Наталия Левитина - Она что-то скрывает

Но мои заверения, вероятно, не очень-то убедили Егора. Он продолжал гипнотизировать меня взглядом побитой собаки.

– Юля, даже представить страшно, как отреагирует Лиза, если узнает… Я ужасно виноват перед ней… Но это больше не повторится… Я очень её люблю… Ты веришь?

– Верю!

– Нет, правда?

– Правда!

– Издеваешься?

– Да нет же!

Вот зануда!

Мой чемода-а-а-ан!

– Егор, ты с самого начала был мне симпатичен. Хотя и приставал с неприятными вопросами… Но всё равно. И я придерживалась этой точки зрения до тех пор, пока у тебя не сдуло ветром шалаш и ты не начал шантажировать меня.

Едва речь зашла о наших страховых делах, лицо Егора тут же изменилось. Появилось выражение упрямства и высокомерия. Видимо, он был абсолютно уверен в своей правоте.

– Когда это я тебя шантажировал?

– Когда предложил отказаться от денежных претензий в обмен на то, что ты не сдашь меня с потрохами милиции.

– Это не шантаж. Если ты ни в чём не виновата, чего тебе бояться?

– Это самый настоящий шантаж. Ты прекрасно знаешь, что я никого не убивала. Однако на некоторые вопросы я ответить не в состоянии. И ты этим воспользовался! Кстати, признался бы сразу, какую позицию занимаешь в «Атланте» – мне многое стало бы понятно.

– Какую? – нахмурился Егор. – Что ещё?

– Вчера я случайно узнала, что твой отец – владелец компании.

– А, ты про это…

– Следовательно, ты вовсе не заурядный служащий. Поэтому и вцепился в мои деньги, как питбуль… Они пойдут тебе в карман. Конечно, неприятно, что ты готов повесить на меня всех дохлых кошек, лишь бы не отдавать деньги… Но пусть это останется на твоей совести… Я, в свою очередь, вовсе не стану увязывать в единую конструкцию наши с тобой разногласия и твои семейные проблемы. То есть шантажировать тебя не собираюсь, не волнуйся… Ты это хотел услышать?

Вздох облегчения едва не слетел с губ Егора, парень еле сдержался. Я правильно догадалась – он именно этого и боялся: что я поймала его на крючок и теперь страховка за «ниссан» превратится в плату за моё молчание…

А я подобными делами не занимаюсь.

В отличие от некоторых.

– До свидания, Егор. Я уезжаю.

– Юля, постой…

Он придержал меня за локоть.

– Ну что ещё?

– Спасибо.

Глава 35

Хозяйка отеля

Вероника встречала в аэропорту. Мы яростно вцепились друг в друга так, словно лишь я и она уцелели на планете после глобальной катастрофы.

– Дай-ка на тебя посмотреть, – сказала я, отлепившись от милой подруги, и произвела полную ревизию её нового облика. – Ты блондинка! Подумать только! Никогда не могла представить тебя со светлыми волосами. Но… Неплохо… Мне даже нравится.

– Спасибо.

– Так, что тут у нас ещё? Щёки на месте. Рёбра по-прежнему не прощупываются, – я обняла Веронику за упитанные бока.

– Ничего не поделаешь. Это всё Иржи. Он меня откармливает, как рождественского гуся.

– И мы теперь почти ровесницы, да? Ты лихо скостила себе девять лет.

– Будем считать, что их никогда и не было, – усмехнулась Вероника.

– У тебя всё новое: лицо, волосы, возраст. Жизнь. Не жалеешь о прошлом?

– Разве что о тебе. Мне тебя не хватает.

– Мне тоже. А можно вернуться к привычному имени? Так странно называть тебя Вероникой.

– Нет! Конспирация и ещё раз конспирация.

– Богдан Гында сидит в камере предварительного заключения. Оттуда он тебя уже не достанет.

– Ты думаешь? – скептически хмыкнула Вероника. – Ты на самом деле так думаешь?

Что ж… В принципе она права. Если вспомнить, по какой причине Богдан Гында, грандиозный и непотопляемый, вдруг оказался запертым в камере… Два человека причастны к его аресту: Нонна, собравшая компромат, и журналист Фёдор Полыхаев.

Фёдор погиб – его сбила машина.

Нонна…

Что ж, её тоже давно уже нет.

Значит, придётся забыть это имя.

– И потом, как я объясню Иржи, почему ты называешь меня другим именем? Для него я Вероника.

– Кстати, а где он? Где наш Кубический Коржик? Я страстно желаю познакомиться с ним лично.

– А он страстно желает познакомить тебя с праздничным чешским обедом.

– О, нет!

– И не забывай, моя дорогая, Иржи – повар по призванию. Отказаться от приготовленной им пищи – нанести ему жестокую душевную рану. Так что, пожалуйста, без этих твоих анорексических заморочек. Села, съела, сделала довольную рожу, поблагодарила. Я понятно выразилась?

– Ы-хы-хы, – заскулила я.

Похоже, надо приготовиться к пытке картофельными кнедликами и свиным коленом.

Никита был совершенно прав: всю неделю мы с подругой провели в бесконечных разговорах. Иначе и быть не могло. Столько всего нужно было обсудить… Достопримечательности Праги мелькали на заднем плане, создавая чарующее обрамление нашим беседам. Мы бродили по широким площадям и узким улочкам, выложенным брусчаткой, любовались старинными фасадами домов всех эпох и архитектурных стилей, слушали бой часов. Подруга уже достаточно хорошо знала город, чтобы увести меня подальше от туристических троп, в места, свободные от полчищ экскурсантов. Мы гуляли и беспрестанно говорили…

– Но почему вдруг Прага?

– Это полностью заслуга Иржи. Летела в Лондон, к сыну. В самолёте познакомилась с импозантным седовласым иностранцем.

– О, да, Иржи выглядит чрезвычайно представительно. С той минуты, как я с ним познакомилась, у меня не поворачивается язык называть его Коржиком. Он не Коржик, он Иржи Великолепный.

– Болтушка… Итак, продолжаю. Мой попутчик отлично говорил по-русски. Летел на какой-то симпозиум. Я подумала – профессор или крупный бизнесмен. Иржи сказал, что он повар.

– А симпозиум посвящался теме «Методы выбора оптимальной стратегии при карамелизации лука».

– Юля, ты в своём репертуаре – подкалываешь, язвишь! Как же мне не хватало тебя все эти месяцы!

– Мне тоже!

Мы с Вероникой остановились посреди улицы и заключили друг друга в объятья. Я положила голову на плечо подруги – её крашеные волосы щекотали мне ухо – и увидела, что сквозь окно маленького магазинчика нас внимательно рассматривает пышнотелая дама.

Да, обнимаемся.

А что в этом предосудительного?

– Нет, я никогда не привыкну к этому цвету волос. Тебе надо перекраситься обратно в брюнетку.

– В аэропорту хвалила, – обиделась Вероника.

– Я искренне. Не переживай. Просто трудно адаптироваться к твоему новому облику. Личико ты ведь тоже переформатировала.

– Да уж, пластический хирург порезвился от души.

– Судя по всему, ты попала в руки к матёрому профессионалу.

– Значит, выгляжу на тридцать пять?

– Нет, на двадцать восемь.

– Ха, мне столько и не надо, – улыбнулась Вероника.

– Давай дальше про симпозиум, посвящённый карамелизации лука. Мы говорили про ваше знакомство в самолёте.

– Симпозиум или семинар… Что-то связанное с защитой окружающей среды и разумной утилизацией бытовых отходов.

– Ух ты, это даже романтичнее, чем карамелизированный лук!

– Достала ты, Юля, со своим луком!

– Клянусь, больше ни слова! Ты рассказывай, рассказывай!

– Постепенно выяснилось, что Иржи – не просто повар, а шеф-повар собственного ресторана. А к ресторану прилагается гостиница, отстроенная в центре Праги еще его дедом.

Гостиница «У Золотого Льва» впечатлила меня не меньше, чем сам хозяин. Ожидала увидеть семейный мини-отель, уютный, но неприметный, в домике, зажатом соседними зданиями. Вместо этого изумлённо замерла перед монументальным особняком, явно претендующим на историческую ценность и великолепно отремонтированным. Внутри царила сдержанная роскошь – не каждому туристу было по карману остановиться в гостинице Иржи.

– Приятно узнать, что мужчина, представившийся поваром, обладает гораздо более впечатляющим ресурсом, нежели двухдневный запас улиток?

– Благосостояние Иржи меня не волновало, – отмахнулась Вероника. – Ты же знаешь, я способна сама заработать и на кусок хлеба с маслом, и на «боинг». Главное, чтобы всякие уроды типа Богдана не мешали… Ну вот, мы потусовались немного в Лондоне, прослушали серию захватывающих выступлений об утилизации бытовых отходов… А потом Иржи пригласил меня в Прагу.

– Смотрю, ваш роман развивался очень быстро!

– Молниеносно. Всего через месяц после нашего знакомства Иржи преподнёс мне кольцо…

Вероника протянула руку для освидетельствования бриллианта. Было не так-то просто вычислить кольцо Иржи в сонмище разнообразных украшений, утяжелявших её пухлую грабельку.

– Как видишь, я чудесно устроилась в Европе. Управляю гостиницей и рестораном, собираюсь выкупить ещё два дома. Вкалываю, как зверь. Это то, что надо, самый смак. В полночь мы ещё не проводили последнего гостя, а в пять утра Иржи уже командует на кухне, а я терроризирую горничных. Обожаю, когда работы много. Будет ещё больше: планируем расширяться плюс повышать класс и гостиницы, и ресторана.