Избранник - Ксения Комал

честным образом похитили у полиции. Лёшка, наверное, всплакнёт от сочувствия.

– Ну а что, он же был в нашей шкуре, – на мгновение развеселилась Марго. – Слушай, я серьёзно – надо что-то делать. Ну придумаем для ментов какую-нибудь правдоподобную историю. Главное, чтобы они обследовали дом и нашли то, чего мы пока не видим.

– Да почему ты никак не смиришься с тем, что он просто ушёл? – начала злиться ведьма, заподозрив, что с Марго и правда станется обратиться за помощью к Ерохину. – Даниил – свободный человек. Благодаря нам, между прочим. Если учесть, что в нашем забавном селе у него предостаточно своих дел…

– В нашем забавном селе у него с некоторых пор лишь одно дело, и оно сейчас сидит передо мной. Не будь дурой, если бы он и смылся, то только вместе с тобой.

– Как видно, у него на этот счёт другое мнение, – резко сказала Варвара и поднялась со стула, чтобы уйти в соседнюю комнату. – У меня, кстати, тоже.

– И что тебе в нём не нравится? То, что он бандит?

– Он не бандит.

– Ага! – Школьница торжествующе хлопнула ладонью по столу, от чего стоявшая на нём чашка с тихим звоном подпрыгнула. – Защищаешь, значит! – И не давая подруге ответить, продолжила: – В принципе, мне совершенно всё равно, что у вас там происходит, но есть одна маленькая просьба: когда вы, тайно обвенчавшись, соберётесь бежать на Ямайку с бесценным лекарством или миллионами, которые на нём заработаете, не забудьте, пожалуйста, меня.

Конец фразы прозвучал неожиданно жалобно, и ведьма удивлённо остановилась в дверном проёме.

– Ну во-первых, ты несовершеннолетняя и просто так уехать за границу не сможешь. Во-вторых… Чёрт, да о чём это я?

– Не нравится Ямайка? – невозмутимо спросил Даниил.

– Я предпочитаю отечественные курорты, и вообще…

Варвара замерла на полуслове и медленно повернулась к молодому человеку. Широко улыбаясь, он стоял, привалившись к дверному косяку, и радостно смотрел на то, как ведьмино лицо меняет цвет – от привычно-бледного к яростно-пунцовому и обратно.

– Тебя не похитили? – изумилась школьница.

– Это только ваша прерогатива. В чужие руки не дамся. – Он вошёл в дом, запер дверь на замок и опустился на свободный стул. – Как там Ивлиев, не помер ещё?

– Ивлиев в больнице, – бесстрастно проинформировала колдунья, борясь с желанием броситься ему на шею и тут же придушить. – Чего припёрся-то? Мы уже праздновать хотели…

– Значит, я как раз вовремя. Вопрос считаю некорректным, поэтому проигнорирую.

– А где ты был?

– Правильно мыслишь, мой юный друг. Я без вас заскучал и решил немного прогуляться, а поскольку со стороны села не просматривается только одна часть холма…

– Ты был в церкви, – ошарашенно пробормотала Варвара и, медленно съехав по стенке, уселась прямо на пол. – В церкви! Господи, с такой рожей… Да Фёдор уже к ментам бежит…

– Ты что, не слышала о тайне исповеди? – очень серьёзно нахмурился Даниил. – То, о чём честный прихожанин рассказывает в церкви, остаётся в…

– Идиот…

– Ты что-то слишком близко к сердцу всё воспринимаешь и по какой-то непонятной причине недооцениваешь моё умение вести интеллигентную беседу… Да не волнуйся ты, – с испугом буркнул Даниил. – Такое впечатление, что сознания сейчас лишишься, а у тебя с ним и без того напряжёнка.

Глаза колдуньи потемнели и гневно сузились, пальцы непроизвольно сжались в кулаки.

– Ага, – обрадовался молодой человек. – Вижу бескомпромиссную победу злости над паникой, а потому продолжаю. Отец Фёдор не имеет ни малейшего понятия о том, кто им прикидывался и даже просто работал рядом с церковью в его отсутствие. Ну, в смысле с тётей Клавой и её племянницей всё ясно, и есть ещё пара женщин, которые приходят помогать относительно регулярно, а вот мужиков наблюдается явная недостача. В принципе, Надя говорила, что в летний период у них затишье, так что тут нет ничего необычного… Кроме поддельного священника, конечно.

– Ты что, всё ему рассказал? – обречённо простонала Варвара.

– Только самую малость. Завязывай нервничать, никто в селе не знает о моём аресте и, соответственно, побеге. А разбитую физиономию можно объяснить множеством разных интересных причин. Тем более здесь, в вашей аномальной зоне.

– Предпочитаешь обычную?! – рявкнула ведьма. – О чём ты думал, кретин? Да Фёдор в любой момент может упомянуть о твоём визите при Ерохине – просто так, к слову. И с чего ты взял, что никому не известно об аресте? Ты хоть представляешь, как распространяются новости в поселениях вроде нашего?

– Представляю. Они распространяются посредством Надежды, а когда она пришла, сказала только про Ивлиева. Обо мне ни слова не было, следовательно, беспокоиться не о чем. И даже если информация о моём разговоре с отцом Фёдором дойдёт до Ерохина, он всего лишь убедится в том, о чём и так догадывается.

– В том, что ты – наглая заноза, от которой просто невозможно избавиться?

– Примерно. В общем, мне кажется, священника окончательно пора вычёркивать из списка подозреваемых. Я надеялся узнать у него, кто тут играет его роль, но никаких ниточек так и не нашёл. Наш убийца – самый натуральный маньяк с тягой к перевоплощению. Гадать можно сколько угодно, только моё мнение вам известно.

– Про его внезапный побег спросить додумался? – немного успокоившись, проворчала Варвара. Она поднялась, чуть дрожащей рукой схватила с печки чайник и наполнила свою кружку до краёв.

– Обижаешь, – довольно улыбнулся молодой человек. – Увы, там тоже ничего интересного. Горе, которое требовалось немедленно залить, было вызвано скорой свадьбой единственного сына.

– Иннокентий женится? – Марго возмутилась так, будто он уже успел что-то пообещать Варваре.

– Да, причём по мнению отца Фёдора, партия, мягко говоря, неподходящая и повод для брака тоже не самый достойный.

– По залёту?

– Ага. – Он покосился на задумавшуюся ведьму и мягко спросил: – О чём кручинимся? Надеюсь, не о скорбной потере очередного фаната, потому что тебе следует радоваться: хотя бы этот выживет.

– Угу. Я ликую. Просто в восторге от того, что теперь у нас совсем не осталось подозреваемых.

– Ну это дело поправимое. – Даниил утешающе погладил её по плечу. – Фармацевт, которого я ищу, скорее всего, прикидывается здесь проспиртованным художником, а убийца – однозначно Ерохин, других кандидатур просто нет. Правда, не очень ясно, что там с поддельным священником, но в конце концов, он может и не иметь отношения к нашей истории. Я какое-то время подумывал повесить пару трупов на Ивлиева, а он теперь перекочевал в разряд жертв… Кстати, что у тебя было с его отцом?

Марго поперхнулась чаем, торопливо поднялась и, скороговоркой выпалив, что ей давно пора спать, растворилась в темноте смежной комнаты. С улыбкой понаблюдав за её манёврами, Варвара лукаво посмотрела на молодого человека, намереваясь ещё немного помучить его неизвестностью, но потом неспешно зажгла свечи в подсвечниках, расставила их с двух сторон от него и, заговорщически нагнувшись, таинственным шёпотом призналась:

– Девчонки попросили меня погадать. Для этого нужна баня.

Даниил помолчал, что-то обдумывая, а затем негромко рассмеялся, опустив голову на руки.

– Кажется, я знаю, кто бы инициатором. – Он покосился в сторону соседней комнаты. – И что, они тебя там одну, что ли, бросили?

– Просто мы уже начали расходиться. А тут Ивлиев-старший пожаловал. Что у него после этого в голове замкнуло, не знаю. Я пыталась поговорить с Димкой, но он, видимо, был в лёгком шоке от выкрутасов родителя и слушать меня просто не мог. Ну а потом, когда они развелись, это было уже не важно.

– Ты действительно обладаешь некой разрушительной силой, – покачал головой Даниил. – А я всё думал, что твои фортели в бане как-то связаны с легендой… Ладно, вернёмся к насущному. Я, конечно, понимаю, что Ерохина ты будешь защищать до последнего, но давай посмотрим правде в глаза: он подходит идеально, других вариантов всё равно нет.

– Мы что-то упускаем.

– Только съехавшего с катушек сержанта. – Молодой человек хмуро свёл брови и принялся разглядывать дубовый стол. – Если он сейчас ворвётся сюда с топором и окровавленными руками, тоже придумаешь ему оправдание?

– Придумаю, – без особой уверенности отозвалась девушка.

– И будешь неправа, – тихо сказала Марго, бледной тенью возникнув в дверном проёме. На ней была сиреневая пижамная куртка и спортивные шорты, в руке