому все зеваки были на ее стороне. Я уже весь взмок от волнения, и тут вдруг кто-то из толпы сказал, что видел, как женщина сама упала, не удержав руль, и я тут ни при чем…

– Чжоу Липин?

– Да, это был он, – кивнул Ло. – Он случайно проходил мимо и выступил свидетелем в мою пользу. Та женщина все еще буянила, говорила, что моя вывеска ударила ее по колену и сбила. Чжоу Липин объяснил, что это невозможно: во-первых, пенопласт – очень мягкий и хрупкий материал и при таком столкновении не мог бы не повредиться, а вывеска была совершенно целая; во-вторых, ее явно только что сделали, причем в спешке – нижний слой не успел высохнуть, а на него уже нанесли верхний, – тогда Чжоу Липин провел по пенопласту пальцем, и на нем остался след краски, – если бы вывеска действительно задела колено, на нем обязательно остались бы отпечатки, но на ее белых брюках не было ни пятнышка.

– Ого! – воскликнула Го Сяофэнь. – Неплохая дедукция!

– Да, та женщина сразу замолчала, и я уже собирался улизнуть, как вдруг она уставилась на Чжоу Липина и закричала: «Я тебя знаю, ты же тот серийный убийца! Смотрите все, это тот негодяй, который убил столько людей в западном пригороде! Как можно верить его словам?!» Я видел, как лицо Чжоу Липина мгновенно помрачнело, и быстро увел его оттуда. Позади та дамочка все еще ругалась, и хотя зеваки показывали на нас пальцами, никто не осмелился бросить камень.

Ма Сяочжун выругался:

– Некоторые бабы такие – ты