Эхо разрушенных судеб... - Юлия Иванина

-Можно было мне на ухо пошептать, зачем такие сложности, - толкнул его в плечо Хитрюк, - ну ты вообще! Столько дней молчал. А я и думаю, что это ты, как одержимый сталкер, искал её вчера по всему посёлку.

-Ты же знаешь, что не поэтому.

-Не заливай!

Романчук не ответил, только покачал головой и затушил в земле окурок. Но Илья был решительно настроен на разговор, а потому продолжал толкать его в плечо и нести какую-то чушь.

-Нет, ну надо же, оприходовал Котову и скромно помалкивает…

-Я сейчас тебя оприходую, если не заткнёшься или кому-нибудь сболтнёшь, - мрачно пообещал Егор.

-Да, ладно, не заводись, Егорыч, - хохотнул Илья, ни капли не испугавшись, его грозного вида, - я и не думал никому говорить. Просто пошутил.

-Шутник сраный, - недовольно скривился Егор и поднялся, чтобы продолжить путь.

****

А спустя всего час трое мужчин вместе с Широ стояли перед маленьким заросшим кладбищем. Могилок было мало – не больше десятка, кое-какие были ухоженными, с искусственными цветами и венками, другие же выглядели абсолютно заброшенными – поросшие высокой травой и кустарниками, посреди одной даже выросло дерево.

Дядя Юра ещё ничего не успел сказать, как Егор двинулся вправо. Это из рассказа отца он запомнил очень чётко. Всего несколько метров и за небольшим кустом он увидел две похожие могилки с памятниками из серого гранита, на которых были выбиты имена и даты рождения-смерти его бабушки и дедушки по линии отца. Он их совсем не знал, они умерли ещё до его рождения. Бабушки не стало, в тот год, когда родилась Маруся, а дедушки через пять лет после этого. Егор видел их только на фото в семейном альбоме.

Стало стыдно, что раньше никогда не настаивал, чтобы папа взял его с собой сюда. Ведь так нельзя, чтобы при живых родственниках за могилками никто не ухаживал и не навещал. Хотя они не выглядели не ухоженно, по сравнению с теми, на которых за кустами не видно было надписей на крестах и памятниках. Трава в гробничках была совсем небольшая, вокруг всё было посыпано песком, а в центре стояли похожие букетики цветов, у дедушки синий, у бабушки фиолетовый. Кто-то явно навещал его родственников, причём не столь давно.

-Я был здесь перед Пасхой, - тихо сказал дядя Юра, стоя позади Егора, - убрался и цветы принёс. Несколько раз в год сюда прихожу.

Егор только молча кивнул в знак благодарности. Ему пока не хотелось говорить. Он готовил себя к тому, что стоит ему повернуть голову, и одна из целей его приезда окажется прямо перед ним. Сердце стучало, как сумасшедшее, словно хотело пробить его грудную клетку.

Романчук медленно выдохнул и повернулся к небольшому холмику с обычным деревянным крестом, который с самого начала маячил на периферии его зрения. Просто холм и крест без каких-либо обозначений, под которыми покоилась жизнь его сестры и ужасная тайна, которую полжизни хранили отец с дядей Юрой. Егор знал, что должен отпустить всю злость, что ревела у него внутри и простить их, но пока не понимал как.

Могилка сестры тоже была ухожена и облагорожена. Рядом были даже посажены какие-то декоративные цветы. Какие бы чувства сейчас он не испытывал к дяде Юре, но чувство благодарности затмило их все.

-Спасибо, - сдавленно выдохнул Егор, не отрывая взгляда от места, где покоилась сестра, - спасибо, что не бросили её.

Дядя Юра только положил руку на плечо племянника, на мгновение крепко сжал его, а потом, сделав знак Илье, вместе с ним покинул кладбище.

Егор остался один, чувствуя, как волнение, печаль и отчаянье пытаются разорвать его грудь. Он медленно опустился на колени и приложил ладонь к прохладной земле у изголовья могилы.

-Привет, Маруся, - хрипло и надломленно прошептал он, - я так долго тебя искал.

Чувство нереальности происходящего не давало ему ощутить полный спектр своих эмоций. Он не мог до конца понять, что же сейчас творилось в голове и в сердце. Будто всё происходило не с ним. Он думал, что не сможет сдержать слёз, когда найдёт сестру, но сейчас глаза оставались сухими, а в голове не могло сформироваться ни одного слова, чтобы мысленно поговорить с Марусей.

Сколько он так просидел на коленях, склонившись над безликим холмиком, он не помнил, пришёл в себя только, когда рядом, тихо поскуливая, опустился Широ и положил морду на его колено. В глазах пса была такая вселенская печаль, что сердце Егора снова дало сбой.

-Я больше тебя не брошу, - тихо прошептал Егор, обращаясь к сестре.

Глава 22

Из-за пасмурной погоды темнеть сегодня начало раньше. Ярко-розовый закат на несколько минут вспыхнул у линии горизонта, а потом погас, окутывая всё вокруг серыми сумерками. Изредка срывался мелкий дождь.

Андрей уже собирался закрывать автосервис, когда на пороге его кабинета появилась она – его персональная головная боль, которая была замужем за непутёвым Славой.

-Привет, - глухо поздоровалась Яна, кутаясь в большой тёплый кардиган.

Андрей на мгновение оторвался от бумажек, внимательным взглядом окидывая женщину с ног до головы.

-Что-то хотела? – недовольно буркнул он, снова возвращаясь к своим записям, - Я собирался уже закрываться.

Яна неуверенно переступила с ноги на ногу и сделала шаг вперёд, прикрывая за собой дверь.

А Андрей почувствовал, как будто ему перекрыли кислород, так было душно находиться с ней в одном помещении.

-Слава здесь? – спросила женщина, поднимая глаза на Котова.

Мужчина глубоко вздохнул, встречая взглядом её синие печальные глаза, полные слёз.

-Нет. И не было со вчерашнего дня, - прочистив горло, ответил он.

Потом помолчав, спросил:

-Ты почему не в больнице?

Яна пожала худенькими плечами, сцепив пальцы в замок на уровне живота.

-Мне стало лучше, я написала расписку и ушла домой.

Андрей прикрыл глаза и едва слышно выругался. Но промолчал. Это не его дело. Она сама сказала ему когда-то, чтобы не смел у неё ничего спрашивать.

-Славы нет дома с тех пор, как я вернулась из больницы, - наконец, озвучила причину своего нахождения здесь Яна.

-Я не его нянька.

-Ты не мог бы ему позвонить? Он не берет, когда я звоню.

Котов снова выругался сквозь зубы. Она просто убивала его своими просьбами.

-Ты сама просила не лезть к вам, - сказал он,