Женщина в библиотеке - Сулари Джентилл

Он поднимает взгляд и смотрит мне прямо в глаза: — Я не хочу.

— Знаю, хоть и не понимаю почему. Я бы хотела. — Отпиваю кофе и наслаждаюсь первой порцией кофеина. Напиток такой замечательный, будто его варили в Мельбурне. — Каин, тебя же не смогут осудить, верно? Могут подозревать, даже арестовать, но у них нет доказательств того, что ты кого-то убил. Суд такое не примет.

— Ты сильно веришь в американскую правовую систему, Фредди.

— Но я же права, разве нет? У них есть только косвенные улики, а больше они не найдут, потому что ты не виноват. — С каждым словом я становлюсь увереннее. — У них ничего на тебя нет.

— Полагаю, они считают, что улики не нужны, когда есть чистосердечное признание.

— Но они не… ты не…

— Конечно нет. Просто говорю, что отсутствие конкретных доказательств их заботит меньше, чем тебя. Они думают, что смогут заставить меня признаться.

— Нам нужно найти тебе адвоката, — твердо говорю я.

Он кивает:

— Как только найму адвоката, сразу сдамся полиции. Но я должен узнать все, что могу, прежде чем меня схватят. — Он кладет вилку и нож на стол. — Незадолго до смерти Бу раздобыл деньги. Конечно, все потратил на выпивку, но, судя по всему, у него что-то на кого-то было.

— Он кого-то шантажировал?

— Похоже, что так.

— Он мог так поступить?

— Даже не задумываясь. Его моральный компас был несколько прагматичный. — Каин хмурится. — Один его приятель считает, что Бу знал что-то об убийстве Кэролайн Полфри.

— Насколько это вероятно?

Каин пожимает плечами:

— Не знаю. Бу нравилась библиотека. Он мог быть там в тот день.

— Получается, если он что-то видел и шантажировал убийцу, тот мог решить от него избавиться.

— Да, возможно. — Он колеблется. — Есть один мужчина, Деррил Леоновски — работает в суповой кухне в Восточном Бостоне. Судя во всему, Бу там частенько бывал, играл с Деррилом в шахматы.

— Ты с ним разговаривал?

— Раздумывал над этим.

— Но ты боишься, что он сообщит полиции.

— Такой шанс есть.

— Я могу с ним поговорить. Меня, возможно, еще не ищут.

— Правда? Мне бы не хотелось тебя вовлекать…

— Кажется, мы определили, что я уже вовлечена. — Я достаю из рюкзака тетрадь. — Что мне у него спросить?

Какое-то время мы обсуждаем возможные вопросы, а затем я спрашиваю:

— Разве он не рассказал полиции все, что знает?

— Возможно. По моему опыту, управлять суповой кухней тяжело, когда рядом крутятся полицейские. Тебе он может рассказать подробнее.

— Стоит мне избавиться от австралийского акцента, чтобы, ну, быть не такой узнаваемой? — спрашиваю я, имитируя акцент Каина.

Он смеется:

— Нет… пожалуйста, по возможности больше так не делай.

— Грубиян! Ты именно так и разговариваешь, между прочим!

Мы оплачиваем счет и на автобусе едем через мост к Восточному Бостону. Каин сохраняет бдительность: постоянно смотрит, нет ли рядом полицейских или кого-то, кто слишком пристально за нами наблюдает. Я стараюсь как можно меньше говорить.

Суповая кухня находится в старой церкви. Оставляю Каина снаружи и захожу внутрь одна. В церковном зале стоят столы, большинство заняты. Много стариков, хотя я замечаю и парочку подростков. Собрание тихое. За трапезой мало кто разговаривает, а если и обмениваются словами, то шепотом.

Я подхожу к стойке, где раздают горячую еду. Молодой человек в запачканной соусом толстовке берет для меня тарелку.

— Спасибо, но я пришла к Деррилу, — говорю я. — Прошу прощения, я не знаю фамилии. Но мне очень важно с ним поговорить. Вы не Деррил, случайно? — с надеждой добавляю я.

— Нет, я Джек, — отвечает он, указывая на большой бейдж на груди. Чувствую себя глупой — как могла не заметить?

Джек оглядывается по сторонам. В очереди никто не стоит.

— Ждите здесь, я его приведу. Если кто-то придет покушать, скажите, чтобы подождали секунду.

И я жду, стараясь ни на кого не смотреть.

Джек возвращается довольно скоро.

— Деррил на складе, — говорит он, показывая на дверь. — Вам туда.

Благодарю его. За дверью оказывается длинный темный коридор, от которого отходят несколько комнат.

Голос с другого конца:

— Я здесь… последняя дверь слева. Осторожнее… свет не включается.

Волосы на затылке встают дыбом, но я говорю себе не глупить. Я в старой церкви.

Деррил обнаруживается в последней комнате. Он довольно полный мужчина неопределенного возраста. Волосы у него бледно-земляничного цвета — значит, в молодости был рыжим. На нем черная толстовка с надписью «Знай Христа, знай жизнь». Обильно потея, он открывает коробки и расставляет по полкам консервы.

Я представляюсь.

Он жмет мне руку:

— Рад познакомиться, Уинифред. Джек сказал, вы хотели поговорить.

— Да. Хочу спросить о Шоне Джейкобсе.

Он бросает на меня острый взгляд:

— О Шоне? Вы же знаете, что он…

— Да, сэр, знаю. Поэтому и пришла к вам.

— Вы знали Шона?

— Встречала его, но не могу сказать, что знала. Но, насколько мне известно, вы знали.

Он мягко улыбается и вздыхает:

— Да. Он был грубиян и отличный шахматист, даже когда не был трезв. — Он смотрит на меня. — Почему вас интересует Шон?

Каин меня подготовил. «Нельзя врать людям, которые работают с бездомными. Они поймут». Поэтому я рассказываю Деррилу правду.

— Человек, который, по мнению полиции, убил Шона, — мой друг.

— И вы считаете, что он невиновен.

— Я знаю, что он невиновен.

— И откуда вы это знаете, Уинифред?

Рассказываю ему о той ночи, когда мы с Каином повстречали Шона Джейкобса.

— Если бы Каин хотел убить Бу, он бы тогда это и сделал, и это была бы самозащита. А он даже не стал звонить в полицию и не поехал в больницу, потому что боялся, что Шона арестуют.

Деррил явно сомневается.

— Послушайте, Деррил, суть в том, что я верю Каину. И я знаю, что незадолго до смерти Шон получил определенную сумму денег… и утверждал, что знает нечто об убийстве Кэролайн Полфри.

Деррил щурится:

— Кэролайн Полфри… женщина в библиотеке?

Я киваю. Вижу, что он начинает что-то понимать.

— Шон рассказывал мне историю о девушке, которая закричала и все подумали, что она умерла.

— В библиотеке?

— Он не сказал. Тогда я подумал, что это одна из его типичных историй — «женщины — корень всего зла». Особо не слушал.

Стараюсь сдержать радость. Это интересная информация.

— Больше он ничего об этой девушке не говорил?

— Сказал, что она получила свое, а он получит свое.

— Что он имел в виду?

— Не знаю. Поймите, Шон не всегда мыслил рационально или связно говорил.

— Как вы думаете, он мог ее убить?.. Девушку, которая кричала?

Деррил размышляет, а затем качает головой:

— Не знаю. Шон иногда