Смерть под занавес - Ирина Градова

– Дело не в том, что я не хочу замуж, – перебила сестру Лера. – Проблема в том, что я не вижу Алекса в роли своего мужа! Я все время пытаюсь представить нас вместе – не как пару или любовников, а как супругов, и у меня не получается. У нас нет ничего общего, Элька: нам нравятся разные книги, разные фильмы, наши вкусы не совпадают ни в еде, ни в музыке… Да ладно бы только это – наше отношение к жизни кардинальным образом различается!

– В каком смысле?

– Ему важен статус, деньги, общение с нужными – ненавижу это слово! – людьми. Он любит выходить в свет, все время тащит меня куда-то из дома, а я бы лучше посидела в четырех стенах, почитала, посмотрела кино или поговорила с тем, кому действительно интересны мои дела, а мне его! Алексу ужасно не нравится то, чем я занимаюсь, и мне кажется, он рассчитывает, что после свадьбы я сменю профессию или, по меньшей мере, уйду из СК, чтобы, как ты предлагаешь, стать адвокатом, нотариусом или начать работать в теплице! Единственный плюс в наших отношениях – постель: Алекс отличный любовник, но, как выяснилось, не единственный, ведь с Третьяковым все тоже было замечательно.

– Вам ни в коем случае нельзя жениться!

Вопль Эльвиры заставил Леру отпрянуть: она ожидала чего угодно, только не такой реакции!

– Ч-что? – пробормотала она.

– Если ты и в самом деле так чувствуешь, ты не должна выходить замуж – это неприемлемо! – сверкнула глазами Эльвира. – Я-то, идиотка, думала, что у тебя все хорошо, радовалась, что ты нашла свое счастье…

– Прости!

– Да за что ты извиняешься-то?!

Неожиданно Эльвира подскочила к ней и крепко сжала в объятиях: такое проявление чувств было настолько ей не свойственно, что Лера растерялась и даже забыла обнять сестру в ответ, сидя без движения и не зная, как реагировать.

– Господи, я ведь знала, что все это ни к чему хорошему не приведет! – бормотала Эля, гладя Леру по голове, словно маленького ребенка. – Тебе нужен мужчина, которого ты выберешь сама, которого по-настоящему полюбишь и захочешь о нем заботиться… Такой, по которому ты станешь скучать, если его нет рядом, и который не будет тебя тяготить, когда вы вместе! Я говорила маме, что не нужно пытаться тебя ни с кем знакомить, но ты же ее знаешь… Но я все-таки зла на тебя, Валерка, зла до невозможности! – отстраняясь, проговорила Эльвира.

– Я понимаю…

– Да ни черта ты не понимаешь! Почему ты довела ситуацию до критической точки, почему не сказала Алексу прямо, чего хочешь, а чего нет?!

Вот тут Эльвира полностью права: Лера и сама корила себя за то, что не осмелилась вовремя объясниться.

– Я… я боялась, – пробормотала она.

– Алекса?!

– Да нет, разумеется! Я вдруг испугалась… понимаешь… что останусь одна! Что никогда не выйду замуж, не рожу детей, что работа станет моим единственным занятием и что мне незачем будет возвращаться домой по вечерам, потому что дома никто не ждет!

– Мамино влияние! – сокрушенно вздохнула Эльвира, качая головой. – Это она внушила тебе такие мысли и заставила считать себя неполноценной. А я вот тебе завидую!

– Ты – мне? – изумленно переспросила Лера.

– Твоей целеустремленности, тому, что тебе нравится твоя служба и что рядом с тобой находятся коллеги, на которых можно во всем положиться… А еще я завидую тому, что ты делаешь важное дело – пусть мама и считает, что оно не женское! Зачем женщине мозги, если нет ни необходимости, ни возможности их использовать?

– Я думала, что тебе твоя работа нравится!

– Да, но мне ведь не приходится делать ничего особенного – так, общаюсь с людьми, налаживаю связи, но это совсем не то!

– Выходит, ты на меня не сердишься? – несмело спросила Лера. – Ну, что я, это…

– Я же сказала, что сержусь, но только за то, что ты так долго молчала! И я не прощу тебе, если ты продолжишь в том же духе, слышишь?! Еще есть время все отменить: не стоит дожидаться, когда мама разошлет приглашения и забронирует ресторан… А теперь, сестра, давай напьемся: у меня есть еще отличный апельсиновый ликер!

* * *

– Так мы, значит, ищем этого… Георгия Кременца? – уточнила Алла, делая пометку в блокноте.

– Похоже на то, – кивнул Шеин.

Он чертовски устал после двух дней беготни и длинного перелета, но все же поехал сразу в СК, не заезжая домой. Ему казалось, что полученная в Екатеринбурге информация слишком важна, чтобы откладывать ее до завтра. Несмотря на поздний час, Суркова оказалась на месте, и он рассказал ей все, что им с Ахметовым удалось узнать.

– Но у вас, Антон, одни только предположения, – заметила она, по обыкновению грызя кончик карандаша. – Давайте я обрисую вам ситуацию, как она видится мне. Больше десяти лет назад в Екатеринбурге была убита известная театральная дива, она же мать нашего подозреваемого Кирилла Третьякова. Дело осталось нераскрытым. Гораздо позже погибла некая Ольга Кременец, когда-то состоявшая в ближнем круге убиенной. Следствием установлено, что смерть произошла от неосторожного обращения с бытовым прибором, однако есть версия, что ее тоже убили. Вы полагаете, что в этом может быть замешан ее собственный сын, у которого с матерью были натянутые отношения. Он хотел, чтобы она продала квартиру и отдала ему его долю, так как проживал с женой в доме тещи, отчего в семье постоянно случались конфликты. Я все правильно излагаю?

Антон молча кивнул.

– Однако – продолжала Суркова, – полиция не стала возбуждать уголовное дело, так как не нашла признаков состава преступления. За давностью лет мы не сможем проверить догадки приятельницы погибшей о том, что к происшествию мог иметь отношение ее сын…

– Вы забываете о кольце! – перебил следователя оперативник. – Жена Кременца утверждает, что свекровь устроила скандал при виде цацки, хоть и не знает почему. Вдруг это связано с убийством Демидовой одиннадцать лет назад? Следователь по делу утверждает, что из квартиры похитили драгоценности. Их не нашли у Третьякова, и нет доказательств того, что он каким-либо образом успел их сбыть, ведь его задержали сразу после случившегося!

– Вы видели кольцо?

– Нет, жена Кременца сказала, что оно пропало. Она считает, что его забрал Георгий, потому что больше некому. Однако я проверил список похищенных у Демидовой бирюлек – кстати, там были довольно дорогие изделия, по триста-четыреста тысяч!

– Ого!

– Да, и, судя по описанию Алины Кременец, пропавшее кольцо из этого самого списка!

– И поэтому вы полагаете, что убийцей мог быть Георгий Кременец?

– Почему бы и