Олег Логинов - Янкелевич в стране жуликов

- Господин Янкелевич дал мне в качестве образца два бриллианта, которые я передал вам. Они не вошли в стоимость товара, поэтому я хотел бы получить их обратно. Мы с вами уже согласовывали этот вопрос.

Насос нехотя вытащил из нагрудного кармана образцы и молча протянул их на ладони Мореву.

Через некоторое время Николай закончил пересчет денег и объявил, что все нормально. Таким образом сделка завершилась. Стороны получили то, чего хотели и могли быть довольны. Но каждая из них мечтала получить все и перехитрить другую. А потому после окончательного расчета, передала сигнал своим людям, что можно начинать проведение операции. Насос, едва загрузив свое грузное тело в машину, сразу схватил мобильный телефон и, быстро пробежавшись пухлыми пальцами по кнопкам, с отдышкой рявкнул: "Поехали!". А Морев сразу нажал тональный вызов на спрятанном в рукаве пульте рации.

Александр и Николай еще не дошли до "семерки", когда из леска, окружавшего поляну, послышался рев двигателей и показались мотоциклисты, петлявшие меж деревьями. Боевики настолько не сомневались в быстром и удачном исходе своей акции, что не посчитали нужным прятать свои лица под масками. На каждом мотоцикле сидело по два человека и у задних можно было различить в руках короткоствольные пистолеты-пулеметы, типа израильских "Узи" или австрийских "Штайров", что не оставляло сомнений в их агрессивных намерениях. Морев подтолкнул Янкелевича к машине и крикнул:

- Уезжайте! Я прикрою!

Александр вытащил пистолет, который накануне обнаружил и отобрал у Веньки. Устроив сыну серьезную головомойку, он положил пистолет в карман своей куртки. Сейчас в кармане у него лежало также и заявление, датированное сегодняшним числом, на имя начальника ГУВД, в котором указывалось, что он нашел пистолет на улице и желает сдать его в органы внутренних дел. Самое интересное, что это была не "отмазка", используемая отдельными несознательными гражданами для ношения оружия, Александр на самом деле намеревался его сдать. И теперь возблагодарил провидение за то, что не удосужился сделать это раньше.

Янкелевич был уже в машине и трясущимися руками пытался попасть ключом в замок зажигания. Мотоциклисты начали постреливать, но расстояние было еще внушительным, и пули пролетали в стороне от "семерки". В это время со стороны свалки послышался грозный рев еще более мощного двигателя, и на гребень одной из мусорных куч выполз БТР. А со стороны дороги, ведущей к свалке, послышался отдаленный звук милицейской сирены.

Все смешалось на поляне возле свалки. Это был одновременно настоящий бой и самый натуральный дурдом. Все хитромудрые планы стратегов рушились к чертовой матери, а исполнители пребывали в растерянности, но продолжали действовать в соответствии с полученными инструкциями, которые, с учетом изменения ситуации, уже были неверными.

По плану Насоса, после завершения сделки с драгоценными камнями, его боевики должны были изничтожить продавцов, забрать у них деньги, а трупы спрятать на свалке. По плану Морева, опять же после завершения сделки на поляне должны были появиться спецназовцы, задержать машину Насоса и всех, находящих в ней людей, а "семерке" с Янкелевичем и Владленом Владленовичем - позволить прорваться за оцепление.

Но вместо исполнения отведенных режиссерами ролей всем действующим лицам пришлось перестраиваться и импровизировать.

Николаю удалось завести "Жигули" и теперь он ездил по кругу, чтобы представлять собой не стоячую мишень, а движущуюся, в которую попасть труднее. Мотоциклисты строчили очередями по "семерке", проделали несколько дырок в крыльях, разнесли заднее стекло, но пока ни в кого из сидящих в машине не зацепили. Боевики тоже попали в очень непростую ситуацию. Они, словно индейцы, напавшие на лагерь переселенцев, гоняли по большому кругу, стреляли и сами старались увернуться от пуль. Из центра поляны их отгонял выстрелами залегший с пистолетом Морев, а со стороны свалки по ним густо и смачно долбил из пулемета БТР. Пока что бой явно складывался не в пользу насосовской гвардии. Одного мотоциклиста подстрелил Александр. Тот оказался не в меру ретивым и стал гоняться за легковушкой, чтобы швырнуть в нее гранату. Но не успел. Граната взорвалась возле его бездыханного тела. Морев умудрился сразить его наповал с одного выстрела. Еще двое валялись рядом со своим железным конем. Очередь с БТРа в самом начале сражения прошлась точно по мотоциклу и их нижним конечностям, чем основательно охладила боевой пыл всех остальных. Раненые оглашали поляну жалостливыми воплями о помощи, чем еще больше деморализовывали своих товарищей.

И тут в битву вступили подкрепления. Сначала со стороны бандитов. Из джипа вылез Сивый и из пистолета открыл огонь по Мореву. Александр почувствовал резкую боль в области плеча и понял, что словил пулю. Он не видел, откуда она прилетела, так как Сивый стрелял сзади, поэтому не смог достойным образом ответить. Но и противник не сумел развить свой успех. К счастью для Морева подоспела "кавалерия".

Машины с мигалками выкатились на поляну, сразу изменив соотношение сил в пользу правого дела и решив исход сражения. Мотоциклисты быстро смекнули, что пришла пора уносить колеса, и развернули своих железных коней в сторону леса.

Все сражение заняло буквально несколько минут, но счет времени в нем шел на секунды. Поэтому, опоздай группа захвата на немного, и еще неизвестно чем бы все закончилось. А так финал получился более или менее счастливым.

Головная машина с мигалкой на крыше и аббревиатурой ДПС на дверцах, под вой сирены лихо выкатила на поляну и резко тормознула возле джипа. На этот раз экипаж ДПС был усилен спецназовцами, разместившимися на заднем сидении, которые первыми вступили в дело. Быстро десантировавшись, они наставили автоматы на Сивого, застигнутого с оружием в руках. И хотя тот мигом отбросил в сторону свой пистолет и не сделал ни малейшей попытки к сопротивлению, по нему основательно прошлись крепкими шнурованными ботинками.

Все пассажиры джипа были изрядно деморализованы, поэтому беспрекословно покинули салон и покорно улеглись на землю лицами вниз. Захват объекта был произведен спецназовцами молниеносно, как учили. В связи с этим, если у Насоса и возникла мысль сбросить драгоценности, то он просто не успел ее осуществить. А теперь камушки мирно покоились у него во внутреннем кармане, а дотянуться до них не было никакой возможности, поскольку руки его за спиной были больно скованы наручниками

Но предстояла еще одна сложная фаза, задуманной Моревым, операции. Александр, превозмогая жгучую боль в плече и слабость, охватившую все тело, поднялся на колени и замахал здоровой рукой Янкелевичу. Тот все понял и направил "семерку" прямо на милицейские машины.

- Не стрелять! Взять живыми! - прогремел, усиленный

громкоговорителем, голос Пустовалова.

Янкелевич благополучно объехал все машины и выбрался позади них на дорогу. Никто не делал особых попыток остановить его - не стреляли, на капот не прыгали, но вслед тут же устремилась погоня.

Александр наблюдал за развитием событий, пока "семерка" не скрылась из вида, потом облегченно вздохнул и повалился на траву. Когда ему оказывали помощь, он уже пребывал в полубессознательном состояния и все происходящее воспринимал ирреально. В какой-то момент он совсем отключился и пришел в себя снова только уже от тряски на дороге, находясь в "Волге" Пустовалова.

Примерно на расстоянии километра от городской свалки справа от дороги находился карьер. Возле него столпились спецназовцы и опера, отправившиеся в погоню за Янкелевичем, и напряженно вглядывались вниз. Пустовалов попросил водителя подъехать, узнать что они все там высматривают. Тот подрулил к самому краю, и Морев через боковое стекло увидел, как на дне карьера валяется на боку его изрядно покореженная "семерка". Он молча тронул за плечо сидевшего впереди Пустовалова, и тот, понимая, что товарищу неприятно видеть эту аварию, распорядился ехать дальше.

Г Л А В А XXXX

Первыми посетителями у Морева в больнице, как и следовало ожидать, оказались бывшая жена и сын. Вера, конечно, по-женски оросила слегка его щеки своими слезами, посетовала на бледный и усталый вид раненого и вывалила на тумбочку кучу фруктов и разной снеди. Пока родители обнимались, Венька молча смущенно держался в сторонке, но его взгляд, обращенный на отца, был красноречивей слов. Он уже слышал, что Александр из отобранного у него пистолета в одиночку вел бой со сворой бандитов на мотоциклах, вооруженных автоматами, и сдерживал их натиск, пока не подоспела подмога. Любой отец, давая своему сыну основания гордиться им, тем самым вручает ему нечто большее, чем любой материальный подарок. В общем, свидание с семьей прошло очень тепло и душевно.

Второй визит к раненному в этот день нанес Плеханов. Это было довольно неожиданно для Морева, но тем приятнее. Начальник принес бутылку греческого коньяка, апельсины и коробку конфет.