Олег Логинов - Янкелевич в стране жуликов

против их ружей - игрушка. Они с одного выстрела в твоем теле дырку с

кулак проделают. У парней строгие инструкции - отдать документы только мне. А у меня не менее строгие инструкции - передать их лично

Владлену Владленовичу. Так что или играем по моим правилам, или не

играем вообще.

Насос, убедившись, что в синей папочке находятся лишь чистые листы бумаги, раздраженно бросил их в ящик стола, потом, после небольшого раздумья, швырнул туда же пистолет. Хмуро оглядев Морева, словно пытаясь запечатлеть в памяти его образ, произнес:

- Я сам люблю пошутить, но те кто шуткует со мной, обычно плохо кончают. Своими приколами с гранатой и бумагами, ты меня обломил,

признаю. Только в следующий раз посмеюсь уже я и, возможно, на твоих

похоронах.

- Не пугай. Нам с тобой делить нечего. Организуй мне встречу с Владленом Владленовичем, а дальше разбирайтесь с ним сами. Я ваших с

ним дел не знаю и знать не хочу. Мне велено ему документы передать, я

это сделаю, вне зависимости нравится ли тебе это или нет. А после делите свои деньги сами, поровну или по справедливости, как вам заблагорассудится, меня не волнует.

- Ладно, адвокат, убедил. Организую я тебе встречу с Владленом. Сейчас привезут твоего кореша и сможешь лично ему вручить бумажки,- молвил Насос, взвесив аргументы Морева.

Потом он предложил Александру подождать и чего-нибудь выпить, а сам из другой комнаты позвонил по телефону.

Владлена Владленовича доставили примерно через час. Привезли его два тех самых бритоголовых парня, которые вместе с Олесей находились в приемной Насоса во время визита Морева. Парни опасливо покосились на Александра, зная, что от него можно ожидать любых подвохов, типа гранаты в папке. Зато Владлен Владленович обрадовался адвокату, как родному. Он кинулся к нему обниматься, словно бы не чаял больше с ним никогда свидеться. Сжимая Александра в объятиях, Крот тихо шепнул:

- Александр Юрьевич, христом-богом молю вытащи меня отсюда.

Насос, внимательно наблюдавший за их встречей, окликнул:

- Эй, мужики, хорош обниматься. Ты, адвокат, тащи свои документы. Пора заканчивать с формальностями. Мы и так потеряли на этом деле слишком много времени.

- Прежде я бы хотел переговорить со своим клиентом наедине, - сказал Морев.

- К чему такая таинственность? - пожал плечами Насос. - Мы здесь все люди свои. У нас секретов друг от друга нет. Хочешь что-то сказать, говори при всех.

- Когда вы мне тоже будете платить за оказание юридических услуг, буду говорить и при вас. А покуда я являюсь адвокатом только Владлена Владленовича, буду обсуждать вопросы только с ним. Его право передать содержание нашего разговора вам или еще кому-нибудь. Но я не имею права посвящать в ниши дела посторонних, - твердо заявил Александр.

Насос решил не затевать спор из-за пустяков и позволил Мореву пообщаться с клиентом в соседней комнате.

Когда они уединились, Крот быстро изложил Александру события, произошедшие с ним за последнее время. Рассказал, как люди Насоса его насильно затолкнули в машину и привезли на какую-то квартиру, где и держат до сих пор против его воли. Владлен Владленович без утайки поведал, что продал на Запад партию цветных металлов, деньги за которые осели на счете в Дойче-банке. Сообщил, что пообещал взять деньги наличными из этого банка и передать их Насосу, но всерьез опасается, что после этого тот ликвидирует его, как нежелательного свидетеля.

Морев, не перебивая, выслушал его и сказал, что ничуть не удивлен, нечто в этом роде он предполагал и предложил Владлену Владленовичу поискать другой способ, чтобы рассчитаться с Насосом. Тот тяжело вздохнул и произнес:

- Александр Юрьевич, да неужто бы я уже не рассчитался с ним, если бы у меня имелась такая возможность. Насос - это же зверюга, ему на тот свет человека отправить, как два пальца обмочить. Нет, сам он, конечно, мараться не будет, но его звереныши в два счета замочат кого угодно. Я оказался в глубоком дерьме, Саша, и вся надежда у меня осталась только на тебя. Выручай. А я этого во век не забуду и отблагодарю.

Голос Владлена Владленовича звучал весьма проникновенно, словно пение сирен, но Морев не поддался его чарам. Он пожал плечами и равнодушно заметил:

- Знаешь, Крот, у тебя с Насосом свои дела. Влезать в ваши внутренние разборки и подставлять свою задницу вместо твоей, мне нет никакого резона.

Владлен Владленович помрачнел.

- Откуда ты знаешь, что я Крот? - спросил он, но уже с другой, жесткой интонацией.

- А я, как папаша Мюллер, взял однажды стакан с твоими пальчиками и отправил на идентификацию. В этом мире лживо все, кроме папилярных узоров.

- И что ты еще обо мне знаешь?

- Больше, чем ты можешь представить. Я знаю о тебе нечто такое, чего ты и сам о себе не знаешь.

- Неужели? И что это?

- Например, то, что денег у тебя в Дойче-банке нет.

- Как это?- неподдельно изумился Крот.

- А так. Я воспользовался документами из твоей синей папочки и послал факс в Дойче-банк, чтобы все средства с известного тебе счета перевели на валютный счет ЗМОЦМ. В конце концов, это деньги завода, а не его управляющего. Делиться нужно, Владлен Владленович, а ты опять хочешь всех облапошить. Нехорошо.

Крот побледнел, словно увидел пропасть, развернувшуюся у его ног. Потом резко соскочил с места и бросился в соседнюю комнату. Морев услышал, как он там вопит:

- Этот гад меня обанкротил! Он перевел все деньги из Дойче-банка на счет ЗМОЦМ! Я здесь ни при чем, гадом буду! Я сам больше больше всех угорел!

Александр поднялся и вышел вслед за ним. Насос и два его бритоголовых приспешника хмуро уставились на него. А Владлен Владленович, тыча пальцем в его направлении и брызжа слюной, заголосил:

- Это все он! Он, падла! Ментяра отставной! Змей подколодный!

Насос спросил:

- Это правда, что ты деньги перевел?

Морев опустился на стул и коротко ответил:

- Да.

- Ты понимаешь, что за такую шутку нужно отвечать? За этот прикол, знаешь ли, если твою шкуру на ремешки порезать и то мало будет!

- Да что вы за люди такие? Какие-то маниакальные садисты, а не люди. Только от вас и слышно: убьем, замочим, на куски порежем. Расслабьтесь и выбросьте свои черные мысли из головы, жизнь сразу веселей покажется. Вот хочешь, большой босс, я песню про тебя спою?

Насос не сводил с Александра тяжелого сурового взгляда, вероятно выбирая для него смерть пострашней, но любопытство пересилило. Он решил погодить с казнью и спросил:

- Что за песня?

- "Нас оставалось только трое, из восемнадцати ребят", - напел Александр.

- Не врубился, а при чем здесь я? - пожал плечами Насос.

- А ты первые пять букв составь вместе и все поймешь. Бритоголовые, беззвучно пошевелив губами, выполнили задание и,

не удержавшись, прыснули от смеха. Зато Насос еще более насупился и побагровел. Он страшно не любил, когда поминали его кличку, поэтому шутка явно произвела на него негативное воздействие. Он второй раз извлек из стола револьвер.

- Ну все, адвокат, ты меня окончательно достал!

- Подожди, подожди! Не стреляй! - поднял руки вверх Морев. - Дай слово молвить. Не нужно делать поспешных действий, о которых потом всю жизнь жалеть придется.

Револьвер в руке Насоса поднялся и, подрагивая, остановился в направлении груди Александра. Однако не выстрелил. Морев воспользовался паузой и выпалил:

- Я же к вам с ценным предложением пришел. Можно сказать, большие деньги вам в клюве принес, а вы меня опять стрелять собрались.

- Твоей болтовни мы уже наслушались, - процедил Насос, но по-прежнему медлил с выстрелом.

Александр спросил:

- Так мне рассказывать или нет?

- Ладно,- сказал Насос, - даю минуту. Если не уложишься, не обессудь. У меня палец чешется курок спустить.

Морев кивнул и начал рассказывать:

- Зря вы на меня из-за денег, которые в Дойче-банке лежали, взъелись. И по сути, и по праву они принадлежат заводу. Заводу и достанутся. Кстати, вы из-за них могли бы большие неприятности отгрести на свои задницы. Подсудное это дело - невозврат валютной выручки из-за рубежа. А попытка ее присвоить, вообще, образует состав хищения. Поэтому считайте, что я вас от конфликта с законом уберег, а может и от тюрьмы. И все же, чтобы вы сильно не расстраивались, я хочу предложить вам хорошую компенсацию. Дело вот в чем. Есть у меня один клиент. Американец. Владлен Владленович его знает. Очень непростой и интересный товарищ, скажу я вам. Не знаю где, не знаю как, но умудрился он у нас в Горноуральске отыскать чей-то фамильный клад, ну там, золотишка немножко, а в основном ювелирные камни. Он согласен, как положено, сдать его государству и получить свои 25 процентов, да только нельзя ему светиться перед органами. А камушки хорошие, отборные, на каком-нибудь аукционе на Западе за них приличные деньги можно выручить. Мое предложение такое: я убеждаю американца продать камни вам, вы платите ему четверть цены, а остальное идет в качестве погашения долга за Владлена Владленовича. То есть я предлагаю выкупить его долг у вас. Все просто и надежно, никакого обмана. В качестве образца я прихватил с собой пару штук камней, можете убедиться, что не стекляшки вам предлагаю.