Фарфоровый детектив - Зоя Орлова

что развод мне невыгоден. А Ваньке выгоден. Ну и зачем я ему такой подарок буду делать?

– Про подарки, кстати! Не могли бы вы поподробнее рассказать?

– Этот… Эта… зараза всем настроение испортил. Матвею мормышки для рыбалки додумался подарить!

– Блёсны, – поправил Тим.

– Да без разницы! Знает, что у того жена тяжело носит. Матвей от неё отойти боится. Ну ладно партнёр! А дочь единственную зачем расстраивать?

– А что он подарил дочери?

– Не знаю и знать не хочу, но та разревелась. До слёз довёл ребёнка!

Женщина шумно выдохнула и продолжила с ехидным смешком.

– Даже своей птичнице какую-то дрянь подсунул! У неё аж морда перевернулась, когда в коробку заглянула. И громко так заорала: «Офигеть!» Не иначе, вместо очередной птички Ванька ей свинью преподнёс!

– А вам что муж подарил?

Лицо собеседницы покраснело.

– Не хочу говорить! И ведь гад такой, подходил, подмаргивал: «Подарок тебе, Ленусик, понравится!»

– Вы что-то определённое ждали?

– Он знает. Я бриллианты люблю. И всегда мне их дарит. Традицию соблюдает.

– А в этот раз?

Елена совсем побагровела.

«Как бы ей плохо ни стало!» – забеспокоился Тим.

Женщина молчала.

– Елена Викторовна, это может быть важно для следствия. Если не хотите говорить, то разрешите мне посмотреть.

– Я коробку в ресторане оставила.

«Придётся искать».

– Всё же прошу вас рассказать о содержимом.

Женщина ещё немного поборолась с эмоциями и со злостью выдавила:

– Абонемент в фитнес-клуб на программу для похудения и книгу «Домоводство».

Дочь. Елизавета Ивановна Резидентова.

В гостиной огромная телевизионная панель. Уютный диван с набросанными подушечками и большим пледом. Несколько кресел вокруг столика, заваленного журналами. Ваза с фруктами, коробка конфет, пакеты с чипсами.

Дочь бизнесмена была точной копией матери. С поправкой на возраст. Яркая черноглазая брюнетка. Полновата. Что вроде и не портило молодую женщину, но как бы обволакивало, приглушало красоту.

– Елизавета Ивановна, расскажите, пожалуйста, про вчерашний вечер. С того момента, когда основной народ разошёлся. Было необычное что-нибудь?

Девушка пожала плечами.

– Вроде ничего.

Отвечала нехотя.

– А как вы считаете, кому выгодна смерть Ивана Михайловича?

– Не знаю. Может, любовница ему что-то подсунула.

– Лиля? Зачем ей это? – искренне удивился Тим.

– Отец последнее время очень раздражённый был. Всех шпынял. Ей, наверняка, больше всех доставалось. Зачем молодой и красивой такое терпеть? Квартиру и машину она с него поимела. Дальше можно и помоложе или, наоборот, постарее, но поспокойнее папика подыскать. А то и замуж выскочить за богатенького. Статус сменить.

– А у вас какие отношения были с отцом?

Лиза раздражённо тряхнула головой.

– Как у всех отцов и детей. Родители навязывают своё. Они же лучше знают, как жить! Классика.

– У вас ведь были разногласия из-за проблем с салоном, который вам подарил отец?

На глазах у девушки мгновенно навернулись слёзы.

– Это с каждым может случиться. И у него сложности не раз были. Это же бизнес! Риски. Конкуренты. Но зато я опыт бесценный получила.

«И цена у этого бесценного опыта, наверное, шестизначная».

– Отец считает, что бизнес не для женщин. А я уверена, что у меня получится. Показывала ему бизнес-план и расчёты. А он упёрся: «Денег не дам! Лучше о замужестве подумай! На Новый год получишь то, что тебе действительно нужно!»

– И что вы получили?

По щеке девушки скатилась слеза. Потом вторая. Она вскочила и выбежала из гостиной.

Вернулась с упаковкой бумажных салфеток.

– Извините, – повторила она. – Не обращайте внимания. У меня с детства слезы близко. Ничего не могу с этим поделать.

Тим спросил:

– Вас подарок отца так расстроил?

– Да. Не хочу говорить об этом.

– Хорошо. Тогда просто разрешите посмотреть.

– Я коробку там бросила. Толком и не разглядывала. Какая-то ерунда. Но записка обидная была. Шутка про мою фигуру.

– Дословно не запомнили?

– Нет. Но очень обидно. Отец это умеет.

Тим набрал Олега.

– Как у тебя?

– Есть вероятность, что мёд попал Резидентову случайно. На столе была сырная тарелка. А к ней в этом ресторане обязательно подают мёд. Ставят розетку в центр. Два официанта видели, как Резидентов переставил сырную тарелку поближе, а розетку с мёдом, когда убирал, уронил на скатерть. Может на некоторые кусочки сыра мёд и попал.

– Но точно мы это не знаем?

– Не знаем, – вздохнул Олег.

Тима не покидало ощущение, что он упустил что-то. Не докрутил. И тут позвонили из больницы. У Резидентова произошёл рецидив.

Знакомый врач сокрушённо развёл руками.

– Возможны повторные реакции, даже после очистки организма. Редко. Но случаются.

И, понизив голос, продолжил:

– Но я склонен думать, что пациент получил провоцирующий аллерген ещё раз. Очень уж бурная реакция. Состояние крайне тяжёлое. Он в коме.

Тим проверил записи в журнале посещений.

Хромов, жена, дочь, любовница.

«Знакомые все лица!»

Из палаты, где раньше лежал бизнесмен, вышел хмурый эксперт-криминалист Яшин.

Буркнул:

– Перга.

– Что? – переспросил Тим.

– Перга – цветочная пыльца, обработанная пчёлами. Почти везде. В салате. В компоте. На фруктах щедро насыпана. Вот такой подарочек!

Тим бросился к выходу, набирая на ходу напарника.

– Олег, ты в ресторане находил подарочные коробки?

– Да. Две.

– Что в них?

– В одной абонемент в фитнес-центр на программу «Долой жир!» Зашибись – маркетинговый ход! И книга «Домоводство». Прикинь, у моей бабушки такая же была!

– А во второй?

– Вторая коробка пустая. Только открыточка. Что-то про птичек. Сейчас.

Олег торжественно прочитал.

– Длинноногая птичка для моей стройной птички!

– А на коробках есть надписи? Пометки?

– Да. На обеих крышках буквы «Л».

– А кто занимался покупкой подарков и упаковкой? Не сам же Резидентов. Ты выяснял?

– Да. Его секретарша. И подарки она в коробки упаковывала. И пометки ставила. Она мне список дала.

– А ты список смотрел? Зачитай!

Олег прочитал.

Тим вздохнул.

– Вот оно…

– Что? – спросил Олег, но Тим не успел ответить.

Раздался сигнал параллельного вызова.

– Подожди! Вторая линия.

Из больницы сообщили, что Резидентов, не приходя в сознание, скончался.

Тим оглядел собравшихся.

Елена в чёрном брючном костюме. Массивные перстни на пухлых пальцах. Скорби или печали на её немолодом, но всё ещё красивом лице не было. Во взгляде раздражение.

Дочь тоже в чёрном. Платье собралось складками на животе. Девушка периодически машинально проводила рукой по ним, пытаясь разгладить.

Тим вновь удивился сходству этих женщин.

У двери скромно жалась Лиля. Строгое чёрное платье на её фигурке сидело безукоризненно. Светлые волосы аккуратно уложены и перехвачены чёрной лентой. Взгляд растерянный и даже испуганный.

Поникший и задумчивый Хромов сидел в стороне от всех.

Тим сказал:

– Примите соболезнования.

Вдова и дочь безмолвствовали. Лиля прерывисто вздохнула. Хромов кашлянул и сдавленно произнёс:

– Жаль Ваню. Видишь, как повернулось. Повторная реакция. Не повезло ему с этой аллергией.

Тим подтвердил.

– Не повезло. И с аллергией. И с тем, кто ему эту реакцию устроил, не повезло.

– Что вы несёте? – возмутилась Елена. – Это же какая-то случайность!

– Врач сказал, что организм может повторную реакцию выдать! Даже без аллергена, – раздражённо добавила Лиза.

Тим кивнул.

– Может. Но в нашем случае был аллерген.

– Опять мёд? – удивился Хромов.

– Не мёд. Перга.

Лиля тоненько охнула и испуганно прикрыла ладонью рот.

– Перга? – задумчиво протянула Елена. – Это пыльца, что ли? И как она к Ивану попала?

Тим не стал тянуть театральную паузу. Ему хотелось побыстрее закончить с этим неприятным делом.

– Елизавета Ивановна Резидентова, вы задержаны по обвинению в причинении тяжкого вреда здоровью вашему отцу, повлёкшего смерть.

– Вы что себе позволяете? – лицо Елены наливалось болезненной краснотой.

– У вас есть доказательства для таких обвинений? – возмутился Хромов.

Лиля застыла с открытым ртом.

Лиза сидела, неестественно выпрямив спину. Руки судорожно разглаживали складки платья. А по щекам покатились ручейки слёз.

– Неправда!

Олег шагнул к девушке.

– Пройдёмте.

Елена метнулась наперерез.

– Нет, не пройдёмте! Матвей, звони Симкину. Без адвоката не имеете права!

Тим не стал спорить.

– Хорошо. Если вы настаиваете. Подождём адвоката.

– Какие у вас доказательства? Я мать! Я должна знать!

Хромов забубнил в трубку. Потом сообщил:

– Адвокат сейчас будет.

И обратился к Лизе:

– Лизочка, девочка, успокойся. Это какая-то