Сомневающийся убийца - Цзюньлинь Чэнь

Существует только одно объяснение.

С самого начала Чэнь Муян, привыкший доверять первому впечатлению, решил, что Фан У ни за что не переступит «красную черту» закона. Даже выяснив правду, верил, что объект мести – Лян Го, а жизни Лян Юйчэня ничего не угрожает, потому все время говорил намеками, надеясь развеять поселившуюся в душе его учителя ненависть. Ведь если заложник останется жив и здоров, а Фан У добровольно сдастся полиции, плюс вскроются обстоятельства прошлого дела, точно можно будет добиться условного осуждения.

Такая надежда Чэнь Муяна основывалась на том, что, совершив умышленное убийство Лян Го, Фан У сам себе выроет яму, а, оказавшись в ловушке, сдаться представляется наилучшим выбором. Но в то же время, когда Чэнь Муян узнал правду о произошедшем двадцать пять лет назад, он лишился душевного равновесия и даже стал эгоистично мечтать, что сможет найти доказательства вины Лян Го в смерти жены и дочери Фан У до того, как полиция получит результаты отпечатка голоса. Пусть ничего бы не изменилось, и Фан У все равно бы арестовали, это дало бы надежду на справедливое решение суда. Он всю ночь крутил в голове такие планы и почти не спал, но все же чувствовал – что-то не клеится, только никак не мог понять, что именно.

Только сегодня на него снизошло озарение, все неизвестные в этом уравнении встали на свои места, и он понял, что все дело в одной странности: похититель ни разу не дал родителям поговорить с Лян Юйчэнем по телефону. У сотни вопросов, что мучили его с самого начала, есть только одно логическое объяснение: в тот самый день, когда его похитили, этот парень навсегда лишился возможности говорить.

Первый раз похититель позвонил в час ночи 18 числа, отсюда следует, что, как ни прискорбно, уже 17 числа заложник был безжалостно убит. Фан У решил не оставлять в своем плане ни малейшего изъяна и лишил семью Лян Юйчэня и возможности что-то исправить, и надежды. Он первым делом избавился от свидетеля, а потом уже стал медленно мучить Лян Го. Значит, цель состояла вовсе не в том, чтобы убить самого Лян Го, преступный план был изначально направлен против его близких. Он отрезал конечности ни в чем неповинной жертве, только чтобы при жизни отправить Лян Го в ад! Фан У не решился просто-напросто убить Лян Юйчэня и Сунь Лань только потому, что в случае умышленного убийства у полиции непременно возникли бы сомнения относительно мотивов преступления, кто-то обязательно пошел бы по тому же пути расследования, что и Чэнь Муян, и рано или поздно выяснилось бы, что Лян Го убил жену и дочь Фан У, и это сделало бы его главным подозреваемым. Поэтому Фан У потратил столько времени и сил на «отвлекающий маневр», разыграл целый спектакль: похищение, требование выкупа и гибель заложника из-за того, что родители не заплатили преступнику. Ведь как только Лян Юйчэня признают погибшим в результате провалившейся операции по освобождению заложника, полиция ни за что не станет глубоко копать в поисках истинных мотивов похитителя.

Кто бы мог подумать, что в душе Фан У окажется таким коварным и на все пойдет, чтобы скрыть свой мотив. Но самое страшное – он втянул в эту игру ни в чем не повинных женщину и ребенка, этот способ отмщения граничит с помешательством. Ненависть застилала его глаза, и Фан У больше не был любимым студентами «народным учителем» – он превратился в хладнокровного убийцу и бесчеловечного сумасшедшего.

Командир и вся четвертая подгруппа преследовали автомобиль Лян Го.

– Капитан Лу! Мы сели ему на «хвост». Насколько отсюда видно, Лян Го в машине один и все еще разговаривает по телефону, – отчитывался командир подгруппы, сидя на пассажирском сиденье.

– Отлично, не теряйте его из виду, но Лян Го ни в коем случае не должен вас обнаружить! Мы тоже скоро приедем к горе Вансиншань. Как будут новости – сообщайте!

– Вас понял, капитан Лу!

Только он положил трубку, как его резко отбросило назад и с силой вдавило в сиденье.

– Объект неожиданно ускорился на последних секундах зеленого светофора, может, хочет оторваться от нас! – извиняющимся тоном объяснил водитель, полицейский в очках, боковым зрением увидев, как его шефа, не ожидавшего такого поворота, пригвоздило к спинке кресла.

– Ничего, следуй за ним! Помни о дистанции, – командир глянул на автомобиль Лян Го и поднял рацию: – Машины два и три, не нарушайте на красный, мы догнали объект, как загорится светофор – следуйте по нашим координатам.

– Не уйдешь! – за стеклами очков глаза полицейского за рулем светились уверенностью в себе. – Это же GT-R[26], в городе ей нет равных!

Очкастый водитель привычным движением крутанул руль и вдавил педаль газа. Полицейская машина, издавая низкий рев, мчалась следом за объектом.

Вскоре Лян Го сбросил скорость, и их догнали два других автомобиля с полицейскими. Следуя друг за другом, они подъехали к въезду на подземную парковку.

Место работы Лян Го.

Поскольку парковка была оборудована автоматическим шлагбаумом, и въезд был доступен только для сотрудников, три полицейские машины остались снаружи, выстроившись в горизонтальную линию.

– Объект заехал на паркинг в здании, где работает Лян Го, датчик показывает, что автомобиль остановился. Автоматический шлагбаум открывается только для сотрудников. Нам связаться со службой безопасности, чтобы нас пропустили внутрь? Жду указаний!

– Прием, это Лу Хунтао, следите за передвижением датчика и охраняйте вход, внутрь не заходите, чтобы не спугнуть преступника. Выполняйте!

– Машины два и три, внимание! Закройте окна и будьте начеку, следите за входом! Без моих указаний ничего не предпринимать! – командир четвертой подгруппы опустил рацию и, вытянув шею, стал осматриваться по сторонам в поисках подозрительных лиц.

Его взгляд остановился на парковочном месте впереди справа. Там стоял автомобиль с тонировочной пленкой на окнах, сквозь которую смутно проглядывался чей-то силуэт: человек, казалось, крепко сжимал руль.

– Эй, – командир тронул очкастого полицейского за руку, – вон там… Только что там не было машины, правильно?

– А? Я… Не обратил внимания!

– Да точно! А машина тебе не знакома? Вроде бы это… – пока он говорил, откуда-то снаружи раздался свисток. К ним медленно приближался патрульный автомобиль дорожной полиции.

Черт, вот ведь некстати нарвались.

Автомобиль остановился, и патрульный пешком пошел в их сторону.

– Здравствуйте! Здесь запрещена парковка. Предъявите, пожалуйста, паспорт транспортного средства и водительское удостоверение, – сотрудник дорожной полиции в солнцезащитных очках отдал честь по всем правилам и строго смотрел на опустившего стекло командира четвертой подгруппы.

– Извините, инспектор, – улыбнулся командир и добавил,