Маскарад - Ксения Комал

не имела, как себя вести. А Малинов между тем ждал её реакции.

— Вы осознаёте, что я могу вас застрелить? — на всякий случай уточнила девушка.

— И сама не выйдешь отсюда живой.

— Но вам-то это будет уже без разницы.

— Я своё пожил, — спокойно ответил авторитет. — Чёртова смерть не раз являлась ко мне в куда более страшных обличиях, ты — далеко не худший вариант.

— Это комплимент? — начала злиться Даша. — Я ведь правда выстрелить могу. Вы что, не верите?

Он холодно усмехнулся, а глаза на мгновение обрели почти человеческое выражение.

— Одинокая старость — вовсе не то, с чем хочешь столкнуться, когда тебе за шестьдесят. В моей жизни было много такого, о чём нормальный человек не захочет вспоминать на склоне лет. Огромный пустой дом, уйма врагов и нежелание просыпаться по утрам — вот, что мне осталось. Выстрели ты сейчас — и закончатся мои страдания. Поэтому если так хочешь — давай, я не в обиде.

У Даши от удивления даже рот открылся. Конечно, можно было предположить, что Август Сергеевич блефует, но говорил он до того твёрдо и спокойно, что сомневаться в его правдивости не приходилось. Девушке внезапно стало грустно.

— У вас же сын есть.

— И не один. А что от них толку, они совсем на меня не похожи. И слава богу, что не похожи, но…

— Что?

— Они меня презирают, — тихо ответил Малинов. — Не знаю, чем я это заслужил: уж отцом я всегда был хорошим.

— Простите, но я в этом сомневаюсь.

— Почему? — заинтересовался авторитет.

— Потому что отдавать детям нужно не деньги, а себя. Вы вряд ли на это способны, характер не тот.

Август Сергеевич посмотрел на неё очень внимательно и медленно кивнул.

— Может, ты и права. Но у меня не было выбора: семейные узы в моём мире не поощряются.

— Тогда к чёрту такой мир. Что вам важнее — фальшивый блеск короны и куча врагов, которые всё равно рано или поздно её с вас собьют, или счастливая старость в окружении детей и внуков?

Малинов надолго замолчал, а когда наконец решил ответить, снизу послышался шум.

— Ты не одна? — безо всякого удивления спросил он.

— Одна, — ответила девушка, искренне надеясь, что некоторое участие Ульяны останется незамеченным. — Ваши бравые холопы наконец просекли, что дверь не закрыта.

— Не закрыта? — эхом повторил авторитет. — Почему?

— Потому что надо нанимать нормальных людей, а не…

Короткая автоматная очередь прервала её на полуслове. Крик, который за этим последовал, мог найти своё место в дурном боевике, но никак не в обычной жизни. Внизу что-то звенело, трещало и разбивалось. Сражение набирало обороты: голоса звучали, казалось, совсем близко, звуки выстрелов перемешивались с воплями и топотом ног, дом едва выдерживал обрушившийся на него натиск.

Из Дашиной ослабевшей от страха руки выпал и негромко стукнулся об пол пистолет.

— Уходи через окно, — скомандовал Малинов, с осуждением глядя на брошенное оружие. — Тебя здесь не было.

— А вы? — слабо пискнула девушка.

— Останусь, — спокойно сказал он, но чувствовалось, что героизм даётся авторитету нелегко.

Даша подняла пистолет, на негнущихся ногах проследовала к окну и выглянула на улицу. Возле дома суетились люди с оружием, двор был полон народу и машин — очевидно, ворота просто вышибли. Бежать было некуда.

— Я тут посижу, — дрожа всем телом, заявила девушка. — Может, ваши ещё и отобьются.

Август Сергеевич криво усмехнулся, явно сомневаясь в способностях своих же людей, и покачал головой.

— О тебе, скорее всего, не знают. Если постараешься затеряться где-нибудь в доме…

Дверь комнаты распахнулась, едва не слетев с петель, и в помещение ворвался Никита, которого Даша от ужаса даже не сразу узнала. В руке его был небольшой автомат, на груди красовался бронежилет — судя по размеру, с кого-то снятый. Вооружение мужчине очень шло, и в любой другой момент хозяйка усадьбы непременно залюбовалась бы. Но сейчас, превозмогая себя, она опустила пистолет, из которого чуть не выстрелила, и, вытаращив от изумления глаза, уставилась на его лицо.

— Уходим, есть коридор.

Уговаривать себя Август Сергеевич не заставил. Он стремительно выбрался из кровати и, пока Никита надевал свой бронежилет на Дашу, приблизился к двери.

— Точно есть коридор?

— Их удалось отбросить, — коротко проинформировал мужчина. — Но вряд ли это надолго.

Дальше были бесконечные скитания по тёмному этажу, тягучий, какой-то тоскливый звон разбитого стекла, три тела на полу, споткнувшись об одно из которых Даша едва не рухнула навзничь, и вонючий дым, разъедавший глаза. Такого кромешного кошмара в жизни девушки ещё не было, но остальные вели себя на удивление спокойно. Никита шёл первым, держа наготове автомат. Август Сергеевич замыкал процессию — не то опасаясь за собственное здоровье, не то, наоборот, желая прикрыть Дашу от неожиданной атаки со спины. Последнее казалось немного невероятным, но хозяйка усадьбы уже понимала, что авторитету не чуждо некоторое благородство, и вполне допускала мысль о его самопожертвовании.

Никита не ошибся: бойцы Малинова действительно сумели оттеснить неизвестных врагов на приличное расстояние и, как только Август Сергеевич спустился на первый этаж, взяли его в плотное кольцо. На улицу их выводили по отдельности, и Даша с трудом улучила момент, чтобы дёрнуть постояльца за рукав.

— Ульяна в машине за углом, нельзя её тут оставлять.

— Знаю, — буркнул Никита.

Он что-то сказал сопровождавшим их мужчинам, повернулся к Малинову и, перебросившись с ним парой слов, ринулся в ту сторону, где ждала Ульяна. Хозяйка усадьбы едва за ним поспевала и даже не заметила, как авторитет и его люди остались позади. Атаковавших дом видно тоже не было.

Ульяна сидела на водительском сиденье, намертво вцепившись в руль и вытаращив глаза. Во взоре застыл дикий безотчётный ужас, зубы отбивали забавную мелодию.

— Марш назад! — отрывисто приказал Никита, и подруга пулей вылетела из машины.

— Что там такое? — охрипшим голосом прошептала она, ухватившись за дверцу.

Хозяйка усадьбы почти впихнула её внутрь и влезла следом сама.

— У Малинова гости.

— А я решила, это ты, — нервно рассмеялась Ульяна, которую трясло похлеще Даши. — Они нас не догонят?

— Им нужны не мы, — коротко бросил Никита и вырулил на шоссе.

Выглядел он хмурым, собранным и очень злым. Обращаться к нему хозяйка усадьбы не рисковала до самого дома, просто смотрела в окно и старалась ни о чём не думать.

— Уверен, что за нами не приедут? — всё же спросила она, когда внедорожник затормозил у гостиницы.

Никита молча кивнул, и только тут Даша заметила на нём кровь: бордовое пятно расплылось под лопаткой, всем своим видом намекая на смертельное ранение.

— Господи! — резко побледнев, всхлипнула девушка. — Тебе очень больно?

Мужчина с удивлением проследил за её взглядом