Идеальная девушка - Рут Уэйр

говорит Робин вслед направляющейся к выходу Ханне. – Не делай ничего такого, чего я бы себе не позволила.

– И много остается за чертой?

– Немного, – ухмыляется Робин.

Ханна со смехом открывает дверь магазина, заставляя колокольчик звякнуть, и окунается в холодный вечерний воздух.

На улице дождь. Тротуар потемнел и стал гладким, он отражает жемчужные огни магазина, блеск уличных фонарей и свет фар проезжающих машин.

В конце улицы Ханна переходит на другую сторону, сворачивает направо, потом налево, чувствуя, как изо рта вырывается пар. На перекрестке она останавливается в ожидании зеленого сигнала светофора. На противоположной стороне улицы третьим в очереди перед перекрестком стоит лимузин с работающим мотором, задние окна тонированы до черноты. Интересно, кто внутри? Какая-нибудь знаменитость или стайка подружек, устроивших девичник? Неожиданно стекло заднего окна немного опускается, и в щель кто-то выглядывает, вытирая осевшие на стекле капли влаги. У Ханны чуть не останавливается сердце.

Женщина внутри машины… Эйприл.

На мгновение Ханна застывает на месте, завороженная, потрясенная, не замечая, что на светофоре сменился свет и на табло уже мигает зеленый человечек, а значит, у нее остается меньше минуты, чтобы перейти улицу.

Эйприл. Эйприл! Как такое может быть? Это же она! Или нет?

– Эйприл! – кричит Ханна, но женщина уже подняла стекло. С бешено бьющимся сердцем Ханна бегом пересекает улицу по пешеходному переходу. Вместо поворота направо в сторону клиники Хью, она сворачивает налево, спеша к веренице автомобилей, в которой ждет лимузин. Она не успевает подбежать и постучать в стекло, чтобы заставить пассажирку на заднем сиденье выглянуть. Ревут моторы, и машины трогаются с места.

Черт! Черт!

– Эйприл! – беспомощно кричит Ханна вслед лимузину, водитель которого включает вторую передачу. Она опоздала. Машина уехала. Но когда авто скрывается за углом, приходит прозрение: Эйприл никак не могла там сидеть. Такое случается не впервые. Ханна не раз замечала короткую светлую стрижку в толпе и спешила за ней с колотящимся сердцем, только чтобы потом увидеть мальчишку-подростка или обернувшуюся удивленную женщину сорока с лишним лет.

Ей больше никогда не суждено увидеть Эйприл, понимает Ханна. Она разворачивается и возвращается к перекрестку, направляясь к клинике Хью. Да, она никогда не встретит свою подругу. Но будет искать ее в толпе вновь и вновь.

* * *

Часы показывают ровно шесть, когда Ханна сворачивает за угол и видит клинику Хью с неприметной стеклянной дверью – вполне можно было бы подумать, что это вход в подъезд жилого дома, если бы не маленькая латунная табличка с надписью «Клиника» и выгравированными строгим шрифтом «Гарамон» фамилиями владельца и двух его партнеров.

Она нажимает кнопку звонка и, услышав ответ секретарши, говорит в решетку переговорного устройства:

– Ханна де Шастэнь. Пришла на встречу с Хью Блэндом.

– Боюсь, его рабочий день закончился, – трещит в динамике женский голос. – Вам было назначено?

– Я пришла не на консультацию. Встреча личного характера. Он меня ждет.

– Минуточку.

Треск в динамике умолкает. Ждать приходится на удивление долго. Когда Ханна решается позвонить второй раз, на лестнице внутри здания слышатся шаги, и блестящая черная дверь распахивается.

Ее встречает сам Хью, одетый в безупречное длинное пальто из верблюжьей шерсти, безукоризненно сшитый деловой костюм из ткани в елочку и твидовый жилет. Он с улыбкой раскрывает объятия:

– Ханна!

Они обнимаются. Ханна ощущает аромат дорогого парфюма и чувствует, как ей на спину давит зонтик. Она неловко прижимается к Хью выступающим животом. Ханна до сих пор забывает о ребенке в таких ситуациях. Что, интересно, будет на восьмом месяце? Хью разжимает объятия и отступает на шаг, рассматривая ее под золотистым светом, падающим из полукруглого окна над дверью.

– Как твои дела, можно не спрашивать, – говорит он. – Я вижу, ты вся цветешь.

Ханна, сама не зная почему, краснеет.

– Спасибо. Ты тоже недурно выглядишь.

– Грех жаловаться. – Он вешает зонтик на руку и отбрасывает волосы с бровей. – Куда пойдем? За углом есть маленький уютный бар «Жоли Божоле». Сейчас там, пожалуй, будет шумновато, но хозяин знает меня и найдет для нас свободный столик, так что присядем.

– Я еще способна часик постоять, – с иронией говорит Ханна, но забота Хью ей приятна. – Беременность не болезнь.

– Меня не обманешь, Ханна Джонс, – грозит пальцем Хью. – Ты весь день простояла в магазине. Хотя бы стул ты заслужила.

– Спасибо, – улыбается она. – «Жоли» или как там его подойдет. Мне все равно, куда пойти.

Хью берет ее под руку, и они, как старые друзья, шествуют по улице. Хью старается идти шаг в шаг с Ханной. Она искоса поглядывает на него, не в силах сдержать улыбку. В пальто из верблюжьей шерсти и костюме, с перекинутым через руку зонтом, в очках с роговой оправой Хью выглядит в точности, как немного карикатурная версия английского чиновника из фильма по роману Джона ле Карре. Даже старый школьный галстук с гербом Карни надел! Для полноты картины не хватает только шляпы-котелка. Хью всегда умел играть роль. Разумеется, не так хорошо, как Эйприл, но он даже в Оксфорде вел себя как типичный студент, образ которого подсмотрел в «Возвращении в Брайдсхед» или «Огненных колесницах».

– Как работа? – спрашивает Ханна, когда они сворачивают за угол. Начинает моросить мелкий дождь, Хью раскрывает зонтик и держит его над собой и Ханной.

– Хорошо, – с улыбкой отвечает он. – Есть прибыль. В этом году со мной никто не судился.

Ханна смеется. В прошлом году недовольная клиентка подала в суд на клинику Хью, поскольку ее новый нос не сильно отличался от прежнего, но проиграла тяжбу после того, как Хью представил запись их разговора, в котором она просила внести лишь очень и очень незначительные изменения, чтобы форма носа практически не слишком изменилась. Как говорится, за что боролась, на то и напоролась.

– А как дела у Райана? – в свою очередь спрашивает Хью.

Ханна прикусывает губу. Она знала, что этот вопрос будет рано или поздно задан. Более того, она рассчитывала его услышать. Вопрос Хью позволяет плавно перейти к теме, которую она как раз и хотела обсудить, однако теперь ей кажется, что он был задан слишком рано. Ханна собиралась заговорить об Эйприл, когда им принесут напитки.

– Он… в порядке, – выдержав паузу, отвечает она. – Если честно, я была удивлена, ведь я его давно не видела. Мне стало не по себе, когда я поняла, как много времени утекло. Райан говорил, ты поддерживаешь с ним контакт. Это так?

– Время от времени, – мягко отвечает Хью – видимо, стараясь говорить так, чтобы она не почувствовала себя виноватой. – Вероятно, ему легче