В интересах личного дела - Галина Владимировна Романова

– Твой план смахивает на план маньяка, – слабым голосом проговорил Степанов.

Его идея выставить себя благородным человеком с треском провалилась. Изотов его не пощадит и Сережу тоже. Господи, горе-то какое для семьи! Жена не переживет их гибели. А клиника? Что станет с делом всей его жизни? Он даже распоряжений никаких не успел оставить – собирался жить еще очень долго. Стало до слез себя жалко. И Сережку непутевого тоже. Ему в двадцать девять лет разве пора умирать? У него столько планов на жизнь…

– Мой план был идеален! Все срослось невероятно удачно, – прервал течение его печальных мыслей вибрирующий торжеством голос Изотова. – Ты с сыночком остался на десерт. А начал я с этой шлюхи – Ляли Одинцовой. Не планировал начинать с нее, да узнал, что она спит с женихом Роговой. И картинка у меня сложилась.

– Как же ты убил ее? Она вроде бы погибла в аварии? – вспомнил Степанов рассказ майора полиции.

– Авария случилась по моей вине, Саша, – растянул губы в демонической улыбке Изотов. – Я загнал ее на мокрой трассе прямо в дерево на повороте. Не надеялся, что она сдохнет, – повезло. Но успела послушать меня, пока я ее глазные капли менял на воду.

– Зачем? – против воли изумился Степанов.

– Чтобы запутать следствие, Саша. А попутно еще кислоты в глаза капнул. Как она хрипела! – Изотов с удовольствием пощелкал языком. – Она хрипит, а я ей рассказываю: почему и за что. Потом вызвал полицию, они – «Скорую». Но было уже поздно. Ляли Одинцовой не стало! А потом настал черед Роговой… Она тем вечером отправлялась со своим женишком за город, и там их ждал сюрприз: разбитая машина на обочине, а в ней погибшая женщина. Неизвестно, узнал жених Роговой свою любовницу или нет, но по башке схлопотал и отключился. Роговой в лицо из баллончика пшикнул мой напарник, а я потом ввел ей лекарство. Там же на месте переодели их. Одинцову на дороге оставили, а Рогову в морг отвезли. Вот потеха была, когда она там очнулась! Не было у нее, конечно, такого потрясения, как у Тани, но все же приятно осознавать, что она испытала настоящий шок…

– А если бы в тот момент кто-то поехал по дороге? Ты рисковал, Вова. Сильно рисковал.

Степанов наблюдал за Изотовым широко распахнутыми глазами. Бросилась в глаза его неестественная худоба и лихорадочный блеск глаз, судорожные движения, когда тот размахивал пистолетом.

Он болен, сделал вывод Степанов. И тут же сам себе сказал: какая разница, от чьей руки погибать – здорового или больного?

– Никакого риска, – самодовольно заулыбался Изотов, присаживаясь на край стола, за которым еще два часа назад отец и сын сидели, строили планы. – За километр от места нашего мероприятия и на километр вперед мой напарник разложил противоугонные ленты с шипами. Если бы кто-то поехал, он бы непременно пробил колеса и намертво встал. Мы все рассчитали до минуты. И успели! Даже ленты свернули и забрали с собой. Он их на работе одалживал, надо было вернуть. А дальше – дело техники. Я выехал на вызов вместе с группой и незаметно сунул в пасть этой суки Танину сережку. Намекнул, значит, откуда ноги растут.

– Догадались?

– Нет. Пострадавшие отказались писать заявление. Начальник службы безопасности Роговой счел, что это происки ее жениха, и даже добился, чтобы Светка его выгнала. Но мне-то, Саша, этого мало! Нужно было настоящее возмездие! Прежде чем прийти к вам, я должен был уничтожить всех сук! Одной не стало, а вторая? Чем она лучше?

– Так это ты убил Свету Рогову?! – ахнул Степанов. – Но зачем? Что она тебе сделала?!

– Честно? Я не хотел ее убивать. Собирался просто поговорить. – Изотов потер неряшливо выбритый подбородок. – Я попросил ее о встрече сразу после того, как она рассталась с племянником своего нотариуса. Тот – гаденыш – стучать вздумал на ее жениха, но она лишь смеялась и не верила. Говорила, что это все мелочи. Дура!.. Я дождался, когда уйдет этот слизняк из кафе, подсел к ней и начал говорить уже иначе, серьезно и проникновенно. Она сразу насторожилась. Я предложил показать доказательства измен ее Вадика и попросил проехать за мной следом на стройку. Типа там я прячу фотографии.

– И она поверила? – усомнился Степанов.

– Сначала ломалась. Я встал и пошел к выходу. Она окликнула. Сказала, что поедет на своей машине. Не вопрос! Там я показал ей фото. У меня их было предостаточно. Начал рассказывать о Тане… А она… – Изотов сморгнул слезы. – Она ее почти не помнила! Таня для нее была лишь эпизодом! Сам не знаю, как это вышло, что мои руки сомкнулись на ее шее… И все! Этих двух сук не стало. Остались только вы двое. Сейчас я нажму на спуск, и история будет закончена. Мой дядя учил меня: направляя на человека оружие – стреляй. Нельзя тратить время на пустые разговоры… Но я не мог просто взять и убить вас! Вы должны были знать: за что! Умирая, понять, за кого понесли наказание. В чьих интересах я действовал!

– В своих, Володя, – неожиданно раздался от двери в гостиную посторонний голос.

Он не должен был звучать в этой комнате. Только не сегодня, не сейчас!

Изотов дернулся и медленно повернул голову.

– Кли-имов, – протянул он грустно. – Ну конечно, майор Климов! Кто еще мог меня вычислить? От других я не ждал такой прыти. Паша, когда ты догадался, что это я?

– Когда узнал, где ты работал перед тем, как перешел к нам. И серьга… Медики, которые выехали на место аварии с Одинцовой, интубировали ее, заподозрив травму гортани. И никакой серьги там не было.

– Молодец, Паша. – Изотов направил дуло на Климова, у которого тоже в руках был пистолет. – Положи свое оружие, Паша. Иначе, я прострелю одному из них голову.

В следующее мгновение прогремел выстрел, и Сергей дико заорал.

– Пока это только в мягкие ткани бедра. Следующий будет на поражение. Я не шучу, майор. Положи оружие.

Климов медленно опустил пистолет на пол и поднял руки.

– Не надо нервничать, Володя. Давай, поговорим.

– Говори, Паша. Что тебе еще остается? Ты никого не спас. – Изотов сделал ему знак присоединиться к отцу и сыну Степановым. – И зачем голос подал? Выстрелил бы мне в голову и…

– Ты знаешь наши инструкции. Иначе тебя давно бы уже не было. К тому же…

Климов хмуро глянул на него, усаживаясь рядом с Сергеем, вытащил носовой платок из кармана брюк и положил тому на рану.

– К тому