Слово из шести букв - Гретхен МакНил

придется снова видеться с ним и делать вид, словно ничего не происходило.

– Я подумала, – медленно проговорила Пейтон, – раз уж Джейк вернулся и теперь он ни с кем не встречается, может… – Она замолчала, словно позволяя Иззи закончить ее мысль. Но та даже не собиралась этого делать.

– Может что? – резко спросила девушка. Ярость давала о себе знать и рвалась наружу.

– Извини, – ответила Пей, искоса глядя на подругу. – Мне казалось, что вы неплохо ладили прошлой весной, и я подумала, что…

– Джейк Варгас меня не интересует, – отрезала Иззи. Благодаря злости фраза прозвучала правдоподобно.

– Хорошо, я тебя услышала, – ответила Пейтон, прикусывая щеку, и остановила внедорожник перед красным светом светофора. А чуть позже заговорила вновь, осторожно подбирая слова: – Я ни за что не втяну тебя во что-то против воли, Изз. Обещаю.

Во что-то против ее воли… Так вот в чем дело. Лучшая подруга с самого начала скептически относилась к ее затее с Италией и вполне оправданно переживала, что Иззи просто потакает желаниям своей матери. Со свойственными ей напористостью и очарованием Пейтон пыталась помочь Иззи понять, чего же она хочет. Найти что-то еще, помимо желания осчастливить мать. И она понятия не имела, насколько была близка к цели.

– Я подумала, было бы классно потусить с Джейком вместе, – продолжила Пейтон, быстро взглянув на подругу, словно жертва, заметившая хищника. – Вдруг это поможет тебе отвлечься от проблем.

Иззи вздернула бровь:

– Проблем?

Пей собралась с духом:

– Например, от того, что твоя мама пытается исполнить свои мечты, вынуждая тебя делать то, чего ты не хочешь. Или от мыслей о незнакомце, который вот-вот появится в вашем доме, чтобы обучать тебя ненавистному языку. – Она припарковалась у гастронома. – Это проблемы.

Сама того не осознавая, подруга заставила Иззи нервничать еще больше, чем раньше.

– Альберто приезжает через… восемь часов, – сказала девушка, пытаясь сохранять спокойствие. – Уже поздно что-то отменять.

– Зато не поздно поговорить с мамой.

– И что я ей скажу?

– Да правду, блин! – вскрикнула Пейтон, встряхнув головой. – Она твоя мама. И поймет тебя.

Отношения Пей с ее мамой, Джанин, сильно отличались от отношений Иззи с Элизабет. Отец Пейтон умер много лет назад, и они с матерью остались совсем одни. Горе лишь укрепило их связь. Они больше походили на сестер, чем на мать и дочь: устраивали ночевки в гостиной, болтали о парнях, сексе и бог знает о чем еще. Конечно, Иззи тоже была близка с матерью, но подобного рода отношения казались ей чем-то таким же далеким, как и Италия.

– Просто… – Пейтон взяла подругу за руку. – Ты ведь несчастна.

«Еще что скажешь?» – съязвила девушка про себя.

– Конечно, я не могу волшебным образом исправить это, но…

«Никто не может», – ответил внутренний голос.

– Но знаешь, мы с Хантером, ну… – Подруга сжала руку Иззи так же сильно, как мать тогда на кухне. – Я всегда рядом, дорогая. Несмотря на то что нахожусь в отношениях, я всегда с тобой.

Иззи почувствовала, как в груди что-то сжалось, а на глаза навернулись горячие слезы. Она ощущала себя очень одиноко с тех пор, как осознала, что у этих двоих не просто интрижка. Что все серьезнее, чем казалось изначально. Вот почему общение и связь с Джейком были так важны для нее. Так ли сильно хотела бы она переехать в Италию, если бы парень ответил ей взаимностью? Эта мысль сильно тяготила девушку.

– Я знаю, как сильно ты хочешь, чтобы мама была счастлива, – мягко сказала Пейтон.

Иззи посмотрела в окно, по ее щекам покатились слезы.

– И знаю, что твой папа не… не особо помогает.

«Это еще мягко сказано», – проворчала девушка про себя.

– А твоя мама… и ее настроение очень… неустойчиво.

«Настроение» – слишком простое слово для маминого состояния. Настроение – это то, что ты можешь контролировать. А психическое заболевание – нечто куда более весомое и сложное. Находясь во власти психического заболевания, ты не можешь самостоятельно влиять на свое состояние. Лекарства немного помогали, но подобрать правильные препараты и сочетать их между собой было сложно. С тех пор как сыновья Элизабет покинули дом, стало еще хуже. Иззи делала все возможное, чтобы улучшить ситуацию, но буквально каждый день чувствовала, что что-то не так.

– Давай закроем тему, ладно? – попросила девушка, вытирая лицо руками.

Ее бесил собственный голос, полный безразличия. И страха. Он был с ней всегда.

– Я просто не хочу потерять тебя.

Иззи искоса глянула на подругу:

– Говоришь так, будто я собираюсь уйти в монастырь.

– Говорят, в Италии их целая куча, – подколола ее подруга.

Пей всегда знала, когда нужно поднять настроение или разрядить обстановку. Именно поэтому они все еще дружили.

– В твоем списке есть пункт «Подцепить горячего священника», Изз?

– Фу.

– Потому что я могу подыскать варианты и здесь.

– Дважды фу.

Пейтон расхохоталась:

– Видишь? И даже переезжать никуда не надо!

Иззи знала: лучшая подруга никогда не поймет ее. Вся жизнь Пейтон, все, что ей нужно, находилось здесь, в округе у залива Гумбольдта. Здесь она родилась и выросла, как и ее родители. И бабушки с дедушками. И прабабушки, и прадедушки. Они никогда никуда не уезжали, были счастливы в родном, хоть и маленьком городе. И Пейтон не хотела что-то менять. Несмотря на то что они только-только окончили школу, она уже встретила своего будущего мужа, Хантера, который собирался пойти по стопам отца и заняться рыболовством. Пей поступила бы в местный университет, находившийся в двух шагах от ее дома, а потом устроилась бы куда-нибудь «белым воротничком». В компанию, где есть медицинская страховка и пенсионные отчисления, где можно работать на полставки, если решишь завести детей.

Для Пей это идеальный план – мечта, которой она жила и к которой шла с тех пор, как ей исполнилось десять. Но Иззи хотела совсем другого. Проблема только в том, что она не знала, чего именно хочет. Ведь сложно определить собственные интересы, когда ты всю жизнь думаешь о других людях и об их благополучии.

– Пей, знаю, ты не хочешь, чтобы я уезжала…

– Дело не в этом, – ответила ей подруга, театрально закатив глаза. – Ладно, ладно, не только в этом. Куча людей уезжает учиться в другой город. Но они возвращаются. А если ты уедешь в Италию, то…

– То могу не вернуться, – закончила Иззи мысль подруги.

– Да.

Таков и был план. Независимо от того, поступила бы она в Калифорнию, Вермонт или Флоренцию, она хотела уехать отсюда и никогда не возвращаться.

– Я буду приезжать к тебе, – соврала Иззи. – Ты единственная, на кого мне