Убийство на летнем фестивале - Виктория Уолтерс

Томасу, что я знаю правду, но оригинал я оставлю у вас в магазине в качестве страховки. Томас Грин смог оставаться безнаказанным тридцать лет, так что я не хочу рисковать.

Если мне не удастся рассказать миру про Томаса Грина, если что-то пойдет не так, я хочу хотя бы рассчитывать на вас двоих. Я думал сказать вам лично, но я не хотел, чтобы Томас заранее узнал, что у меня есть этот дневник. Я хочу бросить его ему в лицо, чтобы он признался, что он сделал с моим отцом. Если нет, то я приду к вам, и, надеюсь, вместе мы сможем убедить общественность поверить мне, и тогда люди поймут, кто Томас Грин такой на самом деле: лжец, вор и, я уверен, еще и убийца.

Но если что-то пойдет не так, я надеюсь, вы найдете это и поверите мне, и тогда сами разберетесь, что делать дальше. Надеюсь, теперь все закончится. Наконец-то мир узнает о том, что сделал Томас Грин. Искренне ваш, Майкл Крик».

— Он знал, что на фестивале с ним может случиться беда. Бедный Майкл, — сказала Джейн, когда Нэнси закончила.

Они молча посмотрели друг на друга, только громкое тиканье старинных часов в углу нарушало тишину в комнате.

Нэнси вздохнула:

— Теперь понятно, почему он выбрал именно ту страницу из книги. Он хотел оставить такую угрозу, которая не только заставит Томаса явиться на встречу, но еще и даст подсказку нам. Там говорится не просто о лжеце, а о детективе, который хотел присвоить заслуги Андерсона. Так же, как поступил Томас с Барнаби! Я не думала, что за этим было что-то, помимо угрозы убийства, но Майкл поступил умно, выбрав конкретный пассаж из конкретной книги. Он знал, что, использовав этот текст, он заставит Томаса нервничать. Это была очевидная подсказка. И он знал: Томас точно поймет, что имеется в виду.

— Видимо, после этого он согласился организовать встречу с Майклом, потому что больше угроз не было, — согласилась Джейн.

— Значит, с Майклом на фестивале встретился один Томас? А не Нейтан? — спросил Джонатан. — Или они оба пришли? Кто его убил?

Они неуверенно посмотрели друг на друга.

— Может, прочтем предсмертную записку? — предложил Джонатан после короткого молчания.

— Подождите… — Нэнси вытащила еще один лист бумаги. Она прочла его им вслух. — Майкл прав. Никаких упоминаний о том, что Томас сделал с Барнаби, а это нелогично, если в дневнике об этом говорится. Итак, что, как мы думаем, случилось? Барнаби угрожал сорвать книжную сделку Томаса, так что Томас убил его и обставил это как самоубийство? Но не смог уничтожить дневник, потому что Барнаби спрятал его. — Нэнси покачала головой. — Я понимала, что что-то не так, но не могла себе представить, что Томас способен на такое. Украсть идею Барнаби, сделать на ней такой успех, а еще, возможно, и убить ради этого? Вот это я понимаю амбиции.

— Вообще-то, — сказал Джонатан, — я не так шокирован, как я думал. В Томасе проявляются хищнические черты, когда речь заходит о карьере. Эти разговоры об опустошенности после смерти Барнаби, нежелание возвращаться домой в Даггерфорд, умалчивание о писательском клубе — все это приобретает гораздо больший смысл, если по-настоящему дело в нечистой совести, вам так не кажется?

— Да, все сходится, — согласилась Нэнси. — Он держался в стороне, потому что совершил убийство и возвращаться на место преступления было невыносимо. Или, может, он волновался, что, если он вернется, его раскроют. Или на него слишком давило то, что он сделал. — Нэнси взглянула на дневник: — Лучше нам прочитать и его. Убедимся, что Майкл написал нам обо всем. Но что тогда? Если это правда, что нам дальше делать?

— И получается, что Томас убил Майкла, а не Нейтан? Когда он понял, что Майкл знает про Барнаби, то решил, что ему нужно заставить его замолчать? Но почему Майкл согласился встретиться с ним один на один? — задумалась Джейн.

— Понимаю, — согласилась Нэнси. — Он перестраховался, оставив нам это, значит, понимал, что Томас может навредить ему, как сделал с его отцом. Но, наверное, он посчитал, что на фестивале будет слишком людно и Томас не отважится.

— Видимо, его основным желанием было добиться справедливости для своего отца, и ради этого он был готов на любой риск, — с грустью произнесла Джейн. — Он был намного моложе Томаса, может, он думал, что одолеет его, если дело дойдет до драки. Интересно, что на самом деле произошло?

— Почему он не дождался встречи, чтобы разоблачить Томаса? — задал еще один вопрос Джонатан.

— Он не был уверен, что кто-то поверит ему. Томас бы просто попросил Дерека увести его. Мы бы не приняли это всерьез, ведь правда? — признала со вздохом Нэнси. — Может быть, он собирался записать признание Томаса, а потом обнародовать его? Но не успел.

— Но как в эту схему вписывается Нейтан? Зачем он убил себя, если не убивал Майкла? — спросила Джейн.

— Если Томас инсценировал самоубийство Барнаби, он мог сделать то же самое и с Нейтаном. Это объяснило бы, почему на нем его часы. Томас мог забрать их после того, как убил Нейтана. Своего рода трофей. Может, он и у Барнаби тогда что-то взял, — предположила Нэнси.

— Но зачем Томасу понадобилось убивать Нейтана? — спросила Джейн.

— Чтобы в убийстве Майкла обвинили его. Наверное, за этим. Интересно, знал ли вообще Нейтан о том, что Томас украл все свои литературные идеи? — задумался Джонатан, глядя на стопку книг Томаса Грина на столе. — Никогда не думал о сжигании книг раньше, но сейчас…

— Понимаю, о чем ты, — отозвалась Нэнси. Она взглянула на доску объявлений. — Я теперь вижу четкий смысл во всех действиях Майкла. Эта первая угроза на постере Томаса. Мне всегда казалось нелогичным, что он исписал его, чтобы привлечь внимание Нейтана, потому что винил Нейтана в отказе его отцу. О, и еще непонятно, был ли этот отказ. Или Томас все это придумал? Барнаби упоминает Нейтана только тогда, когда говорит о своих попытках связаться с ним и доказать, что Томас украл его идеи… Томасу действительно удалось пустить нам пыль в глаза, — призналась Нэнси. — Когда я рассказала Томасу и Нейтану об угрозах Майкла, он, должно быть, испугался, что его секреты теперь выйдут наружу. Так что в итоге он все-таки назначил Майклу встречу на фестивале. И что запланировал убить его прямо там, чтобы никто и никогда уж точно не выяснил, что он сделал с отцом Майкла?

— А потом подставил Нейтана, положив рядом с телом купленную им книгу? — заключила Джейн.

— Все сходится, —