Джон Гарднер - Месть Мориарти

— Это не вы недавно спрашивали насчет Сюзанны? — торопливо спросила она, глядя на Кроу и одновременно стараясь не упустить потенциального клиента. — Сюзанны Цыганки?

— Я. А у вас есть новости?

— Вам повезло. Она сегодня здесь. Только-только вернулась в Париж.

Кроу оглянулся, пытаясь обнаружить в толпе нужную ему особу.

— Вон там, — нетерпеливо подсказала проститутка и, схватив инспектора за рукав, потащила за собой. — Эй, Сюзанна, у меня для тебя дружок. Если ты, конечно, не зазналась, поотиравшись с актрисками.

В следующий момент Кроу оказался лицом к лицу с черноволосой красоткой, черты которой неоспоримо выдавали присутствие в ее венах цыганской крови. Девушка окинула его оценивающим взглядом, и ее раскрашенные губы растянулись в призывной улыбке.

— Угостишь даму стаканчиком? — кокетливо спросила она.

— Я искал вас по всему Парижу. Вы — Сюзанна Цыганка?

Она рассмеялась.

— Она самая. Вот только тамбурин сегодня с собой не захватила, так что играть будем другие мелодии.

— Мне нужно всего лишь поговорить с вами, — стараясь не уронить достоинства, сказал инспектор. — По весьма важному делу.

— Время — деньги, cheri.

— Вы свое получите.

— Хорошо. Тогда идем, выпьем шампанского.

Отыскав свободный столик и заказав шампанского, Кроу перешел к делу.

— Я искал вас.

— Меня не было в Париже. — Она хихикнула и повела тонкими плечами. — Мсье Мельес снимал меня для движущихся картинок. Ты видел кинематограф?

— Нет. Только слышал о нем.

— Я играла для мсье Мельеса. Он снимал кинематографический фильм в своем загородном доме в Монтре.

— Интересно. Но…

— Очень интересно. Ему нужны были девушки, которые изображали бы цыганок. А я настоящая. Он сам так сказал. Хочешь расскажу, как он делает фотографии?

— Нет. Я хочу услышать кое-что другое.

— Что?

— Пожалуйста, постарайтесь вспомнить, что у вас было после Рождества.

— Это трудно. — Сюзанна покачала головой. — Я иногда и вчерашний день помню плохо, а Рождество… Столько времени прошло.

— Вы были в «Мулен Руж».

— В «Мулен Руж» я часто бываю. Поговорим лучше о мсье Мельесе, он придет сюда сегодня. Здесь сегодня вся компания будет, сможешь с ним познакомиться. — Она вдруг остановилась и пристально посмотрела на него. — Я даже имени твоего не знаю.

— Меня зовут Кроу.

— Хорошо. Буду звать тебя Ле Корбо.[71] Не против? — Сюзанна замахала руками, изображая птицу, и глухо закаркала.

«Похоже, выпивки с нее хватит», — подумал инспектор.

— В тот вечер, который я имею в виду, — твердо заговорил он, — вы познакомились с одним американцем. И этот американец, как я думаю, спрашивал у вас, как ему найти джентльмена по имени Жан Гризомбр.

Сюзанна как-то вдруг разом протрезвела.

— Хочешь узнать что-то о Гризомбре?

— Нет. Так вы помните того американца?

— Не знаю. Может быть. А зачем тебе это надо?

— Он мой друг. Я пытаюсь его найти. Его зовут Морнингдейл. Когда он уходил, возле «Мулен Руж» случилась какая-то неприятность. Из-за девушки.

— Да, знаю. Помню его. Не слишком приятный джентльмен. А вот его приятель, Гарри, тот был добрый. — Она пожала плечами. — Американец заплатил.

— Они разыскивали Гризомбра?

— Да.

— Вы помогли им?

— Я отправила их в «Мезон вид». Жан Гризомбр бывает там едва ли не каждый вечер. Точнее, бывал. Говорят, он куда-то уехал, так что если хочешь найти его, то тебе не повезло.

— Но в тот вечер американец встретился с Гризомбром?

— Если пошел туда, то да, встретился. Наверняка.

— Этот американец и его приятель, где они остановились?

— В Лондоне. Думаю, где-то в Лондоне. — Сюзанна наморщила лоб, изображая умственное напряжение. — Да, он сказал Гарри что-то насчет того места, где они живут. Странное такое название…

— Постарайтесь вспомнить.

— Налей мне еще шампанского.

Кроу налил. Вокруг кипело веселье. Гремела музыка, звенел смех. Люди пришли сюда веселиться и были твердо настроены получить удовольствие от каждого потраченного су.

— Сколько ты мне заплатишь?

— Достаточно.

— Хочешь еще и переспать?

— Нет.

— Я тебе не нравлюсь?

Кроу вздохнул.

— Моя дорогая, вы очень привлекательная женщина, но я связан клятвой.

— Клятвы для того и существуют, чтобы их нарушать.

— Так что он сказал?

— Деньги.

Кроу высыпал на стол кучку золотых монет, и они тут же испарились, словно капельки жира на горячей сковородке.

Сюзанна улыбнулась ему и поднялась.

— Не помните? Или это какая-то игра? — с беспокойством спросил он.

— Помню. — Она снова улыбнулась. — Он сказал… Он дал мне денег и отправил со мной Гарри, а потом сказал: «Обещаю, на Альберт-сквер никто ничего не узнает. Про Сюзанну Цыганку говорят, что она стоит каждого потраченного су». Имейте в виду, мсье Ле Корбо, я стою каждого су.

— Альберт-сквер? Уверены?

— Я стою каждого су. — Она усмехнулась и растворилась в толпе.

Музыка и дикие вопли танцовщиц заполнили зал, и в них утонули все прочие звуки. «Пожалуй, пора идти, — решил детектив. — Неплохо бы отыскать и отблагодарить ту девушку, что привела его к Сюзане. А потом — поскорее на пароход. Домой!»

В Лондон Кроу вернулся на следующий вечер, усталый, но довольный — по крайней мере, теперь у него было кое-что для Холмса. Впрочем, для визита на Бейкер-стрит было слишком поздно. К тому же Сильвия встретила его так же пылко, как в те времена, когда они еще не поженились. В какой-то момент её живость даже насторожила инспектора — уж не задумала ли супруга какую-то новую глупость? Беспокойство, однако, быстро прошло — Сильвия усвоила урок и теперь вовсю старалась быть образцовой женой.

Вкушая удовольствия домашнего уюта, Кроу решил, что навестит Холмса сразу после утреннего доклада начальству.

В Скотланд-Ярде инспектор был вовремя, уже к половине девятого. На столе лежала записка, в которой говорилось, что комиссар ожидает его ровно в девять.

Кроу собирался выходить, когда в кабинет заглянул Таннер.

— Хорошо выглядите, сэр. Как отдохнули? — небрежно спросил сержант.

— Никогда еще не чувствовал себя лучше. — Про себя инспектор заметил, что так оно и есть. Его уже охватил азарт охотника, кровь бурлила, а измена коварной Харриет казалась чем-то далеким.

— В таком случае вам повезло больше, чем мистеру Холмсу, — пряча ухмылку, обронил Таннер.

— При чем тут мистер Холмс? — резко спросил Кроу.

— Вы ведь знакомы с ним, сэр?

— Встречался. Раза два или три. Но в чем дело?

— Так вы не слышали?

— Ни слова.

— Великий мистер Холмс выставил себя на всеобщее посмешище. Связался с какой-то женщиной. Такой скандал. Весь Лондон только об этом и судачит.

— Не может быть. Я не верю…

— Это правда, сэр. Говорят, бывшая певичка. Ирэн Адлер. Всюду с ней бывает…

По пути в кабинет комиссар Кроу думал лишь о том, как поскорее освободиться.

— Что ж, выглядите вы неплохо, — сдержанно заметил он. — Полагаете, что готовы?

— Готов ко всему, сэр.

— Да уж так будет лучше. Имейте в виду, у вас последний шанс. Я поговорил с доктором Муром Эгером, и он заверил меня, что вы будете как новенький. Думаю, он прав, потому что его теперешний пациент, насколько я слышал, не так хорош.

— Неужели? — Кроу постарался сохранить равнодушие на лице.

— Имейте в виду, это строго между нами. — Комиссар наклонился, словно собирался доверить ему секретную информацию. — Шерлок Холмс. Помните, каким он всегда был? Строгим, ярым сторонником дисциплины. Женщин для него не существовало.

— Что верно, то верно.

— В его возрасте такое случается. Я сам это видел. Мужчина находит себе девчонку и теряет рассудок.

— Мистер Холмс? — Теперь Кроу встревожился уже по-настоящему. Таннер мог преувеличивать, но комиссар — никогда.

— Увлекся женщиной, в которой нет ничего особенного.

— Невероятно.

— Я видел это собственными глазами. Выводит ее каждый вечер — «Монико», «Кри», «Трок». Милуются у всех на глазах. Отвратительно. Приятель в клубе рассказывал, что видел их обоих под хмельком в «Амбассадоре». Даже с братом, Майкрофтом, не общается. Стыд и позор, но такое случается. Когда такой человек пускается во все тяжкие… — Мысль осталась незаконченной, и Кроу, воспользовавшись паузой, быстро переменил тему разговора.

Вводя инспектора в курс дела, комиссар упомянул о загадочном взрыве на Прейд-стрит и неопознанном трупе, единственной жертве этого неприятного инцидента.

Едва освободившись, Кроу поспешил покинуть здание Скотланд-Ярда, вскочил в первый попавшийся кэб и попросил доставить его на Бейкер-стрит. Пока экипаж трясся по мостовым, воображение рисовало жуткие картины.