Рыцари и ангелы - Майя Яворская

культуре, об архитектуре и благотворительности. Но о том, где же находится этот ангел, никак не получается.

– То же самое делала и я, когда гуляла по Введенскому кладбищу.

– Ну и как съездила?

– Съездила хорошо. Мне повезло, там как раз экскурсия проходила. Я к ней тихо пристроилась, послушала. Оказывается, могила Люсьена Оливье – новодел.

– Как это?

– А так. Нашли могилу француза в две тысячи восьмом году и восстановили.

– Подожди. Как это нашли? Они что, ее потеряли?

– Да.

– Как можно потерять могилу на кладбище?

– Очень просто. Старое надгробие упало, и было непонятно, чья могила. Потом проверили по каким-то спискам и установили имя. А новое надгробие поставили шеф-повара двух каких-то крутых ресторанов. Кстати, салат туда приносят не только под Новый год. И просят не только, чтобы салат вкусный получился, но и работу, продвижение по карьере в ресторанном бизнесе и всякое такое.

– Забавно.

– Забавно другое. Народ приходит не только у Оливье что-то просить, но и у Эрлангеров.

– А у них-то чего? Муки?

– Какие еще муки?

– Не муки, а мука, – рассмеялся Кирилл. – Эрлангер же известным мукомолом был. Мельничный комбинат в Сокольниках он построил.

– А… Не… Да все подряд просят. Мужа, работу, рассчитаться с кредитами, родить ребенка, набрать подписчиков.

– Кого набрать?

– Подписчиков. Блогер какой-то написал. В общем, ничего особенно. Меня только одна надпись позабавила, – Кира достала смартфон, открыла папку с фотографиями и прочитала, – «Просьба. Пишите разборчивей. Нужно для научной работы. Спасибо!»

– Приколист. Но тебя, похоже, опять куда-то не туда унесло.

– Ой, все! – Самойлова демонстративно развернулась и уставилась в окно.

Ей так много хотелось рассказать. А тут брат взял и наступил на горло песне. Всю романтику убил.

– Ну чего ты собрала губы куриной пупочкой? – начал примирительно он после небольшой паузы.

– Вот ты мне скажи, разве не интересно? Я даже Кузьмичу где-то благодарна, что меня на разведку отправил. А то бы ничего этого не узнала.

– Конечно интересно. Просто зад уже вмерз в этот подоконник. На дворе лето, а здесь ледник какой-то.

– Можно же было просто сказать: «Очень интересно. Прости, но я жутко замерз. Давай ты расскажешь дома» и все такое.

– Ну не дуйся! Лучше скажи, ты ангела нашла?

– Нашла, – вздохнула Кира. – Ангелов полно, как Кузьмич и обещал. Только все они на могилах, а не на склепах. Что касается слав на мавзолее Эрлангеров, то тоже мимо. Здание восстановили где-то в двухтысячных, превратили в православную часовню и повесили замок. Все как мы любим. Сначала что-нибудь сделать для народа, а потом закрыть и не пускать. Но и так понятно, раз был капитальный ремонт, значит, нам там делать нечего.

– Ну а могила Вельде?

– И ее нашла. Только не Всеволода Михайловича, а Михаила Антоновича. Ничего интересного. Просто гладкий кусок черного мрамора с надписью. Рядом такие же памятники, вокруг в радиусе пятидесяти метров ни одного ангела.

– В общем, поездка нисколько не приблизила нас к ответу на вопрос: «А где же ангел?». Я даже думаю, что все наши предположения были ложны. Вероятно, мы изначально пошли не по тому пути.

– Да что это за пессимизм? С чего вдруг такое упадничество?

– Да как сказать? Весь ход наших логических рассуждений и изысканий привел в два места – на Введенское кладбище и в виварий. На кладбище ты была, там ничего подходящего. Значит, эта версия отпадает. Остается виварий. И вот мы здесь. Ты, как я понимаю, все здесь излазила. И ничего.

– Не все. В соседней комнате, где плитка на стенах, я не везде дотянулась. Надо будет притащить стремянку и простучать все до потолка. И эту комнату еще не осмотрела, а она самая большая.

– Так смотри.

Кира послушно достала фонарик и приступила к изучению. Стены и пол, даже потолок ничем интересным не порадовали. Она стучала в разных местах ногой по половицам, долбила обратной стороной фонарика по стенам. Все впустую. Тогда Самойлова занялась печью-голландкой. Снаружи ничего особенного, кроме сохранившихся изразцов. Ни топочной, ни поддувальной дверок не осталось. Видимо, все уже давно сдали на металлолом. Девушка опустилась на колени и посветила внутрь отверстий фонариком. В топке все было черное от сажи, ничего не разглядеть. Пришлось засунуть руку и ощупывать стены, насколько доставали пальцы.

– Зюзя, давай без фанатизма, – устало протянул брат.

– Ну а что, должна же я все проверить.

– Голову включи. Кто будет делать тайник в месте, где температура может быть тысяча градусов? Покажи мне этого идиота.

– Мда, – согласилась с логикой Кира и поднялась с колен.

Ладони были черные. Попробовала отряхнуть, но ничего не получилось. Жирная сажа въелась в кожу насмерть. Не факт, что с первого раза удастся с мылом отмыть. Самойлова оценивающе взглянула на белую шелковую рубашку Кирилла, и руки потянулись к ней сами собой. Должна же она была получить хоть какую-то моральную компенсацию за испуг и крушение надежд.

– Но-но-но! Без глупостей! – Кирилл нервно заерзал на подоконнике и начал глазами искать пути отступления. – Мне сегодня еще с клиентом встречаться.

– Ладно, живи безмятежно, – Самойлова отступила на шаг в знак добрых намерений. – Но только днем.

– А что ночью?

– А ночью я тебе являться буду. И протягивать черные руки к твоему горлу. Как в детских страшилках про «Черную руку» – в черном-черном городе стоял черный-черный дом. В этом черном-черном доме была черная-черная комната. Ну, далее по тексту…

– Я понял, коллега. Не надо так кардинально. Сознаю свою вину. Меру. Степень. Глубину, – на одном дыхании процитировал брат Филатова, расплывшись в ослепительной улыбке, и протянул упаковку бумажных носовых платков.

– Вот зараза! Знает, как смазливой мордашкой торговать и беззастенчиво пользуется! И язык, что хвост у лошади ковбоя, – хмыкнула сестра, пытаясь оттереть руки.

– Ну вот. Всю харизму препарировала. Как мне после этого жить?

– А ты как хотел? Не в сказку попал.

– Ладно, все. Мир. Так что там у нас с поисками? У меня идей больше нет.

– У тебя их и не было. Это Кузьмич версии подкидывал.

– Давай без грязи? Я тоже по делу рот открывал.

– Ну хорошо. В общем, с виварием пока непонятка.

– Так ты же все осмотрела! Какие непонятки? Нет здесь ничего.

– Не факт. Во-первых, я собиралась еще со стремянкой приехать. Во-вторых, буду думать. Полагаю, тайник на то и тайник, чтобы на него никто случайно натолкнуться не мог. Вполне возможно, надо найти в стене кирпич, на который следует надавить, тогда он сместится и откроется углубление.

– «Гарри Поттера» насмотрелась?

– Ты про вход в Косой переулок? Не думаю, что так сложно. Но что-то в этом