Заложник любви - Наталия Николаевна Антонова

вода. Рыбы в озере, по словам старожилов, водилось мало. И если раньше на озере зимой каталась на коньках детвора, то теперь в этом поселке на окраине жили в основном старики, а им не до катания на коньках. Сам Олег Максимович Максудов приехал на выходные помочь отцу по хозяйству и детей с собой прихватил. Как он сам говорил сыновьям: «Надо вашей матери дать от нас отдохнуть». Хотя сыновьям даже в голову не приходило, что мама могла от них устать. Но она не возражала против их поездки к деду, сама же ехать с ними отказалась.

– Чего и следовало ожидать, – прокомментировал ответ жены Олег Максимович и заговорщически подмигнул сыновьям. Приехав на место, Максудов быстро выяснил, что отец вовсе и не нуждался в сыновней помощи по хозяйству. Так что, если в чем и нуждался Максим Тимофеевич, так это в общении, так как сильно соскучился по внукам.

Поэтому Максудов, решив совместить полезное с приятным, быстро переделал все хозяйственные дела, которые только нашел, и повез сыновей на озеро. Пусть в нем рыбы мало, но вдруг ему повезет и какая-то из них зазевается и попадется на его удочку. А сыновья тем временем покатаются на старых отцовских коньках. Благо их в старом отчем доме как раз две пары и завалялось, какая из них новее, Олег Максимович и сам не помнил.

«И вот тебе называется отдохнули», – подумал он недовольно и пошел посмотреть на то, что могло так сильно напугать его сыновей. Подойдя к проруби и взглянув на нее, Максудов отпрянул и, не отдавая себе отчета, попятился назад. Но тут он сообразил, что сыновья не сводят с него глаз. Показывать перед ними свою слабость мужчине не к лицу. Да и что за пример подает он им своим поведением. Поэтому Олег Максимович, пересилив страх и отвращение, присел возле проруби на корточки. Ему почти сразу же стало понятно, что из круглого окошка проруби на них смотрит не живое существо, а утопленник. Тяжело вздохнув, Максудов достал сотовый и вызвал полицию. Потом позвонил отцу и попросил приехать и забрать детей.

К чести Максудова-старшего, надо сказать, что Максим Тимофеевич, не задав сыну ни одного вопроса, забрал Сашу и Артема и увез их в поселок.

Олег успел спросить у отца:

– Батя, ты не знаешь, это машина давно здесь стоит?

Он кивнул в сторону запорошенного снегом автомобиля.

– Понятия не имею, – коротко ответил отец.

Когда на пульт дежурного поступило сообщение об обнаружении рыбаком утопленника, дежурившая группа во главе со следователем Наполеоновым скучала и время от времени поглядывала на часы. И вот когда до конца дежурства оставалось всего ничего: «Группа! На выезд!»

И куда? На самую окраину, считай, почти что в пригород. К тому же даже не в сам поселок, а на озеро, находящееся то ли в пяти, а то ли в десяти километрах от него.

– У них там никого, что ли, поближе не было? – сердито зевая, спросил, ни к кому конкретно не обращаясь, судмедэксперт Шахназаров.

– Это все потому, Руслан Каримович, – мрачно пошутил следователь Наполеонов, – что они только твоему опыту доверяют.

– Тоже мне шутник выискался, – не менее мрачно отозвался Шахназаров.

– Не ссорьтесь, хлопцы, – миролюбиво произнес эксперт-криминалист Афанасий Гаврилович Незовибатько, – сейчас разберемся на месте и по домам.

– Ага, размечтался, – не утерпел Наполеонов.

– Александр Романович, не накаркайте, – жалобно попросил оперативник Ринат Ахметов.

– Я тебе, капитан, не ворона, – сделал вид, что обиделся, Наполеонов и завел было: – Но чует мое сердце… – после чего сам себя оборвал и махнул рукой.

Второй оперативник – Дмитрий Славин – не принимал участия в разговоре, потому, что ему было банально лень пререкаться со следователем.

Старший лейтенант Аветик Григорян был занят разгадыванием кроссворда, и ему абсолютно все равно, где было это делать, поэтому к разговору сослуживцев он если и прислушивался, то самым краем уха, и не брал их обмен «любезностями» в свою молодую голову.

Полицейский фотограф Валерьян Легкоступов на данный момент испытывал примерно то же чувство, что испытывает охотничья собака в предвкушении близкой охоты. Он с трудом заставлял себя спокойно сидеть на сиденье полицейского автомобиля. Если до него и долетали реплики сослуживцев, то он игнорировал их, внимательно следя за пролетающим мимо окна пейзажем.

Один раз он хотел спросить у Наполеонова, долго ли им еще ехать. Но, дабы не нарваться на грубость недовольного отправкой на выезд следователя, благоразумно промолчал.

И вот наконец автомобиль остановился, группа высыпала из машины на почти неутоптанный снег.

Навстречу им сразу же двинулся до этого неподвижно стоявший на берегу мужчина лет тридцати пяти.

– Здравствуйте, – сказал он, подойдя ближе. – Это я вас вызвал.

– Представьтесь, пожалуйста, – попросил следователь и представился сам, – следователь Александр Романович Наполеонов. – Остальную группу он представлять не стал.

– Олег Максимович Максудов, – назвал себя мужчина.

– Как вы здесь оказались? – спросил следователь.

– Очень просто, – пожал плечами мужчина и начал рассказывать: – В эту пятницу вечером я вместе со своими сыновьями приехал к отцу. Вчера весь день мы провозились с делами. Сами понимаете, дом частный, так что всегда найдется, что делать. А сегодня с утра решили с сыновьями прокатиться на озера. Я тут, почитай, года два, а то и больше не был.

– Что так? – спросил следователь.

– Живу я с семьей в городе и всегда занят: семья, работа.

– А в отпуск?

– В отпуск, – несколько смущенно признался Максудов, – жену с детьми вывозил на море.

– Оно, конечно, – согласился следователь с непроницаемым лицом, – озеро не море.

– Отец вот к нам каждый год приезжал, – быстро проговорил мужчина. – Тут ведь и ехать-то каких-нибудь полчаса, – добавил он.

– Олег Максимович, – напомнил следователь, – вы сказали, что с вами были дети. Однако я не вижу их. Где же они?

– После звонка в полицию я позвонил отцу – он приехал и забрал их.

– Даже так, – обронил Наполеонов.

– Они еще маленькие, – насупился Максудов. – Вы ведь будете вытаскивать его, – мужчина кивнул в сторону проруби.

– Придется, – подтвердил Наполеонов.

– Так вот не надо им на это смотреть, – упрямо проговорил мужчина.

– Сколько лет вашим сыновьям?

– Десять и восемь лет.

– И вправду, – вздохнул следователь, – лучше им всего этого не видеть. Но ведь они первые заметили, – он хотел сказать труп, но сказал потерпевшего.

– Да, ребята заметили. Только они, по-моему, ничего не поняли, испугались и сказали мне, что на них кто-то из проруби смотрит.

– Вы, Олег Максимович, подождите пока здесь, – сказал следователь и направился к проруби, где уже вовсю трудился Валерьян Легкоступов. Частые вспышки его фотоаппарата, казалось бы, могли