Дублер - Анна Кейв

Гоша, а виноват во всём искусственный интеллект… И что нам со всем этим делать? Как будем действовать?

Нарочито напыщенно выкатив грудь колесом, Царевич самодовольно хмыкнул:

– Не только «Нонна» умеет КВАкерить. С вас, дамы, что-нибудь вкусненькое, а с меня – всё остальное. Уже завтра Гошан будет дома с кристально чистой репутацией.

Эпилог

Май 2028 года

Проведя кончиками пальцев по длинным воздушным рукавам-фонарикам, Бану придирчиво остановила взгляд на корсете с россыпью мелких жемчужин в тон молочному атласу. Юбка свадебного платья струилась эффектными складками, добавляя роскоши, но в то же время оставляя образ скромным и не отвлекая от красоты девушки.

– Давайте всё же примерим коллекцию с вышивкой, хочу более сдержанное платье, – решила Бану, обращаясь к консультантам свадебного салона. Те тут же засуетились. Пока одни помогали Бану снять платье, другие подготавливали новую коллекцию.

– А вам какое-нибудь приглянулось? – вежливо уточнила одна из девушек-консультантов, мягко улыбаясь Нуре и посматривая на елозящую на диванчике полуторагодовалую светловолосую малышку.

– С этой егозой не до платьев, – усмехнулась Нурия, следя, как бы Злата не дорвалась до бусин одного из платьев, которые манили её, как только сёстры переступили порог салона. Заметив выразительный взгляд консультанта, Нура поспешила пояснить: – Это не моя дочь, я только приглядываю за ней. Её мама скоро подойдёт и заберёт её.

Бану, пыхтя, вставила из глубин недр корсета, в котором, по всей видимости, застряла:

– И потом ты ко мне присоединишься! Так-то не только мне нужно платье!

Консультанты наперебой защебетали:

– Это так интересно, что у вас свадьба в один день!

– Сразу видно, как сёстры близки друг с другом!

– Даже такой день решили разделить на двоих!

– А кто у вас женихи?

Довольная вниманием, Бану, втиснувшись в кремовое лаконичное платье с высокой горловиной, гордо ответила:

– У меня айтишник. Может, слышали о Константине Андросенко? Он работал над киберпреступлением…

Ахнув, консультанты, словно чайки, перебили её, закончив:

– …с родительским контролем, из-за которого столько детей погибло! Это же он вышел на тот след и узнал, что всем управлял искусственный интеллект?

Самодовольно улыбнувшись, девушка кивнула и капризно попросила:

– А можно у этого платья перешить корсет и вместо лент добавить пуговички?

– Конечно, – заверили её, – после покупки наш мастер подгонит платье по фигуре и учтёт все ваши пожелания. Нурия, а у вас кто жених?

Бану опередила сестру, протяжно пропев:

– Физрук-доставщик.

Нурия поправила, сморщив нос от небывалой любезности Бану:

– Подрабатывает доставщиком во время учёбы на педагога по физической культуре и спорту, в том числе и по адаптивной программе для детей с ограниченными возможностями.

– Тоже хорошее занятие, – отметили консультанты, прикрывая лёгкое разочарование тактичными улыбками.

Подхватив Злату на руки и закинув на плечо широкую лямку спортивной сумки с вещами и игрушками девочки, Нура бросила через плечо:

– Лиля уже подошла, скоро вернусь.

Выйдя из салона, у двери которого топталась старая знакомая с недавно обновлённым носом, она передала малышку на руки матери и всучила той увесистую сумку. Злата растерянно заморгала, вглядываясь в лицо мамы и осторожно касаясь пухлой ладошкой её носа. Тот был немного отёкшим и заклеен тейпом.

– Не узнаёшь маму? – ласково улыбнулась Лиля и чмокнула малышку в щёку. Она подняла смущённый взгляд на Нуру и неловко поблагодарила: – Спасибо, что согласилась присмотреть за ней, пока я была в больнице и пока не сняли гипс. Извини, что Злата задержалась у тебя дольше, чем планировалось, я переживала, что она испугается меня.

Девушка отмахнулась:

– Всё нормально. После ринопластики у тебя и правда было такое лицо, что не только ребёнок испугался бы.

Сколько она ни пыталась, но так и не смогла свыкнуться с мыслью, что её Гоша когда-то чуть не начал встречаться с Ренатой, которую теперь все называли не иначе как Лилей. Как бы Нура ни сглаживала тон голоса, в нём всё равно отчётливо слышалась неприязнь.

Понимая это, Лиля по возможности избегала контакта с ней, общаясь только с Бану и Царевичем по вопросу киберпреступления и по делу с доведением до самоубийства. И если в последнем точка была поставлена ещё осенью прошлого года, то дело «Дублёра» и искусственного интеллекта, взявшего верх над родительским контролем, завершилось только недавно. Лиле пришлось пойти на сделку с Царевичем, который поставил её перед выбором: либо та помогала в работе с киберпреступлением, и парень сохранял её настоящую личность в тайне, либо он сдавал её и Злату с потрохами, чтобы освободить Гошу. Выбора у неё не было.

– Скоро я смогу получить паспорт со своей фотографией, – поделилась она. Реконструкция носа была последним штрихом в изменении внешности. Теперь от Ренаты Кизнер у неё осталось только ДНК, которую, увы, пластикой не исправить.

– Здорово, – сухо поздравила её Нурия.

– На этом всё? Мы в расчёте друг с другом? – деловито выгнула бровь Лиля.

– Да, – подтвердила Нура. – На этом всё. Мы тебе ничего не должны, ты нам ничем не обязана. С этого дня наши пути расходятся.

Коротко кивнув, губы девушки дрогнули в благодарной улыбке:

– Спасибо за всё. Правда, спасибо.

Нурия последний раз встретилась взглядом с Ренатой Кизнер:

– И тебе. Удачи. – Она ухватила малышку за ручонку и ласково сжала её напоследок: – И тебе удачи, золотко. Будь умницей и самой счастливой девочкой!

Обе девушки понимали, что их общение было отнюдь не дружеским, а вынужденным из-за того, что они сидели в одной лодке и старались не раскачивать её, чтобы никого не выбросило за борт. А как только они причалили к твёрдой земле и стабильности, сошли с хлипкой лодочки и пошли каждая своей дорогой.

Нура вернулась в салон, чувствуя, как облегчение наполнило её изнутри, а сердце впервые за долгие месяцы размеренно застучало без груза тревоги. К ней подлетели консультанты, наперебой предлагая платья, разглаживая шёлк и атлас, делая акцент на драпировке и узорах, блёстках и камнях, изысканности и утончённости, стиле и дани традициям.

Они вышли из свадебного салона только спустя полтора часа, когда Гоша и Царевич забросали обеих сообщениями. Потерявшись в череде бесконечных платьев, сёстры успели забыть и о времени, и о пикнике у озера.

– Ты заметила, как мне идёт шампань? – звонко прощебетала Бану, резво перебегая дорогу.

– Ага, – откликнулась Нурия. – Предложение сделали мне, а три десятка платьев перемерила ты. Ещё и про двойную свадьбу напридумывала!

Сестра отмахнулась:

– Где твоя свадьба, там и моя. Царевич тянуть не будет, он уже разговаривал об этом с родителями.

Нурия невольно хихикнула, вспоминая тот вечер, когда избранник Бану пришёл на семейный ужин знакомиться с родителями и многочисленными родственниками любимой.