Загадка неприкаянной души - Ирина Грин

которую Ева называла родственницей. Со слов бабы Ули, щербаковской соседки, она маленькая, толстая и любит злоупотреблять косметикой.

Родственниц у Королевой в Матвеевске только две – сестра матери Дементьева Марина Мироновна, – Щедрый вспомнил маленькую, очень полную и очень злую женщину, – и ее дочь Лариса. Скорее всего, в квартиру Щербакова к Еве приходила именно она, Лариса. А значит, надо еще раз навестить тетушку и заодно познакомиться с дочкой.

Не повезет – придется искать гостью Евы в колледже. Та еще задачка!

К Дементьевым Щедрый решил отправиться без предупреждения. Он уже построил в навигаторе путь до их дома, как телефонный звонок нарушил его планы.

– Здравствуйте! – раздался в трубке голос Щербакова. – Вы не могли бы сейчас ко мне подъехать? Мне нужно вам что-то показать.

– Что? – спросил Щедрый, понимая, что поездку к Дементьевым придется отложить – уж очень встревоженно звучал голос математика.

– Затрудняюсь ответить, – сказал Щербаков, – надеюсь, вы мне скажете что.

– Заинтриговали. Буду у вас минут через пятнадцать.

Майор уложился в двенадцать.

Обменявшись со Щербаковым рукопожатиями, он прошел за ним в комнату.

– Вот. – Святослав Дмитриевич указал на стол. – Нашел под кроватью.

Подойдя, Щедрый увидел белую льняную салфетку, на которой лежали три толстых и коротких свечи. Кроваво‑красные, с длинными белыми фитилями, снаружи они, казалось, были густо осыпаны землей, смешанной с мелко нарубленными травами, и покрыты чем-то прозрачным – то ли лаком, то ли клеем. Выглядела находка до того зловеще, что Щедрому, убежденному атеисту, вдруг захотелось осенить себя крестным знамением. Он наклонился, принюхался, ожидая почувствовать запах смерти и тлена, но свечи пахли вкусно – воском и медом.

– Как думаете, что это такое? – спросил Щербаков.

– Похоже на какие-то ритуальные свечи. Ева, случайно, ничего не рассказывала про ведьму из Новоракитинска?

– Вроде нет. – Щербаков задумался, потер пальцами виски. – Хотя знаете, когда она говорила про озеро, то упоминала что-то подобное. Но я как-то пропустил мимо ушей. Знаете, все эти современные молодежные увлечения… Магия, фэнтези, Гарри Поттер… Я из всего этого вырос и возвращаться пока не собирался.

– А травы? Приносила она какие-нибудь травы?

– Что вы имеете в виду?

– Лесные: ромашку, мать-и‑мачеху, дудчатку? – Произнося последнее название, Щедрый пристально посмотрел на собеседника.

– Я из всего этого знаю только ромашку. Точно нет, не приносила. Только петрушку, укроп и всякий прочий пастернак из своего «Арбуза». Говорила, что они очень полезные.

Говорил он искренне, и Щедрый верил – не врет.

– С вашего разрешения я это заберу. У вас найдется чистый пакет?

Глава 50

Уже давно прошел обход, Мария Анатольевна отшагала по коридору кругов двадцать, а от Софы не было никаких новостей. Позвонила она подруге около девяти. Та, скорее всего, еще спала. Предположим, полчаса на то, чтобы умыться и одеться. Еще полчаса на еду. До аптеки, где работает одноклассница, Софе ходу минут десять. Ну ладно, десять мало, пусть будет еще полчаса. И полчаса на беседу. Итого на все про все два часа. Но прошло уже четыре!

Из открытых дверей столовой потянуло запахом еды. Кормили в больнице довольно-таки сносно. Лежачим еду привозили в палату, те, кто был в состоянии добрести до столовой, питались в симпатичной небольшой комнате, отделенной от коридора стеклянной перегородкой. Рядом с ней, через такую же перегородку, находилось помещение для досуга выздоравливающих пациентов. На стене висел большой телевизор, рядом стоял невысокий стеллаж с двумя десятками разнокалиберных книг. На небольшом столике лежали несколько коробок с шахматами, шашками, нардами и даже гобаном для игры в го. Обычно любители интеллектуальных развлечений собирались вечером, когда поток посетителей иссякал и дверь в отделение закрывалась. Все остальное время пластиковые стулья оккупировали любители телевизионных передач. Порой между ними возникала битва за пульт: кто-то любил фильмы, а кто-то общественно-политические ток-шоу. Вот и сейчас, проходя мимо столовой, Мария Анатольевна услышала возмущенный голос Клавы из шестой палаты, заядлой любительницы детективов:

– Оставь! Не переключай! Десять минут осталось!

– Надоела ваша «Улика»! – возмущался мужчина с перевязанной головой, имени которого Мария Анатольевна не знала. – Одно и то же переливают из пустого в порожнее. И артисты играть совершенно не умеют. Вот эта, в набедренной повязке! Ей в стриптизе участвовать, а не преступников ловить!

«Улика!» – Мария Анатольевна резко остановилась. Все-таки прав доктор – рано ей выписываться. Как она могла забыть, что в рабочие дни с одиннадцати до трех по телевизору крутят этот замечательный сериал. А значит, Софа ни в какую аптеку не пошла. Лежит сейчас на диване, рядом большущая чашка чая с лимоном и вазочка с печеньем. И нет в мире силы, которая заставит ее встать и отправиться на поиски информации. У Марии Анатольевны даже слезы на глаза навернулись от таких мыслей. Тут же нарисовалась медсестричка Раечка. Невысокого роста, щупленькая, но очень сильная.

– Мария Анатольевна, что с вами? Вам плохо? Глаза красные, лицо бледное!

– Все нормально, Раечка. Что-то в глаз попало, а что бледная – так откуда взяться румянцу-то? Хоть бы на свежий воздух разрешили выйти на полчасика.

– Давайте-ка я вас провожу в палату.

– Да я…

Тоненькие пальчики сомкнулись на предплечье железным обручем:

– Пройдемте! Пройдемте! И обед я попрошу вам в палату принести.

– Да я…

– Не спорьте, пожалуйста. Мы тут все за вас отвечаем.

– За меня?

– За вас и за всех пациентов.

Делать нечего. Мария Анатольевна послушно легла в постель, укрылась одеялом. Глаза почему-то стали сами собой закрываться.

– Я только на минуточку, – пообещала она сама себе и тут же заснула.

Разбудил ее звонок. Мария Анатольевна вскинулась, палата освещалась лишь дисплеем трезвонящего телефона.

– Софа? – нетерпеливо спросила она. – Что?

– Мы нашли его! – раздался в трубке торжествующий голос подруги. – Нашли!

Глава 51

Набрав еды в маркете на заправке, Рыбак с Лебедевым устроились тут же, за столиком. Небольшое кафе пустовало, и импровизированному совещанию с офисом ничего не могло помешать.

– Ну что же, – сказала Кристина, выслушав доклад Рыбака, изредка прерываемый репликами Лебедева, – отсутствие результата – тоже результат. Что собираетесь делать?

– Пока возвращаемся в Новоракитинск. Попробуем пройтись по второму кругу – бабушка с пирожками, таксисты…

– Хорошо, – одобрила Кристина. – Мы со своей стороны тоже попробуем отработать некоторые версии. Во‑первых, попробуем выйти на Степана Кулакова, узнать, почему он не приехал на встречу с Герасимовым. Во‑вторых, надо еще раз поговорить с соседкой Дубовой, хозяйкой пса Георгия, пострадавшей от сапога нашей клиентки. Точно ли человек, который садился в такси, являлся ее мужем или нет. В‑третьих, – Кристина задумалась, – все-таки найдем Котика, который ехал