Эйлет Уолдман - Смерть берет тайм-аут

— О, перечная мята, — пропела я. — Обожаю чай с мятой. Но не переношу мед. С тех пор, как забеременела. — Я хотела, чтобы Молли знала о моем положении, если сама еще не заметила. Беременная женщина не представляет собой опасности.

— Сделать тебе чаю? — предложила я.

— Нет, спасибо, — сказала Молли.

— А вам, Ванда?

— Нет.

Говорят, если смотреть на чайник он никогда не закипит — это же правило действует, когда на него смотрят две перепуганные женщины и убийца. Показалось, что прошло несколько часов, прежде чем из носика пошел пар.

Я налила кипяток в термос, который отыскала в шкафу, надела крышку и демонстративно ее закрутила. Выходя из кухни, я несла всякую чепуху.

— Вы слышали, как одна женщина подала в суд на «Макдоналдс», потому что кофе был слишком горячим? Слишком горячим! Как будто кофе не должен быть горячим. Люди подают в суд по самым странным поводам. Ладно, я пойду. Этот чай меня спасет.

Я направилась к входной двери, пройдя мимо Молли. Она опять повернулась ко мне, держа пистолет в сумке. Оказавшись на расстоянии вытянутой руки от нее, я выплеснула ей в лицо кипяток из термоса, который на самом деле не закрыла.

Молли с воплем рухнула на пол, уронив сумку. Я выкрутила ей руку и толкнула пистолет по полу в другой конец комнаты. Она скребла руками по лицу, а я села ей на грудь.

— Хватайте его, Ванда!

В этот момент распахнулась дверь, в комнату ворвался Эл и упал на одно колено, держа пистолет наготове.

— Стой! — закричала я, поскольку он целился в Ванду.

Эл остановился и взглянул на меня. Я сидела верхом на Молли, прижав ее руки к полу, и смотрела на нее. Ее сильно покрасневшее лицо приобретало серый трупный оттенок. Затем стало опухать. По всему лицу, даже на веках, вздувались волдыри, губы увеличились раз в пять. Она стонала — страшный вой, полный агонии и бессильной злобы.

— Позвони 911, — сказала я.

Эл уже снял трубку.

Меня затошнило. Я поднялась, чтобы не смотреть на обезображенное лицо Молли. Я еще никогда никому не причиняла такого вреда, и пребывала в ужасе от содеянного. Вдруг меня кто-то обнял сзади и прошептал:

— Спасибо. Спасибо, вы спасли мне жизнь.

Я повернулась и опустила голову на мягкую грудь Ванды Пакульски.

Когда врачи перевязали раны Молли и забрали ее, мы с Элом и Вандой расположились у нее на кухне. Впереди допрос в полиции, который может занять всю ночь. Я пила воду, которую налила мне Ванда, и пыталась унять дрожь.

— Очень вовремя, напарник, — буркнул Эл, тяжело облокотившись на стойку.

— Молодец, — промурлыкала я.

Он покачал головой:

— Не я. Ты.

Ванда кивнула:

— Еще чуть-чуть, и она бы меня убила, Джулиет. Так же, как убила мою дочь и того несчастного мужчину, Рэймонда Грина.

Я посмотрела на нее:

— Это Молли вам рассказала?

Она снова кивнула, и поведала, что произошло между ней и Молли.

Молли привезла сумку с вещами, улыбалась и была довольна собой. Когда она вошла в дом, и Ванда закрыла за ней дверь, то полезла в сумку, будто что-то искала, и достала пистолет.

— Сначала я, конечно, застыла на месте, но потом заметила, что у нее дрожат руки, и заговорила с ней, как с испуганным зверьком. Постепенно стала отходить к дверям. Я думала, что если смогу отвлечь ее разговором, то успею открыть дверь и убежать. Не помню, что я говорила. Что-то вроде: «Зачем тебе меня убивать. Кто я такая?». Что-то вроде этого. Тогда она стала рассказывать.

Лицо Ванды скривилось, и на секунду показалось, что она сейчас заплачет.

— Что она рассказала? — спросил кто-то. Мы повернулись и увидели человека в форме, стоявшего в дверях — одного из полицейских, которые приехали с врачами.

Ванда сглотнула, взяла себя в руки и продолжила:

— Она призналась, что убила Хло и Рэймонда Грина, и что не боится убить меня.

Полицейский открыл было рот, но Эл положил ему руку на плечо. Что-то в поведении моего коллеги заставило молодого полицейского замолчать.

Ванда продолжала.

— Кажется, я заплакала, — продолжала Ванда. — Спросила, за что она убила Хло. И Молли ответила, что моя дочь сама виновата. Если бы она сделала то, что велела Молли, ничего бы не случилось. Хло якобы хотела разрушить карьеру доктора Блэкмора, а она, Молли, не могла этого допустить. Только она его называла «мой Риз». Даже «мой дорогой Риз». Сказала, что не могла позволить Хло и Рэймонду навредить ему. О чем она говорила, вы знаете?

Я кивнула, но прежде чем открыла рот, вошел мужчина в голубой форме, отодвинул молодого полицейского и показал нам свой значок.

— Райли, выйди на улицу, — велел он парню. Затем повернулся к нам: — Ну, кто из вас расскажет мне, что здесь произошло?

Глава 35

Какая бы трагедия ни приключилась в семье, дети должны быть накормлены, ухожены и одарены вниманием. Я считаю, что это великое благословение. Горе рассматривается через призму их нужд и желания веселиться. На следующее утро я нашла Лили на краю бассейна, болтающей ногами в воде. Она бросала туда разноцветные кольца, а Эмбер и Джейд должны были их ловить. Девочки визжали, ныряя в теплую воду и выскакивая на холодный воздух с победным криком. Красные, розовые и синие кольца красовались у них на руках.

Лили вяло помахала мне. Я поприветствовала девочек, придвинула стул к Лили и села, прикрыв колени свитером для рыбалки, который нашла в шкафу Питера:

— Как ты?

Она пожала плечами и профессиональным жестом побросала кольца в воду:

— Ты привезла Исаака и Руби?

Когда вчера вечером я позвонила Лили, чтобы рассказать о Молли Вестон, она попросила меня приехать на следующий день и привезти детей. Призналась, что не может сейчас играть с близнецами, но детям нужно как-то отвлечься от всего этого.

— Руби и Исаак перед домом, катаются на скутерах, — сказала я.

— Спасибо, что привезла их.

— Не за что. Они с удовольствием поехали. Привести их?

Лили покачала головой:

— Девочки вылезут через пару минут.

Мы сидели рядом, Лили на краю бассейна, я — свернувшись в клубок на стуле. Эмбер и Джейд плескались в воде, и я вытерла брызги со щеки:

— Рассказать тебе, что случилось?

Вечером я толком не передала ей все, и Лили хотела услышать подробности. Она кивнула и вдруг поднялась:

— Не здесь. Не при девочках.

Хотя Лили никого не звала, тут же явилась няня с большими белыми полотенцами. Подруга вытерла девочек и отправила их в дом, обещав, что они будут играть с Руби и Исааком. Затем обула белые мокасины и провела меня вглубь сада к каменной скамейке.

— Начни с начала, — попросила она. — Я должна понять все. Как это случилось и почему.

Я кивнула:

— Скорее всего, это началось несколько лет назад, когда Блэкмор пригласил Хло в свою клинику.

Лили задрожала, и я положила ладонь ей на руку:

— Мне точно рассказывать?

— Да, — она глубоко вздохнула. — Я должна знать. Только подожди секунду, хорошо? Все это должен услышать еще один человек. Я сейчас вернусь.

Я кивнула, она встала и ушла в дом.

Через несколько минут Лили вернулась, ведя за собой Юпитера. С одной стороны его волосы торчали, а щека, на которой он спал, была примята.

— Юпитер! — воскликнула я удивленно.

Он опустил голову и мягко улыбнулся.

— Я попросила охранника съездить за ним сразу после твоего звонка. Я не хотела, чтобы он там оставался. Не из-за Молли… — Ее голос сорвался.

— Но Лили, Юпитер освобожден под подписку, — вдруг сообразила я. — Если он выехал с территории, это могут расценить как побег.

— Я попросила Вассермана и доктора Блэкмора, чтобы они позаботились об этом. Они сделают все, как надо. Особенно сейчас, когда Молли арестована. Вассерман сказал, что суд наверняка закроет дело Юпитера. А сейчас он поехал искать для Юпитера новое жилье в Лос-Анджелесе. Вернется после обеда.

Она обвила руками своего единственного брата и нежно на него посмотрела.

— Вы обе спасли мне жизнь, — произнес Юпитер. — Вы и Лили.

Лили покачала головой.

— Нет, дорогой, я не спасала тебя. С тобой все приключилось по моей вине. Прости меня.

Казалось, она сейчас заплачет. Юпитер обнял ее:

— Ты не виновата. Никто не заставлял меня спать с Хло. Это я виноват, а не ты, Лили. Излечение — это принятие на себя ответственности. Как раз этим я и собираюсь заниматься.

Они медленно отстранились и посмотрели друг другу в глаза. Юпитер неуверенно улыбался, Лили улыбалась в ответ. Потом оба сели на скамейку рядом со мной.

— Теперь расскажи нам, что произошло, — попросила Лили.

— Частично вы уже знаете. Блэкмор был одним из клиентов Хло. Думаю, он спал с ней, но также, хотя я и не могу этого доказать, собирался свести ее с тобой, Юпитер, чтобы у нее были связи с ЦКЕ, и это помогло бы его клинике. Хло сменила множество любовников, затем вышла замуж за твоего отца. Это было на руку Блэкмору. Поларис находился в долгу у Блэкмора за то, что тот познакомил его с женой, и ЦКЕ продолжала поставлять клиентов в его клинику. Так продолжалось несколько лет. Вот только Поларис перестал быть доволен своей женой. Может, понял, что она никогда не перестанет принимать наркотики, а может… может, понял, что она никогда не перестанет спать с его сыном. За несколько месяцев до смерти Хло проходила курс интенсивной терапии в клинике. Возможно, ее пристрастие стало чрезмерным. Или Поларис выдвинул ей ультиматум. Я не знаю. Но должно быть, именно в этот момент Молли Вестон рассказала ей о…. о твоей матери.