Джайлс Блант - Сорок имен скорби

Кардинал взял у нее бумагу. Два года назад Карл Сазерленд был арестован в Торонто за публичные непристойные действия.

Увидев это, Кардинал почувствовал, словно его захватило медленное, неостановимое движение, как во сне. Теперь он знал (хотя никто ему этого не говорил и он не мог бы ничего доказать), он знал, что Кэти Пайн была в «Музыкальном центре Троя» и встретилась там с Карлом Сазерлендом. А потом как сквозь землю провалилась.

Будто читая его мысли, Делорм выпалила:

— Нам надо замкнуть круг. Как-то связать ее с «Центром Троя».

Все еще двигаясь как во сне, Кардинал дотянулся до телефона. Делорм, покусывая губу, наблюдала за ним, словно тоже вдруг погрузилась в странный сон.

— Миссис Пайн, это Джон Кардинал. — Он всегда надеялся, что в следующий раз обратится к Дороти Пайн, чтобы сообщить ей: убийца ее дочери — в тюрьме. — Помните, вы мне говорили, что Кэти хотела поступить в школьный ансамбль?

Хмурый, бесстрастный голос был едва слышен.

— Да. Не знаю, с чего это ей вздумалось.

После этого Дороти Пайн погрузилась в полное молчание, Кардиналу даже показалось, что отключилась линия.

— Вы слушаете?

— Да.

— Миссис Пайн, Кэти когда-нибудь занималась музыкой, брала уроки?

— Нет. — Она могла бы прибавить, что уже говорила ему об этом и Маклеоду тоже. Но Дороти Пайн была не из тех, кто жалуется.

— Ни на пианино, ни на гитаре? Никаких уроков?

— Нет.

— Но вы же сказали — она хотела играть в группе. У нее на дверце шкафа была фотография школьного ансамбля, хотя она в нем не участвовала.

— Верно.

— Миссис Пайн, но я не понимаю, как Кэти могла так обожать музыку, если она никогда ею не занималась. Она мечтала об ансамбле, у нее был браслет с брелоками — музыкальными инструментами.

— Знаю. Нашла его в какой-то музыкальной лавке.

Вот оно! Все опять было как во сне. Кардинал и миссис Пайн были словно во сне, и в этом сне она вот-вот должна была произнести главные слова. Он чувствовал, как они идут по проводам, еще до того, как задал вопрос.

— Из какого музыкального магазина она его принесла, миссис Пайн? Можете вспомнить название? Это очень важно.

— Не помню.

Слова придут. Дороти Пайн их произнесет. Она скажет ему название магазина, и это окажется «Музыкальный центр Троя», и тогда они схватят кого надо. Кардинал словно чувствовал ветерок из трубки, как порыв воздуха из тоннеля перед прибытием поезда на станцию.

— Не знаю я названия, — сказала Дороти Пайн. — Какой-то магазин в торговом центре.

— В каком торговом центре, миссис Пайн?

— Она только там смогла подыскать себе эти штучки для браслета. Она туда, считай, каждый месяц ходила и покупала новый брелок. В последний раз принесла трубу, всего за два дня до того, как пропала. До того, как…

— Какой это был торговый центр, миссис Пайн? — Ну скажи мне. Сейчас ты произнесешь эти слова. Тобой движет та же сила сна, что управляет и мною, и Делорм, и эта сила подталкивает слова, и ты их скажешь. Ему хотелось закричать: «Какой торговый центр, миссис Пайн? Какой торговый центр?»

— Ну, тот, большой, на Лейкшор. В нем еще «Кеймарт» и «Царство фармацевтики».

— То есть алгонкинский торговый центр?

— Ну да.

— Спасибо, миссис Пайн.

Делорм кинула ему куртку. Сама она уже была одета.

— Возьми Коллинвуда. Нам нужен спец по отпечаткам.

Даже в таком небольшом городке, как Алгонкин-Бей, бывает час пик; колеса вязли в реках жидкой грязи, еще больше осложняя и без того затрудненное передвижение. Еще не было шести, и им пришлось включить сирену, на окружной, а потом на Лейкшор-стрит. Коллинвуд сидел сзади, негромко насвистывая.

Пока они пробирались по торговому центру, Кардинал старался выглядеть невозмутимо, но здесь тоже был час пик, и он поймал себя на том, что расталкивает народ у «Царства фармацевтики», чтобы попасть в музыкальный магазин.

— Мистер Трой, Карл Сазерленд здесь?

— У него сейчас урок. Могу я вам чем-то помочь?

Кардинал направился к ряду дверей позади прилавка, за стендами с гитарами.

— Какая комната?

— Погодите минутку. Ради всего святого, что происходит?

— Коллинвуд, побудь с мистером Троем.

За первой дверью был склад музыкальных принадлежностей. За второй женщина испуганно подняла голову от пианино, за которым громко считала в такт метроному. В третьей Карл Сазерленд помогал десятилетнему мальчику взяться за гитарный гриф. Он недовольно посмотрел на них.

— Вы Карл Сазерленд?

— Да.

— Полиция. Не могли бы вы пройти с нами?

— В каком смысле? У меня занятие.

— Ты нас извинишь? — обратилась Делорм к мальчику. — Нам надо кое-что обсудить с мистером Сазерлендом.

Мальчик вышел, и Кардинал захлопнул дверь.

— Вы давали Билли Лабеллю уроки игры на гитаре, верно?

— Да. Я уже говорил с полицией насчет…

— И вы были также знакомы с Кэти Пайн, не так ли?

— Кэти Пайн? Которую убили? Вовсе нет. Мне попадалось ее фото в газете, но я никогда в жизни ее не видел.

— У нас другая информация, — заметила Делорм. — По нашим сведениям, Кэти Пайн была здесь за два дня до того, как исчезла.

— Если и так, я ее не видел. Почему вы пришли ко мне? У нас тут большой торговый пассаж. Здесь бывают все жители города.

— Но не у всех жителей города есть судимость за оскорбление общественной нравственности, мистер Сазерленд.

— Боже.

— Не всех работающих в торговом центре когда-то арестовывали за непристойное обнажение в заднем ряду порнокинотеатра.

— Боже. — Сазерленд покачнулся на стуле, лицо его побелело. — Я-то думал, все прошло, с этим покончено.

— Хотите проехать с нами в полицию и там об этом рассказать? Или предпочитаете, чтобы мы расспросили вашу жену?

— Вы не смеете мне угрожать. Меня оправдали по этому обвинению. — Голос его теперь зазвучал грубо и негодующе, но лицо оставалось бледным. — Я вовсе не горжусь тем, что случилось. Но я не понимаю, почему нужно снова это мне припоминать. В зале было темно, хоть глаз выколи, и это не значит «прилюдно». Не значит «прилюдно», судья сам признал. И потом, то, что там произошло, имело место между взрослыми людьми, которые добровольно на это согласились, и вас это не касается.

— Нас касается Билли Лабелль. Вы — один из последних, кто видел его живым.

— А при чем тут Билли Лабелль?

— Может быть, расскажете нам? — предложила Делорм. — Вы учили его играть на гитаре.

— Да, я был учителем Билли. Я уже все это обсудил с кем надо. Однажды в среду вечером Билли вышел из магазина, точно так же, как он всегда уходил вечером по средам, и с тех пор я его больше не видел. Очень печально. Билли был такой славный парень. Но я ничего ему не сделал. Клянусь, ничего.

— И этого парня тоже не знаете? — Кардинал извлек снимок Кийта Лондона, играющего на своем инструменте.

— Нет. Я знаком не со всеми, кто бренчит на гитаре.

Сазерленда совсем не поразило фото. Да, он был напуган, смущен, но изображение Кийта Лондона, казалось, не представляло для него какой-то особой угрозы. Уверенность Кардинала начала колебаться. Он достал фотографию Кэти Пайн.

— Это девочка, которую убили. Знаю по газетным снимкам. А так, по-моему, никогда ее не видел.

— Она была здесь за два дня до того, как пропала. Купила музыкальный брелок для браслета. Они у вас продаются там, в переднем зале.

— Может, она купила его где-то еще.

— Она купила его здесь.

— Никогда не видел эту девочку, говорю же вам. Посмотрите базу учета, сами убедитесь.

— Базу учета?

— У нас уже не первый год компьютерный учет. Увидите, кто ей продал эту штуку. Мы их не миллионами продаем. По три-четыре в месяц, не больше.

Когда они выходили из комнаты для занятий, Алан Трой окликнул Сазерленда:

— Ну что там, Карл? В чем дело?

Но Карл не обратил на него внимания. Он провел Кардинала и Делорм в тесный кабинетик в задней части магазина. На компьютерном мониторе, почти погребенном под кипами квитанций, светились колонки цифр. Сазерленд сел и ввел одну-две команды. Экран померк, только в левом верхнем углу мигал курсор.

— Дата у вас есть? — спросил он, не глядя на них. — Число, когда пропала девочка?

— В прошлом году, двенадцатого сентября. За два дня до этого купила брелок.

— Отлично. Теперь мне нужен номер товара по каталогу. — Он сверился с пачкой распечаток толщиной с телефонный справочник, пролистывая страницы форматом вдвое больше обычного, пока не нашел то, что искал. Ввел номер. — Теперь увидим, сколько мы таких продали за прошлый год. — В ожидании он барабанил пальцами по столу. — Семь. Хорошо-о… — Он набрал еще одну команду, затребовав отчет за месяц.

— Десятое сентября, — показала Делорм. — За два дня до.