Карло Фруттеро - Его осенило в воскресенье

Она очень, очень виновата и просит прощения, затараторила Шейла. Ей захотелось посмотреть еще и рынок «Порта-Палаццо», и потому они с Бонетто опоздали. Да еще на обратном пути они вспомнили, что забыли в кафе шапочку капеллана. Феличе побежал в кафе, а она вот примчалась сюда… А где же Массимо и Лелло?

— Не знаю, — ответила Анна Карла, закрывая книгу и кладя ее в сумку. — Может, они встретили Феличе и вместе с ним пошли в кафе?

Но Бонетто, держа в руках шапочку капеллана, появился один. Ни Массимо, ни Лелло он не встретил.

— Возможно, они ждут нас на другом конце площади? — предположил он.

— Нет, вон они… — сказала Анна Карла, увидев подходившего Массимо.

— Массимо! — крикнула ему Шейла, помахав рукой. — We are hungry!

— Мы проголодались! — с улыбкой перевел американист Бонетто, когда Массимо подошел к ним.

Массимо вежливо извинился — к нему привязался какой-то наглец и никак его не отпускал.

Анна Карла заметила, что Массимо бледен, но старается держаться непринужденно. Она поняла, что он, очевидно, поссорился с Лелло.

— А Лелло? Он что, передумал? — спросила она так, словно в этом нет ничего особенного.

— Да… то есть… ему нужно было позвонить домой… и он просил его не ждать, если…

— Смотрите, что это случилось там внизу? — спросил Бонетто, глядя на площадь.

— Да, что там такое? — отозвалась Анна Карла.

— Полиция, — сказала Шейла, показывая на машину, которая остановилась у открытых ворот склада. То была машина дорожной полиции, а не карабинеров, но по крикам и по тому, какая сразу собралась толпа, было ясно, что дело посерьезнее, чем стоянка в запрещенном месте. Впрочем, минуту спустя к складу примчались полицейская машина и «скорая помощь».

— Что там все-таки произошло? — повторил американист Бонетто, сгоравший от любопытства.

Из машины «скорой помощи» вынесли носилки, толпа любопытных росла.

— Кукурузники! — с довольным видом ответил продавец книг. — Поножовщина между кукурузниками.

Он торопливо закрыл лавку и побежал на место происшествия, Другие продавцы последовали его примеру. А те, кто остались, горячо обсуждали случившееся и сообщали друг другу последние новости.

— Что будем делать? — неуверенно спросила Анна Карла.

Ей вовсе не хотелось смотреть на труп. Куда интереснее узнать об этом из книги кавалера Валентини, подумала она.

Но Бонетто уже подошел к пивному ларьку и расспрашивал о подробностях. Анна Карла и Шейла тоже подошли к ларьку.

— Кажется, там кого-то убили, — сказал Бонетто, от волнения забыв даже перевести свои слова на английский.

— Молодой человек, — сообщил один, вернувшийся с последними новостями.

— Убили южанина? — спросили сразу несколько человек.

— Да нет, он покончил самоубийством.

— А-а!

— Каким способом?

— Застрелился?

— Выстрелил себе в висок, — подтвердил водитель трамвая, примчавшийся со склада. — Блондин.

— А с чего вдруг, неизвестно?

Однако интерес к происшествию резко упал. Еще одна подробность, сообщенная водителем о том, что молодой человек был в желтом свитерке, оставила всех равнодушными.

— Так как же? — сказала Анна Карла. — Мы идем или…

Она замерла, пораженная тем, что Массимо повернулся и сначала быстро пошел, а потом побежал к складу. В первый момент она ничего не поняла. Потом поняла и похолодела от ужаса. Поднесла руку ко рту, чтобы не закричать. Массимо уже подбегал к воротам.

— What’s the matter?[15] — удивилась Шейла.

— Не знаю… Может, он решил, что…

Она с тревогой посмотрела на водителя трамвая, который повторял свой рассказ новым любопытствующим.

— Ты сам-то его видел? — спросил владелец пивного ларька.

— Нет, он лежит в складе. Торопиться им некуда — мертвого не оживишь. Но говорят, что это блондин в желтом свитерке.

Теперь и Шейла без перевода все поняла.

— My goodness, — прошептала она, широко раскрыв глаза, — do you think…[16]

— Нет… хотя не знаю… но… — в полной растерянности пролепетала Анна Карла. Она не знала, ждать ли ей Массимо или бежать за ним.

— Но если он застрелился, то почему примчалась оперативная группа? — вдруг спросил кто-то.

— Какая еще оперативная группа? Это машина комиссариата с виа Борго Дора.

— Да, но и машина оперативной группы только что к складу подъехала.

Интерес к происшествию снова сразу же возрос. Обе полицейские машины с надрывным воем сирен через густую толпу прокладывали себе дорогу к воротам. Большинство любопытных бросилось назад, к месту происшествия. Лавочники опять позакрывали лавки и устремились к складу.

— Значит, он не застрелился? — крикнул владелец пивного ларька владельцу магазинчика скобяных изделий, который служил сейчас «ретрансляционной станцией».

— Пока неизвестно, — сообщили из магазинчика.

— Точно лишь одно — его нашли уже мертвым!..

От толпы у ворот склада отделялись все новые гонцы, которые сообщали последние новости. Из магазинчика скобяных изделий донеслись громкие крики. К пивному ларьку подбежал здоровенный мужчина и на ходу хриплым голосом выкрикнул:

— Его убили, его убили!..

— Его убили, — объявил владелец пивного ларька.

Анна Карла оказалась в самом конце площади, среди теснившихся вокруг нее зевак, так и не поняв, сама ли она туда прибежала или же ее увлекла за собой людская волна. Шейла и Бонетто были рядом, при этом Шейла крепко держала американиста за локоть. Они постепенно пробились через толпу к железным воротам, куда кордон полицейских не подпускал любопытных.

— I can't see him[17], — сказала Шейла, глядя поверх голов.

— The body?[18] — спросил американист.

Анна Карла вначале тоже решила, что Шейла хочет посмотреть на убитого, но теперь догадалась, что она ищет Массимо.

Втроем, работая локтями, они добрались до второго ряда.

— Oli, there he is!.. — вдруг воскликнула Шейла, — They are talking to him.

— А, вон он, с ним беседуют, — перевел Бонетто, который из-за своего маленького роста сам ничего не видел. — Но кто?

Они прорвались через первый ряд любопытных и подбежали к воротам.

Шейла вскинула руку и показала на будку за воротами. Но полицейский резко оттолкнул ее, а заодно и Анну Карлу с Бонетто. Подбежал старший сержант и приказал всем отойти подальше.

— Ривьера? — слабым голосом спросила Анна Карла у полицейского, который ее отталкивал. — Умер… молодого человека звали Ривьера?

— Назад, назад… Отойдите назад, — кричал полицейский.

— Ривьера, а дальше? — спросил старший сержант.

— Не знаю, — смешалась Анна Карла. — Вернее, Лелло, но полного имени я не знаю.

— Идемте, сейчас все выясним, — сказал старший сержант. Он посмотрел на Шейлу с Бонетто. — Они с вами?

— Нет… не совсем, — запинаясь, пробормотала Анна Карла.

— Not exactly, — в растерянности перевел американист Бонетто. — Может, нам не надо…

— Нет-нет, идемте, идемте, — вежливо, но твердо приказал старший сержант. Он довел их до самых ворот и впустил в стеклянную будку. Обернувшись, Анна Карла увидела Массимо. Он стоял к ней спиной и разговаривал с высоким, худым человеком с залысинами на висках и аккуратно зачесанными назад волосами. Человек этот поднял на них глаза.

— Пройдите вон туда, — сказал старший сержант и показал им на отгороженный угол в проходе, где, образуя некое подобие прихожей, стояли кухонные стулья и большая скамья. Он позвал себе на помощь пробегавшего мимо полицейского, провел всех троих в «прихожую» и показал на кухонные стулья.

— Садитесь, пожалуйста! И не откажите в любезности сообщить, кто вы такие, а также предъявите документы, — сказал старший сержант. — И мы быстренько все выясним.

— Papers? — спросила Шейла. — I don't know if I have got my passport…[19]

Американист Бонетто был слишком взволнован, чтобы переводить.

— Не обязательно паспорт. Можно и удостоверение личности или водительские права, — пояснил полицейский.

— Но что произошло? Что произошло? — спрашивала Анна Карла, роясь в сумке. — Мы так и не знаем…

Старший сержант протянул руку, чтобы взять ее документы.

— Вот мы сейчас все и уладим, — бодро заверил он.

— Не надо, я сам разберусь, — сказал высокий мужчина.

Старший сержант и полицейский агент отдали ему честь и отошли. Мужчина с залысинами на висках повернулся к ней, и Анна Карла узнала в нем человека, который перед тем разговаривал с Массимо. Вежливо поклонившись всем троим, он сказал:

— Так вы — синьора Дозио? Рад познакомиться. Комиссар Де Пальма. Когда вы вошли, я как раз беседовал с доктором Массимо Кампи. Синьор Кампи мне объяснил, что вы были все вместе. Поэтому будьте так любезны, подождите минуту, он показал на стулья. — А потом…