Проклятие ДНК - Ирина Градова

домами вились дороги с бегущим по ним транспортом, а буйная зелень парков служила разделительной полосой между кварталами плотной застройки. По мнению опера, за такой вид можно отдать жизнь… Или убить.

Вернувшись в коридор, он заглянул еще в несколько комнат. Последняя из них оказалась темной, без окон, как и гардеробная, которую он уже осматривал. Библиотека. Логинову всегда казалось, что, если у кого-то в доме есть помещение, целиком отведенное под книги, то это признак принадлежности к категории избранных, тех, кто презирает обычных смертных в силу того, что знает намного больше среднестатистического гражданина, берущегося за книжку лишь из нужды или от нечего делать. То же в полной мере относилось и к Виктору. Есть, конечно, книгочеи, обожающие печатную продукцию без всякой видимой причины, но у таких, как правило, нет библиотек: их книги хранятся в пыльных шкафах, лежат на столах, на полу, на стульях и подоконниках. А Роман Вагнер владел настоящей библиотекой – круглым помещением, вдоль стен которого расположились шкафы высотой от пола до потолка. Они раздвигались, и за ними находились новые полки – и так три ряда. Чтобы дотянуться до книг, стоящих наверху, не требовалось вставать на стул или стремянку, так как по всему периметру двигалась специальная лесенка, позволяющая без труда снять с полки любой фолиант (Виктор видел такое только в кино!). А это были именно фолианты – толстые, увесистые тома с надписями на русском, английском и немецком языках, а также, кажется, на греческом, латыни и еще какие-то, с иероглифами на корешках. Интересно, кому принадлежит столь внушительное собрание – Роману или Карлу? Логинов решил, что последнему – не мог же двадцатишестилетний парень, бывший детдомовец, дворняжка, случайно затесавшаяся в высшее общество, владеть всеми этими языками! Вот Карл – другое дело: белая кость, голубая кровь…

– Привет!

Логинов вздрогнул при звуке женского голоса, не сразу сообразив, что он принадлежит Лере.

– Опаздываешь! – пробормотал он, с трудом отрывая взгляд от полок с книгами.

– Пришлось кое-куда заехать, – небрежно ответила она. Тон ему не понравился, и он решил ее подколоть:

– В бутик за шмотками?

– Угадал!

Виктор развернулся к следачке и окинул взглядом ее высокую, стройную фигуру. Она напоминала бы долговязого подростка, если бы не исключительно женственное, узкое, скуластое лицо-сердечко, обрамленное копной непослушных светлых волос. В ней определенно была своя прелесть, но Логинов не намеревался очаровываться Лерой. Они ведь, в некотором роде, соперники, и, хотя формально она не командует операми, Виктору иногда казалось, что Севада и Леонид с большим удовольствием подчиняются ее инструкциям, нежели его, и это ранило его самолюбие.

– И где обновка?

– Отдала экспертам.

– Ты что, не надеваешь платье, пока его не проверят в лаборатории?

– Точно!

– А если серьезно?

– Если серьезно, то нашлось пропавшее ожерелье.

– Подарок на свадьбу? Круто! Эдуард нашел?

– Нет, не он.

– А кто?

Ну почему она тянет кота за хвост – неужели нельзя сразу все рассказать?!

– Думбадзе.

– Сам заказчик? – удивился Логинов. – Он что, забыл, что получил заказ?

– Нет, его доставили только сегодня утром. С курьером.

– И кто отправил?

– Аноним. Я уже напрягла Коневича: как только он доставит подозреваемого к нам, поедет в курьерскую службу и выяснит личность отправителя.

– И как ты думаешь, кто он?

– Полагаю, Роман Вагнер.

– Почему?

– В нашу последнюю встречу я спросила его об ожерелье, и на следующий день Думбадзе получает заказ – считаешь, совпадение?

– Вряд ли!

– Вот и я о том же. Ты уже начал осмотр?

– Ага.

– Нашел что-нибудь?

– Не-а. Сдается мне, здесь мы ничего не найдем, ведь квартиру Вагнера обыскивали, когда задерживали в первый раз.

– Это было до убийства Луизы.

– Вот, держи, – и Логинов протянул ей связку ключей. – Полагаю, самый важный – вот этот!

– Золотой ключик Буратино?

– Он самый.

– И от чего он?

– От мастерской.

– От какой еще мастерской?

– Прикинь, у Романа есть какая-то мастерская!

– Он что, глиняные горшки лепит?

– Пошли поглядим?

* * *

Решив уважить просьбу сестры, Лера подошла к выбору наряда с особой тщательностью. Пришлось потрудиться и съездить в ближайший торговый центр, ведь в ее гардеробе преобладали спортивные или деловые вещи, а повод-то торжественный! Но настоящей головной болью стал, конечно же, подарок. Ну что подарить людям, которые намного богаче тебя и у которых, в сущности, все есть?! И все же Лера нашла выход, хотя, возможно, и не совсем традиционный. Ровно в семь часов вечера она вошла в ресторан, где праздновалась пятая годовщина свадьбы ее сестры. Как и все, что любила пара Эльвира – Арамаис, он оказался шикарным: Лера даже боялась представить ценник заведения, а потому постаралась об этом не думать: в конце концов, чета может себе это позволить, ведь никто не тянул их за карман!

– Ты выглядишь потрясающе!

Оценка сестры удивила Леру: обычно это была ее прерогатива – восхищаться Элей, ее вкусом и чувством цвета. И, конечно же, она не станет рассказывать о том, что платье подобрала ей продавщица отнюдь не самого дорогого магазина. Лера совершенно не представляла, что ей требуется, ведь она сто лет не покупала платьев, предпочитая более практичный стиль. Девушка с бейджиком «Светлана» на груди оглядела ее и уверенным движением сняла с вешалки два платья, розовое и темно-синее. Когда Лера примерила синее, консультант сказала, что второе даже пробовать не стоит. А вот соответствующих украшений ей подобрать не удалось, поэтому она оставила в ушах свои золотые серьги «конго», которые носила каждый день, и решила, что и так сойдет.

Сестра, держа Леру за обе руки, поворачивала ее туда-сюда, словно стараясь как следует рассмотреть и уловить нюансы. Но Лере казалось, что это Эля выглядит сногсшибательно: в белом атласном платье она была похожа на невесту. Очень богатую невесту: бриллианты смотрелись на ней так органично, что создавалось впечатление, что Элеонора в них родилась, как Афродита – в пене морской!

– Ты прекрасна, Валерия! – услышала она восхищенный голос подошедшего Арамаиса. – Алексу крышу снесет!

– Какому еще Алексу? – подозрительно нахмурилась Лера: неужели ее подозрения небеспочвенны и Арик с Элей решили-таки вновь попытаться свести ее с каким-то мужиком?

– Э-э-э, видишь ли, дорогая… – забормотала сестра. – Мы… в общем, Алекс – друг и партнер Арика, понимаешь?

– Партнер?

– Он занимается примерно тем же, чем и я, – пояснил зять. – Только у меня, ты знаешь, руки не из того места растут, а вот у Алекса – другое дело!

– Он что, занимается подделкой старинных произведений искусства? – съязвила Лера. Арамаис продавал антиквариат, поэтому то, что кто-то, являясь его коллегой, имеет еще и золотые руки, звучало странновато.

– Господи, кто про что, а ты про уголовку! – воскликнула Эля. – Разумеется,