Люся Лютикова - Все хорошие девочки попадают в рай

Все присутствующие опять посмотрели на меня, но я развела руками:

— Увы, я не в курсе. Я поговорила со многими людьми, но никто ничего не видел. Впрочем, у меня возникло предположение, что это, возможно, месть одной из соискательниц. Но к сожалению, у меня не было адресов женщин, обманутых Краснянский, так что эту версию не удалось проверить.

— А между тем ты знакома с преступником, вернее, преступницей, — хитро прищурился Руслан.

— Знакома?! — Я лихорадочно перебирала в уме всех женщин, с которыми мне пришлось столкнуться за последние две недели, и не находила подходящей кандидатуры. Наконец, возникла надежда: может быть, убийца — Людмила Драгульская? Вот поделом будет противной девице, когда ее посадят в тюрьму! Может быть, хотя бы на нарах она научится вежливости! Хм, а я и не подозревала, что ее хамство меня настолько задело, что я готова пожелать ей неба в клеточку и пижамы в полосочку...

Не выдержав моего молчания, Супроткин сказал:

— Даю подсказку: пожилая дама, с трепетом относящаяся к собачкам и кошечкам.

— Бронислава Ивановна?! Не может быть! — ахнула я.

— А кто такая Бронислава Ивановна? — поинтересовалась Катерина.

— О, это милейшая старушка, очень добрая и очень несчастная. Подбирает на улице собак и кошек, кормит их на свою крошечную пенсию. Да нет, ерунда все это! Вы там в милиции совсем, что ли, с ума посходили? Не на кого больше убийство повесить? Бред какой-то.

Руслан казался спокойным, но я заметила, что на шее у него вздулась и часто запульсировала вена.

— Бред, говоришь? Между прочим, дело раскрыл я, хотя начальство уже решило, что твоя подруга прекрасно подходит на роль убийцы. — Руслан кивнул в сторону Насти. — И еще, чтоб ты знала, допрос подозреваемой проведен безупречно: старушка написала добровольное признание.

— Господи, да прекратите вы ссориться, — взмолилась Настя. — Расскажите, наконец, как было дело.

— Ладно, — тут же отошел капитан, — слушайте, сегодня я добрый. Только, чур, до конца следствия никому ни слова.

Глава 32

Одни соседи считали Брониславу Ивановну сумасшедшей, другие — святой. Сама же пенсионерка была уверена, что подобрать на улице замерзающего котенка или раненую собаку — естественный человеческий поступок. В результате в ее двухкомнатной квартире скопилось огромное количество животных. Их могло бы быть еще больше, если бы у Брониславы Ивановны был домик в деревне. Пусть маленький, бревенчатый, но с водой и с печкой. Там им всем — пенсионерке и животным — отлично бы жилось. И стоит такой теремок относительно недорого, особенно если находится не в Московской, а в Тверской или Рязанской областях. Вот только беда: у женщины не было даже таких сбережений. Всю свою жизнь она проработала в хирургическом отделении медсестрой, нередко на полторы и даже две ставки, но жила очень скромно, от получки до получки, одна поднимала двоих детей. И теперь, в старости, самое время было опереться на помощь подросших птенцов — Владимира и Алену. Вот только корыстолюбивые детки не спешили оказывать матери финансовую помощь, тем более на такое бесполезное, с их точки зрения, предприятие, как дом в деревне.

— Ну откуда у меня деньги? — удивленно приподнимала брови Алена. — Сама знаешь, какая крошечная зарплата у архивистов.

— Мать, последние копейки проедаем, — вторил ей братец.

И оба лгали. Владимир только что съездил со своей семьей на две недели в Таиланд, потратив на поездку сумму, эквивалентную скромному домику в деревне. И у Алены, работавшей в библиотеке, тоже водились сбережения. Она жила вдвоем с дочерью Сашей, обе женщины постоянно сидели на диете, питались рисом и дешевыми овощами, а свои зарплаты, пусть и не очень большие, откладывали на крупные покупки. Поэтому, когда Инна наткнулась в Интернете на резюме Алены, а Исмаилов-Краснянский поманил ее должностью начальницы архива концерна «Гильдия», мошенникам было чем поживиться. Алена принесла им в клювике аж восемьсот долларов! Неплохо для скромной госслужащей с окладом две тысячи шестьсот рублей.

Когда Алена поняла, что ее обманули, а милиция не торопится возвращать ей деньги, она кинулась к матери искать утешения и моральной поддержки.

— Разве же я для себя одной старалась? — в слезах причитала дочь. — Я ведь как думала: найду хорошее место, начну получать большую зарплату, так ведь и тебе можно будет на дом наскрести. Да не в какой-нибудь глуши, а в ближайшем Подмосковье, рядом со станцией. А мы бы с Володькой к тебе приезжали, привозили продукты, пропалывали огород...

Алена говорила так убедительно, что даже сама себе верила. Делить шкуру неубитого медведя было легко. Одну лапу — на дом для Брониславы Ивановны, вторую — на образование для дочки, третью — на ремонт материнской квартиры, которая из-за животных превратилась в форменный кошмар, а уж четвертую — на собственные утехи: шубу, украшения, мобильный телефон. Конечно, случись жадной Алене на самом деле припасть к денежному источнику, она бы ни за что на свете не стала делиться с родственниками. Но матери питают по отношению к своим детям огромные иллюзии. Вот и Бронислава Ивановна была уверена: дочурка мечтала ей помочь. И кто же тот негодяй, который помешал мечтам претвориться в жизнь?

— А все этот гад, Арнольд Борисович Краснянский! — восклицала Алена. — Ух, будь моя воля, так бы и придушила его! Отнял у тебя дом, у Сашки — образование, а у меня — будущее.

И в дальнейшем, стоило матери завести разговор о домике, Алена обязательно прибавляла:

— У Арнольда Борисовича Краснянского в кармане твой домик, вот где! В нашей стране мошенникам — все, а честным людям — ничего. Так что мы с тобой, мать, пролетаем как фанера над Парижем.

Алена специально поддразнивала Брониславу Ивановну, со странным удовлетворением наблюдая за тем, как щеки матери покрываются красными пятнами, пальцы рук начинают мелко дрожать, а в глазах появляется выражение загнанного зверя.

Конечно, пенсионерка всеми силами пыталась переломить судьбу и самостоятельно накопить на дом. Но много ли могла заработать женщина на седьмом десятке лет, пусть даже такая энергичная, как Бронислава Ивановна? В торговлю не пойдешь: зрение слабое да и голова уже не та, вмиг обжулят. Для того чтобы мыть полы в частной фирме, нужно железное здоровье. Офисная работа тоже не для нее. Огромные надежды возлагала Бронислава Ивановна на сбор подписей для кандидатов в депутаты Государственной думы. И высшие силы услышали ее молитвы. Но ведь известно, что Бог наказывает нас дважды: когда не исполняет наши желания и когда их исполняет, причем во второй раз наиболее жестоко.

С самого начала сбор подписей продвигался хорошо. Брониславу Ивановну жалели и охотно подписывались за ее кандидатов. Увлечение политикой в Москве давно прошло, теперь люди больше думают о том, как бы заработать деньги, так что обывателям в общем-то глубоко по барабану, кто там сидит в правительственных креслах. Кого ни посади, будет воровать — так не все ли равно? А тут старушке помощь.

Но прошло несколько дней, и Бронислава Ивановна стала падать духом. Во-первых, подводило здоровье: давал знать о себе артрит, слабели ноги, болела спина. А во-вторых, и это главное — пенсионерка поняла, что на подписях особо не разбогатеешь. Ну, на бутерброд с маслом еще наскрести можно, но на домик, даже самый захудалый, — никак. Разочарованная Бронислава Ивановна уже подумывала отказаться от этого приработка, но решила все-таки сходить еще по нескольким адресам. На очереди был дом номер 7 по Боярскому переулку.

Когда Бронислава Ивановна подошла к этому дому, перед ней предстала страшная картина. Мальчишки кидались камнями в бездомную собаку. Это был крупный пес, помесь дворняги с овчаркой. Он доверчиво позволил привязать себя к дереву (наверное, думал, что это игра) и теперь с громким лаем бросался на обидчиков, но толстая веревка крепко его удерживала. Камней у мальчишек было много: около ног лежала целая горка, — видимо, маленькие живодеры тщательно подготовились к своей акции.

Не помня себя от ярости, Бронислава Ивановна кинулась на хулиганов с кулаками. Они разбежались, отпуская в адрес старухи сальные шуточки. Пенсионерка попыталась отвязать пса, но он не подпустил ее к себе. Бедняга уже не верил в человеческую доброту. С разрывающимся сердцем Бронислава Ивановна вошла в подъезд. Как им всем помочь, как?! По-хорошему, пса надо было забрать с собой. Но куда его, такого крупного? В квартиру, где и так не протолкнуться? Господи, за что?!

На автомате пенсионерка стала звонить в двери квартир и говорить сухой, казенный текст. Какая-то пожилая женщина подписалась за ее кандидата, но Брониславе Ивановне уже было все равно. Мыслями она была там — во дворе, с привязанной собакой. Не принялись ли опять маленькие садисты за свое черное дело? Женщина выглянула в окно, чтобы убедиться, что с животным все в порядке. Бедный пес пытался перегрызть веревку, но безуспешно. Тяжело вздохнув, Бронислава Ивановна медленно поднялась на следующий этаж.