Тайна за семью печалями - Галина Владимировна Романова

– А младший не его сын вовсе, он его пасынок. И он сейчас носит фамилию своей жены, сразу поменял в день бракосочетания. И фамилия его теперь Осипов. Осипов Иван, муж Нины Осиповой. И вот убей меня, майор, но что-то тут не так. Слишком часто и слишком тесно эта семейная пара соприкасалась со всеми фигурантами наших дел. Кстати…

Лера сверилась с навигатором, поняла, что до дома Серебровой ей ехать всего пятнадцать минут. Вклинилась в поток машин, игнорируя сердитые сигналы.

– Я в пятнадцати минутах езды до дома Серебровой. Не присоединишься ко мне?

– Я уже домой собирался, Новикова, если честно. Но тут мне позвонила консьержка из подъезда Серебровых. Я просил ее звонить, если вдруг что… Потому тебе и звонил три раза, – отозвался Градов ворчливо. – Померла старуха Сереброва, так-то вот. Померла, если что, своей смертью. И наследует все ее имущество, угадай кто?

– Племянник? Осипов?

– Да, племянник. Только я думал, что он Гревцов. Надо же… Жду. Приезжай…

Глава 31

– Квартира Серебровых? Заперта, конечно! – выкатила на них глаза консьержка. – У нее теперь новый хозяин. Новый-старый…

– Это как? – прикинулся непонимающим Градов.

Он понял, конечно, кто унаследовал квартиру. Не был идиотом. Но хотелось пояснений.

– Еще при жизни Сереброва оформила договор пожизненной ренты на племянника. Она этого и не скрывала. И он тоже. И его жена. Социальные работники, когда навещали Сереброву, всегда уходили удовлетворенными, – уточнила консьержка. – О таком уходе, говорили они, можно только мечтать. Все в полном объеме: и еда, и лекарства.

– Умерла она когда? – вставила Лера, устав стоять бессловесно за спиной Градова.

– Сейчас точно скажу. Ее племянник как раз приехал к ней. Примчался как на пожар. Мотоцикл свой прямо у подъезда оставил. Некогда, говорит. Тетя позвонила. Плохо ей.

– Мотоцикл? – В один голос воскликнули Градов с Лерой.

– Ну да. Он на нем нечасто, но ездил. Когда один Сереброву навещал. Когда с женой, то всегда на машине. И Сереброву, когда возил по делам, тоже на машине. Старую женщину на мотоцикле ведь не повезешь, так? – Она неуверенно тыкала пальцем в клавиатуру, пытаясь найти запись с камеры видеонаблюдения над подъездом. – Ага. Вот, нашла. Вот он приехал…

Градов с Лерой, вытянув шеи в сторону монитора, внимательно наблюдали, как на бешенной скорости подкатывает к подъезду байк. Как резко тормозит. С него соскакивает стройный мужчина в черном костюме и шлеме с непроницаемым стеклом. Он быстрым шагом входит в подъезд. Байк остается прямо перед ступеньками. Прямо поперек. Задними номерами глядя в камеру. Задними, замазанными грязью номерами.

– Твою мать, Новикова! – скрипнул зубами Градов, выругавшись едва слышно. – Значит, мотоциклист все же существует.

– Не сомневалась ни одной минуты, – негромко ответила она ему. – Значит, не сумев убить Ярового в автосервисе, он прямиком поехал сюда. Зачем?

– Он приехал, и что было дальше? – спросил Градов, обращая взгляд на консьержку. – Кстати, записи с камер нам придется изъять. Вы не против?

Кажется, женщина отдала бы не только записи, но и компьютер целиком, лишь бы от нее отстали и она продолжила плести кружевную салфетку, которую пришлось сунуть обратно в картонную коробку. И что теперь будет с узором, непонятно. Она же сбилась со счета! Придется распускать до предыдущего ряда. Э-эх…

– Он приехал, ворвался в подъезд бегом. Даже шлема не снял. Бегом к лифту. А потом приехала «скорая». Из квартиры Серебровой позвонил ее племянник и попросил пропустить докторов. Сказал, что тете плохо. А доктора потом сказали, что на момент их приезда она уже умерла. Болел человек, что сказать.

С записями с камер и показаниями консьержки Градов вернулся в отдел и напросился к полковнику. Тот еще не успел уехать.

Объяснялся с ним долго и сумбурно. И несколько раз начинал говорить с самого начала. И не сколько для Волкова, сколько для себя. Чтобы озвучить новую версию. Очередную новую версию!

– Ну, вы с твоей Новиковой даете, майор! Что же выходит: слесарь Яровой не врал? На него в самом деле покушались?

– Есть такие подозрения, товарищ полковник. Мы же сразу зафиксировали движения нескольких мотоциклов в том направлении и обратно. Все проверили, кроме того, на котором были замазаны грязью номера.

– И теперь вы его угадали? По новым кадрам с камеры видеонаблюдения от подъезда старухи Серебровой? Правильно я понял?

– Так точно, товарищ полковник. Это один и тот же байк и один и тот же человек. Мы фрагментально рассмотрели и сравнили записи. Сомнений нет. Этот человек сначала двигался по направлению к автосервису, потом в обратном направлении. Сразу проехал на адрес Серебровой. И она как-то так вовремя умерла. Тут что-то одно из двух: либо она умерла своей смертью, либо ее племянник, устав ждать, ей помог.

– В этот день и час он это сотворил по той причине, что не удалось покушение на Ярового? Занервничал, хочешь сказать?

– Так точно.

– Ну что же… Даю добро на заключение под стражу. С обыском решу. Обыск делайте и по месту его жительства, и в квартире умершей Серебровой. Все, майор, ступай. И заверши уже это дело. Ну, сколько можно, ну!..

Иван и Нина Осиповы скандалили. Их крики они услышали, как только группой вышли из лифта. Разобрать слова невозможно, но орали громко.

– Иван Сергеевич Гревцов?

Денис внимательно рассматривал молодого крепкого парня, по пояс обнаженного – на нем были только спортивные шорты до колен.

– Иван Сергеевич Осипов, – поправил тот. Подозрительно прищурившись, он осмотрел группу из пяти человек. – В чем дело? Кто вы?

– Майор полиции Градов, – показал ему свое удостоверение Денис и тряхнул листом бумаги, разворачивая его. – Это мои коллеги, а это ордер на обыск вашей квартиры.

– На основании? – Он все стоял на пороге, пытаясь их не впустить.

– Вы подозреваетесь в покушении на убийство Ярового Виктора Савельевича.

– Это кто? – Кривая ухмылка тронула его губы.

– Это слесарь того самого автосервиса, в котором шесть лет назад ваша супруга в сопровождении Анастасии Хмуровой совершила порчу тормозов машины Илья Новикова.

– Господи! Что за сказки?! – возмущенно воскликнул Иван, скрещивая руки на голой груди.

Он все еще стоял на пороге квартиры, не впуская их. И тогда Градов вежливо его потеснил. Не сказать, чтобы это было легким делом. Иван стоял как скала. Он был сильным, да. И к Денису на помощь пришли его коллеги, слегка Ивана скрутив.

Его жена сидела в кресле в единственной комнате их однокомнатной квартиры, съежившись и подтянув колени, словно у нее болел живот. Ее взгляд, обращенный на дверной проем, в который втолкнули ее мужа, был исполнен ужаса.

– Что происходит, Ваня?! –