Инстинкт жертвы - Ирэна Есьман

что все решения, которые ей придется принять, повлияют на каждого. К горлу подступал ком, а сомнения и страх заполняли ее сердце.

– Мы найдем выход. Я не оставлю тебя, но ты должна знать, что по-другому уже не будет.

Лера кивала в знак согласия.

Глава 73

Артур устроился на подоконнике, не отрываясь от картины за окном. В кабинете было выключено освещение, а единственная лампа над столом бросала слабый свет. Это помогало Артуру разглядеть двор получше.

«Что за сюрприз мне достался», – думал он о Рите, но все с тем же теплом.

Опустошив несколько чашек дешевого кофе и выкурив десяток сигарет, Артур, приоткрыв форточку, продолжал мучить свои легкие табачным дымом. С зажигалкой в руке он непрерывно крутил колесико, создавая искру при каждом скрежете о кремень.

Наконец-то. Артур поднялся. Фары его автомобиля заставили спешно выйти на улицу в поисках ответов на его вопросы.

Быстрым шагом он двинулся к машине и, вспомнив, что Рита не переносит запах табака, отбросил недокуренную сигарету в мусорный бак.

Открылась водительская дверь. Рита встала спиной к машине, облокотившись на нее.

– Что? Что произошло? Где ты была? Где девочка?

– Тише. Разбудишь, – она кинула взгляд на заднюю дверь.

– Она там? – уже тише спросил Артур.

Рита с довольной улыбкой замотала головой.

В этот момент открылась задняя дверь, и Артур увидел Сашу. Он непонимающе развел руками.

– Это она помогла тебе найти ее?

– Это она ее похитила.

– Я просто поверила ей, – вмешалась в разговор Саша. – У нее не было никого, кто смог бы поверить. Она несла этот секрет в себе несколько долгих лет! Леон должен был ответить за свой поступок.

Артур нахмурил брови и поспешил к Саше, чтобы не дать ей сбежать в случае чего.

– Я никуда не сбегу. Со мной ребенок.

Артур с еще большим непониманием смотрел на Риту и Сашу, а потом он сам открыл дверь, отчего Лера проснулась и села, потирая заспанные глаза.

– Тут есть комната отдыха, побудете пока там. Диван, чай, сахар, телевизор – все в вашем распоряжении, – сказал Артур. – А мы с тобой, – обращаясь к Рите, – должны поговорить.

То, что сейчас творилось в голове у Артура, передать было сложно. Вопросы нескончаемым потоком хотели вырваться наружу, но он их сдерживал, пока не закрылась дверь его кабинета.

– Я тут у тебя впервые. Симпатично, только накурено, жуть.

– Рита, может, ты уже объяснишь? Что ты увидела в том допросе, что так самоуверенно дернула с места? – Артур ругал себя за то, что позволил уехать ей одной.

– Я увидела ее почерк.

Рита вспоминала слова почерковеда: «Заметьте, как написано слово «отец». Посмотрите на букву «ц». Подстрочный элемент – дети так не пишут. Очень индивидуальный признак». Сегодня был тот день, когда одна буква смогла пролить свет на тень и осветить лицо того, кто написал первую записку. Последняя буква этой фамилии предала ее носителя. Это стало единственной зацепкой и спусковым крючком для Риты.

– И ты так сразу смогла все понять?

– Эксперты помогли. Вот что значит вникать в доказательства. Хочешь, посмотри сам. Буква «ц». Обрати внимание, как она крючок пишет. И вообще, весь почерк у нее похож на печатный.

– И это все?

– Поэтому я поехала одна. Мне нужно было убедиться, что это она. И я сразу же все поняла по ее лицу.

– Но зачем? Я не понимаю, зачем она это сделала?

– Мы ее пригласим, и она даст показания. Потом девочка. Лучше бы было, конечно, все делать в Следственном комитете, но у нас там нет камер. Леон Растер тоже еще не допрошен. Давай его первого.

Глава 74

– Давай поднимайся, пойдешь к следователю. – Леон заметил в тоне Артура какую-то мягкость.

Он говорил уже без издевки и личностной неприязни. Хотя такое резко изменившееся поведение несколько настораживало его.

Артур молча провел его по пустым коридорам и завел в кабинет.

– Что вы делали несколько дней назад на «Греке»? – Рита в лоб задала вопрос, а Артур ходил по кабинету взад и вперед в ожидании правдивой истории.

– Я погружался на «Грек». Я же сказал, что отвечу за все. – Артур с Ритой переглянулись, и он включил камеру на телефоне.

– Что вы делали на «Греке»? Неужели вы не знаете, что это запрещенная зона?

– Я проверял. – Леон говорил грузно. Наручники не переставали до боли сдавливать запястья.

– Что вы проверяли?

– На месте ли тело. – Леон опустил голову.

– Какое тело?

– Зои.

– Зои Растер, вашей жены? – уточнила Рита.

– Да.

– Вы теряли что-то при погружении?

– Да, перчатку.

– Как это произошло?

– Я снял ее, когда пытался открыть замок. У меня был ключ, но глупо было верить в то, что замок не заржавеет. Я не смог его открыть.

– Леон Растер, вы убили вашу супругу Зою Растер?

– Да.

Перед глазами резко возникли картинки, которые он увидел в тот день несколько лет назад.

– Я как сейчас помню этот день, точнее ночь. Я тогда поздно возвращался домой, Лера должна была уже спать. Когда я вошел, я увидел на полу чьи-то грязные следы, которые вели в сторону комнаты Леры. Я подумал, что кто-то хочет ограбить наш дом. В коридоре лежал гаечный ключ. Я поднял его и тихо подошел к двери. Звуков не было, и я неслышно приоткрыл дверь в детскую. Кто-то стоял возле ее кроватки. Какая-то женщина. Было темно, и я не сразу разглядел, кто она и что делает. Подойдя ближе, я узнал… Вьющиеся густые волосы до плеч, маленький рост. Это была Зоя… Она не видела меня. Я не знал, что она делает, и не хотел спугнуть. Когда подошел почти вплотную, я увидел руки Зои, прижимающие детскую подушку к лицу Леры. Я схватил ее за плечи и оттащил от ребенка. Когда она посмотрела на меня… Этот взгляд… Ее глаза блестели в темноте. В них была ненависть. Зоя как-то выкрутилась и снова ринулась к детской кроватке. Мне показалось, что Лера не дышала, а она… Она вцепилась в нее голыми руками. И я не знаю… Я не знаю, что со мной произошло, но я схватил гаечный ключ и ударил ее по голове. Она упала. Я, как ныряльщик, знал, что нужно делать, и оказал Лере первую помощь. Зоя не успела удушить ее до конца.

Потом я выбежал из комнаты в поисках какой-нибудь простыни, чтобы завернуть тело и вынести