Растворенные - Мадс Питер Нордбо

перестают быть подозреваемыми, – ровным тоном ответила Дея.

– Да по нему же сразу видно, что он преступник, вам это непонятно?

Ларс смерил ее взглядом, и Дее захотелось устроить ему выволочку.

– Не знала, что по человеку бывает видно, преступник он или нет, – ограничилась она замечанием.

– Нет. Но ведь так говорят, правда?

– Вы считаете, что все, о чем говорят, должно быть правдой? – Дея вздохнула. – Вижу, у вас все под контролем, – продолжила она с иронией, напрасно потраченной на Ларса, который важно кивнул, – но если вы так уверены, что виновен Питер, почему же вы задержали другого человека?

– Он был это, подозревающим, и мы.

– Подозрительным, – поправил его Лиам, отчетливо проговорив слово.

Дея улыбнулась ему. Поддержка со стороны Лиама Старка могла принимать разные формы.

– Что? – спросил Ларс.

– Не обращайте внимания… Что он такого сделал, ваш пленник? – продолжила Дея.

– Он пытался проникнуть в пасторский дом, – сиплым голосом ответил другой мужчина.

– Каким образом?

– Он собирался выломать окно, – пояснил Ларс. – Никаких сомнений.

– И тогда вы, такие славные парни, решили, что надо его задержать?

Дея испытующе посмотрела на него.

– Да… Вы-то ведь ничего не делаете! – не сдавался слесарь.

– А что сам этот мужчина говорит?

– Он говорит, что он отец дочери пастора и что он хотел забрать плюшевого мишку. Но какого черта ему понадобилось разбивать окно?

Ларс нетерпеливо замахал руками в направлении дома.

– Я вам, черт возьми, сейчас покажу! На окне есть следы!

– Спасибо, мы посмотрим на них чуть позже.

Лиам хлопнул в ладоши.

– Давайте сначала посмотрим на вашего подозрительного человека.

– Ага, он у нас там в комнате при входе, – сказал Ларс и собрался пойти с ними, но Лиам остановил его:

– Мы поговорим с вашим пленником без вас.

Когда минут через пять они вышли из помещения у входа вместе с отцом Силье, появились Йоханнес и Мона. Йоханнес был в крайне возбужденном состоянии.

– Что-то случилось? – спросил его Лиам и кивнул Дее, когда она собралась вывести отца Силье из церкви.

– Извините за всю эту ерунду, – сказал Йоханнес. – Я бы никогда этого не допустил, если бы знал, что тут происходит. Мама заехала за мной.

Он молитвенно сложил руки.

– Могу только принести извинения. Мне в голову не могло прийти, что они задержали Матиаса.

– Эй? – перебил их Ларс. – Что происходит? Вы что, не заберете его с собой?

Лиам медленно повернулся к Ларсу.

– Этот человек – отец Силье и бывший муж пастора. Он хотел попасть в дом, чтобы забрать любимого плюшевого мишку девочки, но дом был заперт, и, не желая разочаровывать дочь, которая и так расстроена тем, что мама куда-то пропала, он попытался открыть окно.

– Какой такой мишка? – перебил его Ларс. – Вы же не можете просто так принять его объяснение, мы же его взяли при поличном.

– Взяли с поличным, – поправил его Лиам раздраженно. – Послушайте-ка, – продолжил он, чеканя слова. – Я даже не буду пытаться объяснять вам в подробностях, что и как, но могу заверить, если еще раз увижу одну из ваших надоедливых рож – здесь или в газете, – то это вы, а не кто-то другой прямиком отправитесь прямо под арест, и я не буду медлить ни секунды!

У подошедшей Деи зазвонил телефон. Она выслушала сообщение, быстро повесила трубку и, даже не взглянув на Ларса и остальных мужчин, перебила Лиама.

– Босс! – Она оттащила его в сторону, чтобы их не было слышно. – Босс, нам нужно срочно ехать к Клаусу. Клаус, похоже, так сильно ударил Питера по голове, что тот лежит без сознания на полу у него в гостиной. Мы ближе всех. Только что позвонили из Службы экстренных вызовов. А им сообщила дочь Клауса – набрала сто двенадцать.

– Ей, кажется, пять-шесть лет?

– Да.

– Бедная девочка, – вздохнул Лиам. – Что же за чертовщина?

* * *

– Вот ты где сидишь? – сказала Дея, присев на корточки перед Сесилией, которую обнаружила на ступеньках лестницы перед главным входом в дом. Девочка казалась напуганной, лицо ее было залито слезами. – Ты такая молодец, что нам позвонила, это папа тебя научил?

– Нет, это папа Силье сказал, чтобы я позвонила, – всхлипнула девочка.

– Он в доме?

Она смущенно кивнула.

– Он лежит на полу. У него разбита голова.

– А где твой папа?

– Он ушел в сад.

Лиам улыбнулся девочке и открыл дверь в дом.

– А твой брат с папой Силье или в саду?

– Он убежал наверх. Ему тоже страшно.

– Может, мы с тобой попробуем найти его? – спокойно предложила Дея.

Сесилия кивнула и с любопытством посмотрела на нее. Потом взяла Дею за руку.

Лиам направился в гостиную, где было подозрительно тихо. Недалеко от двери лежал Питер. Лиам быстро оглядел комнату, а затем бросился к нему. Питер был без сознания, но живой, и у него был устойчивый пульс. Рядом с ним лежала бейсбольная бита.

После того как Питера забрала скорая помощь, Лиам вышел в сад, чтобы найти Клауса. Сверху через открытое окно он слышал голоса Деи и детей.

Клаус сидел на свежевыкрашенной садовой скамейке и как будто ждал. У него за эти дни отросла длинная борода, а во взгляде сквозило безумие.

– Я убил его? – спросил он, выпрямившись и повернувшись к Лиаму. – Первые несколько дней после исчезновения Шарлотты я то был растерян, то разбит, то вдруг начинал верить, что она найдется, но теперь… Теперь восемь человек пропали без вести. Я больше ни во что не верю. Я не могу держать себя в руках, и я не знаю, что на меня нашло.

* * *

– С Лоне совсем плохо, – сказал Каспер. – Она уже давно молчит.

– А как там Шарлотта? – спросила Беата.

Каспер, судя по звукам, переместился в другое место, но ничего не ответил. Она услышала всплески. Потом стало тихо.

– Я чувствую у Шарлотты пульс, только очень слабый.

Снова стало тихо. Всплески прекратились.

– Беата?

– Да…

– Лоне умерла.

– Ты уверен? Мы можем попробовать поднять ее наверх? На мое место? Привязать?

– Она умерла, Беата…

– Ты уверен? – воскликнула Беата. Она хотела приблизиться к Касперу, ориентируясь на его голос. – Я хочу сама ее потрогать!

– Не надо, Беата.

Он подобрался к ней и ухватился за ее руку.

– Я хочу поговорить с ней, Каспер. Не может быть, чтобы она умерла.