Наследница по найму - Мэдлин Хантер

Бет, собственным телом загораживая Минерве дорогу. – Так распорядились два доктора. Два.

– Ах, много они понимают.

– Уж побольше вашего.

– Я скоро с ума сойду, лежа в постели. Ну же, отойди и дай мне…

– Ты что творишь?

Она замерла. Этот голос принадлежал не Бет, Чейзу.

Минерва подняла глаза. Он стоял в дверях комнаты, и вид у него был усталый, взъерошенный и не слишком довольный.

– Возвращайся в постель! – потребовал Чейз, а Бет, самодовольно взглянув на нее, прихватила поднос и ушла.

– Это ни к чему.

– Постельный режим. На неделю. Врачи все сказали недвусмысленно. – Чейз подхватил одеяла и жестом указал на кровать.

Минерва улеглась обратно и стукнула кулаком по одеялу.

Он сел на стул.

– Но, правда, бодрость – это хороший знак.

Дело было вовсе не в бодрости, а в крайнем раздражении.

– Ты не валялся в постели после того, как тебя огрели по голове, так почему я должна?

– Это совсем другое.

– Нет, не другое. Вовсе нет.

– У тебя было сильное кровотечение.

– У тебя не меньше. Раны на голове, ты сказал, всегда обильно кровоточат.

Он ей, конечно же, сочувствовал, но уступать не собирался.

– Ты была без сознания, это вполне может быть сотрясение мозга.

– Ты тогда тоже потерял сознание, но тебя же не волновало, есть ли внутренние повреждения.

– Я знал, что ничего такого не было, да и без сознания я пробыл всего несколько секунд.

– Гораздо больше. И если ты чувствовал, что с головой все в порядке, то и я могу это чувствовать. Голова уже почти не болит, и свет тоже не мешает. Вот видишь, я смотрю прямо на лампу.

Чейз протянул руку и, отодвинув лампу в сторону, твердо сказал:

– Говорю тебе, это не одно и то же.

Минерва заколотила кулачками по одеялу.

– Это не одно и то же, потому что я женщина, – ты это хочешь сказать?

– Именно так. А еще потому, что я никогда себе не прощу, если с тобой что-нибудь случится из-за того, что ты не последовала совету врачей. Так что сделай одолжение и выполняй указания.

Минерве это не понравилось, но его вид не располагал к дальнейшему бунту.

– Хорошо, я согласна провести в постели три дня. Но если после этого у меня ничего не будет болеть, я встану и хочу, чтобы ты признал, что я полностью здорова.

Чейз, устало прикрыв глаза, кивнул.

– А теперь, будь так добр, верни лампу на место, чтобы мне не пришлось сидеть в темноте.

С тяжким вздохом он подчинился.

Она взяла его руку в свои и заметила, что костяшки пальцев у него сильно покраснели.

– Где ты был?

– Где-то там.

Она провела большим пальцем по красным костяшкам.

– Ты его убил?

– Нет. – Чейз сжал ее руку. – Я взял с собой Джереми как раз для того, чтобы не дал его убить, хотя я сделал бы это с удовольствием. Но кулаками помахать пришлось, чтобы его окоротить.

Минерва представила себе, как он заходит в ту зловонную комнату, взбешенный, готовый к драке, вместе с Джереми. Мистер Марин, наверное, до смерти перепугался, увидев двух мужчин, жаждавших мести.

– Что ты с ним сделал?

– Я предложил ему выбор: он может сесть в карету, которая его ждет, и отправиться в загородное заведение, где, как надеется его двоюродная сестра, ему помогут, или же мы отвезем его в суд, где ему будет предъявлено обвинение в попытке тебя убить.

– Полагаю, он предпочел отправиться за город.

– Как я уже говорил, пришлось поработать кулаками. Уверен, когда я с ним закончил, он согласился с тем, что это решение лучше.

Минерва оглядела его с ног до головы.

– Смотри не попадись Бригсби, если он еще здесь, а то он примется тебя отмывать и приводить в порядок до полусмерти, если дашь ему такую возможность.

– Да уж, он такой. А ты, похоже, даже указаниям врачей не следуешь.

– Ты что, собирался стоять тут на страже всю ночь, чтобы я никуда не сбежала?

– Да, собирался остаться и менять тебе холодные компрессы на лоб. Не ожидал, что тебе уже будет настолько лучше.

Она потупилась.

– Тебе вовсе не обязательно сидеть на стуле. Мне велели оставаться в постели, но никто не говорил, что я должна там быть одна.

Чейз коротко рассмеялся.

– Увы, мне запретили к тебе приставать. Это было непременное условие выздоровления.

– Не обязательно ко мне приставать, можно просто поспать рядом. Уверена, я поправлюсь быстрее, если ты будешь меня обнимать. – Она чуть отодвинулась на кровати. – В постели не так много места, но мы просто ляжем поближе друг к другу.

– Не сомневаюсь.

Он поднялся, разделся и, погасив лампу, лег рядом с ней поверх покрывала.

– Можешь забраться под одеяло.

– Бет наверняка явится на рассвете, чтобы занять мое место у твоей постели. Лучше не надо.

И все-таки он повернулся и подсунул под нее руку, чтобы заключить в объятия. Ощущение было такое приятное, что стерло из памяти все перипетии этого дня.

– Я кое-что поняла сегодня, – сказала Минерва. – Когда меня ударили по голове, я вспомнила кое-что давно забытое.

Он зевнул и перевернулся на живот.

– И что же?

– В тот день, когда доставили деньги, он кое-что мне сказал, тот мальчишка, который их принес. Я почти сразу же это позабыла. Но когда он передал мне ту коробку, он сказал что-то вроде: «Мне велели передать тебе это; в следующий раз дай сдачи». Сегодня я услышала это у себя в голове. И мне любопытно… знал ли тот, кто послал мне эти деньги, что творилось у нас в доме.

– Я думаю, знал. Думаю даже, что знаю откуда. Должен был знать.

– Потому что иначе он не дал бы мне этих денег?

– Потому что перед смертью он завещал тебе достаточно, чтобы ты могла ни в чем не нуждаться.

Минерва уставилась в потолок. Эта мысль не так сильно поразила ее, как можно было бы ожидать.

– Ты думаешь, это был герцог?

– Я в этом почти уверен. Это единственная возможная связь между вами.

– Почему ты мне не сказал?

– Я собирался, но ты получила по голове, и это пришлось отложить. – Он опять зевнул. – И сейчас это тоже лучше отложить. А теперь спи.

Минерва притворилась спящей, но так и не заснула, а вот он скоро задремал возле нее. Она слушала его дыхание и обнимала руку, которую он положил на нее, и прислушивалась к щемящим эмоциям, которые испытывала всякий раз, как он выказывал заботу.

Глава 22

– Я требую, чтобы меня выпустили из