Клан - Кармен Мола

был очень сильно измениться за те десять-пятнадцать лет, что разделяли два предъявленных ему снимка.

– А других фотографий нет?

– Есть еще одна, но тоже сомнительная.

На третьей фотографии, которую Субигарай достал из папки, предполагаемому Ортису было уже за семьдесят. Его запечатлели на торжественном приеме экс-короля Испании в момент рукопожатия – высокого, моложавого, превосходно одетого. К сожалению, его лицо было расположено в профиль.

– Это Хасинто Прадо, самый таинственный бизнесмен Испании. Никаких других его фотографий я не знаю. Как по-вашему? На всех трех снимках один и тот же человек? Может быть – да, а может, и нет.

– Почему вы искали Сипеени?

– Потому что это впечатляющая личность. Я хотел написать о нем репортаж. И написал, но мне не позволили его опубликовать. Похоже, тема не понравилась в каких-то высших сферах.

– Вам угрожали?

– Хуже. Они уничтожили информационное агентство, которое я основал. Знаете, как работает любое информационное агентство? Формирует новости, а затем продает их издательствам-подписчикам. Так вот! Как только я попытался распространить репортаж о Сипеени, подписчики стали от меня уходить, и делали это явно под давлением кого-то, кто обладал большой властью, так что в конце концов мне пришлось сдаться.

Сарате снова посмотрел на третью фотографию.

– Я никогда не слышал об этом Хасинто Прадо.

– О нем почти никто не слышал. В начале двухтысячных он вынырнул неизвестно откуда и теперь владеет предприятиями во всех сферах жизни: гостиницами, финансовыми учреждениями, игорными домами, средствами массовой информации… Его действия невозможно отследить, потому что они совсем не прозрачны. Найти его было очень трудно, но под конец мне просто повезло. Хасинто Прадо владеет огромными участками земли в Либерии, и, насколько мне известно, только это имущество зарегистрировано на его имя. Поэтому я заподозрил, что он и Ортис – одно и то же лицо. А еще потому, что у них одинаковые шрамы на лбу по линии волос. Возможно, вы их даже не заметили и они существуют только в моем безудержном воображении.

Сарате напряг зрение. Действительно, на лбу бизнесмена была небольшая отметина, которая с тем же успехом могла оказаться дефектом фотографии.

– У наемника такой же шрам.

Сарате взял в руки вторую фотографию, но разглядеть на ней шрам оказалось еще труднее.

– Я ничего не вижу, – признался он. – А как можно найти Хасинто Прадо?

– Можно поехать к нему домой, его адрес известен. Он живет в Сьюдалькампо, недалеко от Мадрида, в загородной вилле на Посольском проспекте. А вот поговорить с ним будет уже не так просто.

– Вы пытались?

– Я не хочу больше ничего знать о Сипеени. И, если вы готовы принять совет старика, прекратите поиски. Послушайтесь меня. Если вам дорога ваша жизнь, не ищите его больше. Ничего, кроме неприятностей, вы не наживете.

Стон женщины в инвалидной коляске заставил Субигарая мгновенно встрепенуться и подойти к ней.

– Как ты себя чувствуешь, дорогая? – спросил он, снимая волосок с ее рта. – Сейчас мы пойдем гулять, чтобы ты погрелась на солнышке, а потом у нас будет обед.

Сарате снова посмотрел на фотографии и вдруг, словно по волшебству, отчетливо увидел два одинаковых шрама. Он не мог понять, почему не замечал их раньше. Возможно, сейчас он просто захотел их увидеть, потому что искал причину для поездки к Хасинто Прадо. Или заразился одержимостью Субигарая.

Глава 40

В районе Вега-де-Ака, рядом со «Стадионом средиземноморских игр», где проводит футбольные встречи «Альмерия», находятся и тренировочные площадки этого клуба. Элена пришла туда, еще не зная, разрешат ли ей посетить тренировку молодежной команды, но вход оказался свободным. Сидя на трибуне, она наблюдала за занятиями по физической подготовке игроков, оказавшихся моложе, чем она думала. Рубена Кастаньо Элена узнала сразу. Его фотографию ей прислала Марьяхо. Он оказался единственным членом команды, чей отец служил в гражданской гвардии. Это был шестнадцатилетний парень, высокий, худой, со светлой шевелюрой. Даже плохо разбиравшаяся в футболе Элена сразу заметила, что Рубен выделяется из общей массы и что другие члены команды ищут его в игре. Он был левша, стоял на левом фланге, но, даже начиная оттуда, умел полностью забрать инициативу, контролировать любой попавший к нему мяч и делать точные передачи своим товарищам, чтобы они могли завершить атаку в штрафной.

– А этот парень неплох… – прокомментировала Элена.

За несколько мест от нее сидел пожилой человек, видимо пенсионер.

– Рубен? Самый способный, уже сыграл запасным в третьем дивизионе и тренировался со взрослой командой. Если не сломается, будет играть за «Мадрид» или «Барсу».

– Сломается?

– Ну, травмы, соблазны молодости… Добраться до первой лиги очень трудно, уверяю вас, – я видел здесь отличных ребят, которые потом сбились с пути. Правда, ни одного такого, как Рубен. У парня мастерский удар левой. Говорят, «Ливерпуль» уже прислал сюда своего скаута.

На краю поля стоял, наблюдая за игрой, какой-то человек и то и дело давал указания Рубену. Элена задалась вопросом, уж не Гонсало ли это Кастаньо, служащий гражданской гвардии и отец мальчишки. Ее подозрения подтвердились, когда после окончания тренировки эти двое вместе пошли к стоянке.

Они сели в «Порше Кайен» – слишком роскошный для гражданского гвардейца автомобиль. Подозрения Элены превратились в уверенность, когда они остановились возле таунхауса в элитном районе города, на улице Пепе Исберта. Рубен вышел из машины и открыл дверь гаража. Элена выскользнула из своей и спряталась за кустом бугенвиллеи возле следующего дома. Когда «порше» въехал в гараж, она успела проникнуть внутрь прежде, чем металлическая дверь закрылась.

В глаза ей сразу бросились висевшие на стене инструменты. Все произошло очень быстро. Она сняла со стены молоток и, пока отец Рубена выходил из машины, схватила парня сзади за шею.

– Оставьте моего сына! Кто вы такая?

Рубен попытался вывернуться из-под ее руки.

– Отпусти меня, твою мать! Пусти!

Но Элена привыкла справляться с преступниками, наркоманами, осведомителями и прочими проходимцами. Она усиливала давление, пока футболист не начал хрипеть, задыхаясь.

– Я гражданский гвардеец. Отпусти моего сына или я тебя сгною!

– Только после того, как мы с тобой поговорим. Тебе всего лишь нужно мне кое-что рассказать.

– Отпусти его, дрянь!

Вне себя от бешенства, гвардеец ринулся на Элену.

Она подняла молоток.

– Клянусь, я разобью ему коленку. И тогда конец вашему футболу.

Парень продолжал вырываться, и Элене пришлось ударить его коленом в поясницу. Теперь он оказался на полу, но она не ослабляла хватку и держала молоток наготове. Перепуганный отец стал умолять сына не шевелиться.

– Кто ты такая? Что ты делаешь в моем доме?

– Ты должен мне сказать, кто обеспечивает проникновение в страну иммигрантов через побережье Альмерии.

– Я не понимаю, о