Джеймс Берк - Блюз мертвых птиц

— Кого?

— Ее похитили на вашей лодке.

— Лодка, которую вы описываете, мне не принадлежит, и я не имею ни малейшего представления, о чем вы говорите, мистер Робишо.

— А как насчет самолета-амфибии, на котором вы были? Всегда хотелось на подобном прокатиться.

— Этот разговор окончен, — отрезал Вулси.

Девушка-вьетнамка поставила стейк перед Бруссаром, мясо было настолько горячим, что еще шкворчало в подливке.

— Повар приносит свои извинения и надеется, что теперь вам понравится, — вымолвила она.

— Позже отведи-ка меня на кухню, хочу с ним познакомиться, — ответил Бруссар, — не хочу, чтобы он покинул нас с обидой на душе.

— Ну просто белый господин, — вставил Клет.

— Ваши насмешки неуместны, сэр, — ответил преподобный, — я лишь пытался объяснить этой девчушке, что просто дразнил ее, когда говорил о том, чтобы устроить нагоняй повару.

— Так я об этом и говорю. Нужно совершать побольше таких добрых поступков, особенно в отношении вьетнамцев, — заявил Клет, разжевывая лед и подняв указательный палец для убедительности. — Я во Вьетнаме много чего повидал. Как с заключенных кожу сдирают, как ночью в деревнях перерезают людям горло и потом красят их лица в желтый цвет. Знаете, такое вот тяжелое дерьмо, о чем папики дома слышать не хотят. Знавал одного пулеметчика на вертолете, который не мог дождаться возвращения в зону свободного огня. Кто-то спросил его, как он умудрился убить столько женщин и детей, а он ответил: «да проще простого, они не так быстро бегают». Вы когда-нибудь задумываетесь о подобном, заправляя свой «Субурбан» на бензоколонке?

Разговор за столом замедлился и затих. Амиде поднял руку и жестом подозвал охрану, словно хватая воздух руками.

— Охрану позвал? — сказал напоследок Клет. — Знаешь, что, преподобный, я прослежу за той вьетнамской девочкой, и если обнаружу отпечаток хотя бы одного твоего пальца на ней, ты получишь такую рекламу, которая тебе никогда не снилась.

— Это какое-то недоразумение. Давайте просто успокоимся, — вмешался Бобби Джо Гидри.

— Не вмешивайся, — ответил Вулси.

— Я думал, мы тут все члены одной церкви. Что тут происходит? — пролепетал Бобби Джо, пытаясь улыбнуться.

— Уведите этих людей, — приказал Вулси трем охранникам, подбежавшим к столу.

Я встал и услышал, как Клет поднимается со стула рядом со мной, толкнув стол со стоящими на нем стаканами. Мне даже не нужно было смотреть на него, я знал, о чем он думает и что планирует. Три охранника посвятили все свое внимание Клету и даже не смотрели на меня.

— Мы уходим, — сказал я Вулси, — но вы нас будете очень часто видеть. У вас обоих рыло в дерьме. Я видел тело Блу Мелтон после того, как патологоанатом разморозил и разобрал его на части. Как вы могли сделать такое с семнадцатилетней девчонкой и не застрелиться после этого?

Наступило странное и неожиданное для меня молчание. Ни тот, ни другой не смотрели на меня и не произнесли ни слова. Они сложились и замкнулись, как меха аккордеона. Клет и я направились к «Кадиллаку», ветер шуршал в ветвях деревьев. Я услышал шаги за своей спиной и решил, что охранники решили набрать себе очки в глазах Бруссара или повысить свои ставки, проводив нас до машины. Я обернулся и передо мной предстал Бобби Джо Гидри.

— Не нравится мне то, что там только что произошло, — начал он.

— Да ну? — ответил Клет.

— Вы кажетесь нормальными парнями. Не нужно им было так с вами обходиться. Я был связистом во время «Бури в пустыне». Я знаю, что творилось на том шоссе, когда наши самолеты накрыли весь тот поток. Сами знаете, СМИ назвали это «Шоссе смерти». Некоторые из тех людей, вероятно, были гражданскими. Целые семьи. Я все видел. Такое не хочется вспоминать.

— Бобби Джо, ты ходил на группы анонимных алкоголиков? — спросил я.

— После встречи с Амиде я не видел в этом надобности.

— Я хожу на их собрания в Соломон Хаус, в Новой Иберии. Приезжай как-нибудь, увидимся.

— Мне сейчас важнее работу найти.

— Знаешь, что? — сказал я. Я достал визитку из бумажника и написал номер на оборотной стороне. — У нас есть вакансия оператора службы «911». Может, тебе стоит попробовать.

— Зачем ты это делаешь?

— Ты мне кажешься нормальным парнем, без дешевых заморочек, — ответил я.

— Ты говоришь с близняшками Боббси[21] из убойного отдела, — вставил Клет.

— Это еще что за хрень?

— Пообщаешься с нами — узнаешь, — буркнул в ответ Клет.

— Амиде реально меня надул, а? — спросил Бобби Джо.

— С чего бы, — ответил я.

— Он не просит у людей денег. А это значит, что кто-то другой оплачивает шоу. Ведь это понятно любому дураку, — ответил он.

Нам с Клетом оставалось лишь переглянуться.

Глава 19

В 8:05 на следующее утро в моем офисе раздался звонок от Клета.

— Кто-то обошел мою сигнализацию, вскрыл сейф и разграбил офис, — сообщил он.

— Когда?

— Сигнализация отключилась в два семнадцать утра. Сейф взламывал профи. Окна были заклеены черными виниловыми мусорными мешками. Все полки, все ящики пусты, кресло разрезано, крышку сливного бачка и ту сняли и бросили в унитаз. Хочешь еще кое-что услышать?

— Кто был на тех пленках с Вариной?

— Я тебе уже говорил. Пара адвокатишек и нефтяников, жаждущих потрахаться. Никакого криминала.

— Нет, ты говорил, что были и еще люди, кого ты не знал. Об этих парнях ты что помнишь?

— Только их голые задницы.

— Что еще?

— У одного был британский акцент.

— Почему ты раньше об этом не говорил?

— Кому какое дело до акцента?

Я лихорадочно соображал:

— Ты ничего не сохранил на жестком диске? У тебя нет какой-нибудь системы автоматического резервного копирования?

— Нет, я же тебе говорил, я сжег карты памяти, даже окна открыл, чтобы духу их не осталось. Надо было следовать твоему совету и вообще их не просматривать.

— Я отправлю к тебе в офис пару криминалистов. Ничего там не трогай.

— Мне нужна копия отчета для страховой компании. Но забудь про отпечатки пальцев, эти ребята профессионалы.

— Варина, случаем, не упоминала какого-нибудь британца?

— Для особо одаренных, Дэйв, напоминаю: когда ты с Вариной, ты — единственный человек, о ком она говорит, при этом глядя тебе прямо в глаза. Секунд через десять твой флагшток уже парит в небе и готов к райским кущам.

— Все-таки ты запал на нее.

— Нет. С того момента, как я ее встретил, за редким исключением, у меня все встало с ног на голову. Дэйв, мы должны достать этих ублюдков. Все началось с Алексиса Дюпре и Бикса Голайтли. Нам нужно вернуться к началу истории и прищучить этого старика. Ты меня слышишь? Старикан, скорее всего, военный преступник, замешанный в массовых убийствах. Почему мы позволяем ему так с нами поступать?

— Я отправляю к тебе криминалистов, — ответил я.

— Меня здесь не будет. Гретхен все им покажет.

— А ты куда?

— Пока не знаю. Ты Ламонта Вулси еще не пробил?

— Нет, не было времени.

— И не нужно. Я звонил одному знакомому в национальный уголовный информационный центр. В системе никакого Ламонта Вулси нет. То есть вообще нигде нет. Он не существует. До связи.

— Что ты задумал?

— Да я сам пока не знаю, а тебе и подавно сказать нечего. У Алексиса Дюпре в походном альбоме локоны волос. Может быть, в округе Святой Марии живет второй Джон Уэйн Гейси?[22] Тебе это на ум не приходило? — ответил Клет.

Мой друг был прав. Как такой человек, как Алексис Дюпре, оказался среди нас? В «Гугле» я смог узнать только то, что он живет в Соединенных Штатах с 1957 года, натурализовался спустя 10 лет. Действительно ли он работал и на британскую, и на американскую разведку? Были ли в живых еще люди, способные подтвердить, что он был членом французского подполья? Статьи в интернете, казалось, повторяли друг друга, и единственным их источником был сам Дюпре.

После обеда я позвонил другу в ФБР, знакомому в Службе иммиграции и натурализации и еще одному приятелю, чье пьянство стоило ему карьеры в ЦРУ. Из всех троих наиболее полезным оказался именно выпивоха.

— Не исключено, что твой источник говорит правду, — заявил он.

— Правду о чем? — спросил я.

— О работе на «МИ-6» и на одну из наших разведывательных служб.

— Может быть, он никогда и не был узником Равенсбрюка, — ответил я, — а служил там охранником. Я просто не знаю, во что верить.

— После войны мы предоставили гражданство ученым, которые строили ракеты «Фау-1» и «Фау-2», помогая Гитлеру убивать сотни гражданских в Лондоне. В 50-е годы любой европеец, настроенный против коммунистов, получал практически зеленый коридор от Службы иммиграции и натурализации. В итоге мы предоставили тихую гавань куче ублюдков. Что бы ты ни делал, скорее всего, ты никогда не узнаешь, кто этот старикан на самом деле.