Силла Бёрлинд - Прилив

Они приближались к району, который выглядел так же, как и виденные ими ранее по дороге. Редкие домики вдоль узкой высушенной дороги, в десятке метров наверх от моря. Ничего похожего на центр, не было даже перекрестка, а только пыльная дорога, идущая насквозь. Автомобиль затормозил, и Аббас вышел.

— Жди в машине, — приказал он.

Аббас пошел кругом, держа в руках маленькую папку с двумя фотографиями; на одной — жертва с Нордкостера, на другой — Дан Нильссон. Псевдоним Нильса Вента. Аббас довольно быстро обошел Маль-Паис. Путь его лежал прямо, а потом — той же дорогой обратно. Полное отсутствие баров. Несколько закрытых ресторанов на склонах, небольшие отели и берег. Пройдя вперед, назад и никого не встретив, Аббас спустился к берегу. Там он столкнулся с двумя маленькими мальчиками, игравшими в варанов, ползающих по песку и издающих странные звуки. Аббас знал, что у детей большие уши и большие глаза, когда они того хотят; по крайней мере, сам он в детстве был таким. Это помогло ему выжить в трущобах Марселя. Эль Фасси присел на корточки рядом с ребятами и показал фото Дана Нильссона.

— Большой швед! — мгновенно среагировал один из них.

— Знаете, где живет большой швед?

— Да.

Солнце быстро ушло на покой в колыбель океана и закутало Маль-Паис в вязкую темноту. Без сопровождения мальчиков Аббас не нашел бы среди деревьев незамысловатый деревянный дом. С ними найти его не составило труда.

— Вон там.

Аббас взглянул на красивое деревянное строение.

— Там живет большой швед?

— Да. Но его нет.

— Я знаю. Он уехал в Швецию.

— А вы кто?

— Я его кузен. Он попросил меня забрать вещи, которые он забыл.

Все это время Мануэль Гарсиа тихо следовал за Аббасом и мальчиками. Теперь он вышел из машины и приблизился к ним.

— Это его дом?

— Да. Пойдем.

Каждому из мальчиков Аббас дал по сто колонов и поблагодарил за помощь. Дети не уходили.

— Можете идти.

Мальчики не двигались. Аббас дал им еще сто колонов. Тогда они сказали ему «спасибо» и убежали. Аббас и Гарсиа открыли калитку и подошли к дому. Аббас предположил, что дверь заперта. И оказался прав. Он взглянул на спутника:

— Я забыл карту в машине.

Гарсиа ухмыльнулся. Раз он так хочет, пожалуйста. Нет проблем. Гарсиа отправился к машине и какое-то время там оставался. Увидев, как в доме загорелся свет, вернулся. Аббас открыл входную дверь изнутри: он выдавил одно из стекол на задней стороне дома. Быстро наступающая темнота хорошо скрывала такого рода вторжение. Вдобавок проснулись животные и зашумели на все лады. Птицы, обезьяны, не известные Аббасу приматы. Царившую несколько часов назад сухую тишину сменила влажная какофония тропического леса.

— Что вы ищете? — спросил Гарсиа.

— Документы.

Мануэль зажег сигарету и сел в кресло. Потом взял еще одну. И еще одну.

Эль Фасси был человеком основательным. Сантиметр за сантиметром осматривал он дом большого шведа. Не упустил даже каменную плиту под двуспальной кроватью и спрятанный под ней пистолет. Аббас его не тронул. К пистолетам у него не лежала душа.

Когда пачка сигарет кончилась, а Аббас в третий раз обходил кухню, Гарсиа встал:

— Поеду куплю немного курева. Тебе что-нибудь нужно?

— Нет.

Гарсиа вышел за калитку, сел в машину и уехал. Из Маль-Паиса он умчал к бару в Санта-Терезе, оставив за собой облако пыли. Когда пыль улеглась, из одного спускавшегося к морю переулка показался темный фургон. Автомобиль остановился между деревьями. Из него вышли трое мужчин. Крупных мужчин. Такие пришлись бы по вкусу стокгольмской наркомафии.

Под покровом темноты они пробрались к саду большого шведа и увидели свет в доме. Один из них достал мобильный и сделал несколько фотографий мужчины внутри. Двое других обошли дом.

Аббас опустился в бамбуковое кресло в гостиной. Ничего полезного он не нашел. Ничего, что могло бы помочь Метте. Ни бумаг, ни писем. Никаких мотивов для убийства Нильса Вента в Стокгольме. Никаких зацепок по береговому убийству, на что надеялся Стилтон. Дом был пуст, если не считать пистолет под кроватью. Аббас откинулся назад и закрыл глаза. Долгий перелет взял свое, в физическом плане. Мысленно он погрузился в мантру — метод, позволявший ему собрать внутренние силы, чтобы сконцентрироваться. Поэтому эль Фасси не услышал шаги людей, пробиравшихся через заднюю дверь: тихо, через дверь, в которую вошел он сам. Секунду спустя он услышал. Аббас плавно поднялся, словно осторожная тень, и проскользнул в спальню. Шаги приближались.

Гарсиа? Уже? Он слышал, как шаги теперь раздавались в комнате, где Аббас только что сидел. Двое? Кажется. Потом все смолкло. Знают ли они, что он тут? Возможно. В доме горел свет. Аббаса могли увидеть снаружи. Он прижался к деревянной стене. Может быть, соседи. Кто-то, кто заметил свет и открытую заднюю дверь. Кто-то, кого заинтересовало, что он делает в доме. А могли быть совсем другие люди. С другими целями. Почему он ничего не слышал? Аббас задумался. Те, снаружи, знали, что он в доме, а тут было не так много мест, где он бы мог находиться. Маленькая кухня полностью просматривалась из гостиной. Они видели, что там его нет. Значит, они поняли, что он именно тут. В этой комнате. Эль Фасси дышал как можно беззвучнее. Почему они не заходят? Стоять и ждать их? Тишина… Наконец Аббас решился и вышел в дверной проем. Двое внушительных мужчин стояли в паре метров от эль Фасси, направив на него не менее внушительные пистолеты. Они были невозмутимы.

— Кого вы ищете? — поинтересовался Аббас. Мужчины переглянулись: он говорит по-испански. Стоявший справа показал пистолетом на кресло, в котором Аббас только что сидел.

— Сядь.

Аббас посмотрел на дула, шагнул к креслу и сел. Вероятно, это костариканцы. Злые костариканцы. Грабители?

— В чем дело? — спросил он.

— Ты ошибся домом, — сказал мужчина слева.

— Он ваш?

— Что ты здесь делаешь?

— Убираюсь.

— Ответ неудачный, попробуй еще раз.

— Я ищу одну пропавшую вещь, — сказал Аббас.

Мужчины обменялись взглядами. Скользкий тип. Один из них достал тонкую веревку.

— Встань.

Это движение было у Аббаса в крови. Встать с кресла, немного наклонившись, опустив грудную клетку, и в этой позе действовать. Никто из мужчин не заметил движения, но один почувствовал, как узкий нож вонзился в горло и вышел через сонную артерию. Другому в глаз попала струя теплой крови. Он инстинктивно отпрянул в сторону, и второй нож глубоко проник в плечо. Его пистолет полетел на пол.

Аббас поднял его.

— ХУАН!!!

Мужчина с ножом в плече кричал, повернувшись к двери. Аббас тоже обернулся.

Третий напарник услышал крик, доносившийся из дома. На пути к калитке его осветили фары Гарсиа. Сгорбившись, Хуан спрятался в канаве у калитки. Около дома остановилась желто-зеленая машина, из которой вышел Гарсиа с сигаретой во рту.

«Надеюсь, странный швед уже закончил», — подумал он.

Это действительно было так.

Войдя в гостиную, Гарсиа увидел двух лежавших на полу мужчин. Он сразу их узнал: не раз видел на ориентировках и в бесконечных сводках костариканской полиции. Двое разыскиваемых мужчин. Один из них лежал в большой луже крови на полу и, вероятно, был мертв. Другой сидел, прислонившись к стене, и рукой зажимал истекающее кровью правое плечо. Странный швед стоял у противоположной стены и вытирал тонкие ножи.

— Взлом, — произнес он. — Я пройдусь до Санта-Терезы.

Аббас знал о третьем. Он знал — вернее, предполагал, — что где-то в темноте третий преследует его. Он также знал, что до Санта-Терезы ему предстоит длинный путь по широкой, совсем не освещенной дороге. Эль Фасси полагал, что третий понял, что случилось с первым и вторым. Особенно после того, как Гарсиа выбежал наружу, схватил мобильный и переходящим в фальцет голосом оповестил полицию половины полуострова Никойа:

— Маль-Паис!!!

Третий тоже наверняка это услышал.

Аббас был крайне сосредоточен, когда шел по дороге. Спиной к третьему. Метр за метром, мимо тихих темных дюн, приближаясь к далекому свету Санта-Терезы. Он знал, что рискует получить пулю в спину. От нее никакие ножи не спасут. В то же время ему пришла в голову мысль, что третий вместе с остальными выполнял какое-то задание. Они не были грабителями. Зачем трем грабителям забираться в дом, который уже у ворот кричал о своей бедности, в то время как вокруг на склонах были дома гораздо более привлекательные, зажиточные и лучше запрятанные в лесу?

Троица что-то искала. В доме убитого Нильса Вента. Что?

Бар назывался «Good Vibrations Ваr».[31] Меркантильный плагиат, с которым группе «Бич Бойз» пришлось смириться. Калифорния далеко. Но, может быть, американские серфингисты предавались ностальгии, когда заглядывали в зачуханную проспиртованную дыру в Санта-Терезе.