Любовное письмо - Люсинда Райли

Положив трубку, Джоанна поспешила к факсу, пока кто-либо из коллег не успел его занять. В ожидании сообщения она в очередной раз задумалась о своих чувствах к Маркусу. Он совсем не походил на серьезного, сдержанного Мэтью и, возможно, при всех своих недостатках был как раз тем, кто ей нужен. Прошлой ночью, лежа в одиночестве в новой постели, она скучала по его объятиям и в конце концов решила довериться ему и принять слова о любви за чистую монету, невзирая на последствия. Конечно, безопаснее было бы защитить себя и собственное сердце от дальнейших огорчений, но стоило ли прятаться от настоящей жизни?

Звякнул факс, и аппарат начал принимать сообщение Маркуса.

«Привет, милая. Я по тебе скучаю. Ниже приведен…»

– Как зуб? Болит?

Джоанна вздрогнула от неожиданности. Позади нее стояла Элис и беззастенчиво пыталась прочитать факс. Джо поспешно вытащила послание из аппарата и сложила вдвое листок бумаги.

– Ужасно.

Она направилась к своему столу, горя желанием поскорее отделаться от Элис и прочитать сообщение. Однако коллега не отставала. Она прислонилась к столу Джоанны и скрестила руки на груди.

– Мисс Хаслам, я вижу опасность впереди.

– Элис, мы сталкиваемся с опасностью всякий раз, как садимся в машину или едим сырые яйца. Мне просто придется рискнуть.

– Ты права. Куда же подевались времена, когда женщины выходили замуж за сыновей соседей и проводили время на кухне, беременные и босые? Никакой психологической войны с мужчинами! Те ухаживали за женщинами, а если хотели покувыркаться в постели, приходилось жениться.

– Я тебя умоляю! – Джоанна закатила глаза. – Мне, например, ближе суфражистки, которые приковывали себя цепями к перилам.

– Ага. Именно поэтому днем ты изучаешь собачьи корма, в которых скоро станешь экспертом, а по ночам ворочаешься одна в постели или спишь с тем, кого, возможно, завтра уже не окажется рядом.

– Надо же. – Джоанна взглянула на коллегу-репортера. – Не знала, что ты такая старомодная, Элис.

– Возможно, но сколько из твоих незамужних подруг старше двадцати пяти лет на самом деле счастливы?

– Наверняка многие.

– Ладно. Но когда их просто распирает от счастья? Или тебя, если на то пошло?

– После удачного дня на работе или встречи с му… – Джоанна осеклась.

– Видишь? – Элис торжествующе усмехнулась. – Как я и говорила.

– По крайней мере, у нас есть свобода выбора.

– Избыточная, на мой взгляд. Мы все слишком привередливы. Не нравится его марка лосьона после бритья? Или раздражает привычка переключать каналы, когда нам хочется посмотреть новую костюмированную драму Би-би-си? Что ж, мы запросто его бросаем и отправляемся на поиски другого. Ведь нужно стремиться к совершенству! Которого, само собой, не существует.

– В таком случае, наверное, мне стоит держаться за мужчину, который интересует меня в данный момент, пусть даже он и не идеален, – парировала Джоанна.

– Туше, – согласилась Элис, отлепляясь со стола коллеги. – И если Маркус Харрисон опустится на одно колено, отбрось сомнения и хватай его обеими руками. Даже если у вас ничего не выйдет, ты хотя бы сможешь рассчитывать на половину его имущества. А что ты получишь, разорвав «современные», ни к чему не обязывающие отношения с каким-нибудь придурком? Ладно, пора вновь браться за работу. Надеюсь, мой дантист тебе поможет. – Она помахала рукой и пошла через весь офис к своему столу.

Джоанна вздохнула. Интересно, какой такой «придурок» только что бросил Элис?

Она развернула факс от Маркуса и прочитала.

«Спроси Розу. Леди при… ближе…»

Ее вдруг осенило. «Приближенная леди»? А что, если Роза и вправду была фрейлиной? Она набрала номер Маркуса.

– Ну что, разобралась? – поинтересовался он.

– Похоже на то.

– Давай встретимся вечером и обсудим.

– Я бы с удовольствием, но не смогу. У меня ужасно болит зуб. Нужно сходить к дантисту.

– А после? Я хочу еще кое-что тебе сказать, только не по телефону.

– Хорошо. Хотя, возможно, я не смогу разговаривать. Приезжай ко мне.

– Отлично. Ты по мне скучаешь? Хоть чуть-чуть?

– Да, – с улыбкой призналась Джоанна. – Увидимся позже.

Она сунула факс в карман джинсов и, выключив компьютер, схватила пальто и направилась к двери. Алек, как обычно прячась от нее, съежился за своим столом. Джоанна развернулась, подошла ближе и застыла за спиной бывшего начальника.

– Когда выйдет моя статья о Маркусе Харрисоне и его памятном фонде? Он постоянно об этом спрашивает. Мне уже неловко кормить его обещаниями.

– Спроси в отделе интервью. Это их материал, – пробормотал он.

– Ладно, я… – Взглянув на экран Алека, Джоанна узнала имя в верхней части листа. – Уильям Филдинг. Почему ты о нем пишешь?

– Потому что он умер. Еще вопросы?

Джоанна сглотнула. Возможно, именно это и хотел сказать ей Маркус.

– Когда? Где? Как?

– Пару дней назад его избили, и сегодня днем он скончался в больнице. В связи с этим Эд запускает кампанию, хочет сделать попытку надавить на правительство. Попробует добиться, чтобы старикам и немощным предоставили бесплатные средства защиты и ужесточили наказание для паршивцев, совершающих подобные преступления.

Джоанна резко опустилась на стул рядом с Алеком.

– В чем дело? С тобой все хорошо?

– Боже мой, Алек. Господи боже.

Он беспокойно взглянул в сторону кабинета Эда.

– Что такое, Джо?

Она попыталась привести мысли в порядок.

– Он… Уильям что-то знал о сэре Джеймсе Харрисоне. Это не совпадение! От него решили избавиться, как и от Розы.

– Джо, ты несешь чушь, – бросил Алек. – Виновного уже арестовали.

– Но он ни в чем не виноват.

– Ты этого не знаешь, Джо.

– Как раз знаю, Алек. Может, послушаешь, что я скажу?

Он немного поколебался:

– Ладно. Только давай быстрее.

Когда Джо изложила свои мысли, Алек, задумавшись, скрестил руки на груди.

– Что ж, допустим, ты права и его смерть подстроили. Как они так быстро выяснили, что ему что-то известно?

– Не знаю. Разве что… квартира Маркуса прослушивается. Он недавно прислал мне факс и намекнул, что говорить по телефону небезопасно. – Джоанна вытащила из кармана листок с сообщением и положила Алеку на стол. – Он объяснил, что эти слова Уильям произнес перед смертью, когда Зои приходила навестить его в больнице.

Алек прочитал факс, потом посмотрел на Джоанну.

– Ты поняла, что это значит?

– Да. Уильям пытался сказать, что Роза была фрейлиной. Алек… – Джоанна стиснула руки. – Это дело принимает все более серьезный оборот. И мне по-настоящему страшно.

– Запомни: пока мы не узнаем, на что именно ты наткнулась, следи за тем, что говоришь у себя дома. Мне уже приходилось сталкивался с подобным, когда я писал об ИРА[19]. «Жучки» чертовски трудно обнаружить, но я бы