Шоу семейных секретов - Галина Владимировна Романова

– Разве такое возможно? – возмутился Илья.

– Видимо, да. Раз у нее все получилось, – усмехнулась она его наивности. Снова повернувшись к Кире, Александра ткнула пальцем в стол. – И теперь она состоятельная мошенница, живет в ее доме и спит с ее мужем. Воровка! Вы должны… Просто обязаны призвать ее к ответу! Она не меняла гражданства. И вы имеете право задержать ее!

– Возможно, – проговорила Кира задумчиво.

В ее голове что-то рождалось. Какие-то мысли бродили. Илья не мог их угадать, но понимал, что она хочет как-то использовать эту, по сути, бесполезную информацию.

– Возможно?! Да она совершила аферу года! Обманула мою сестру!

– Да, но мы об этом не можем знать наверняка. Возможно, она действовала по договоренности с Элеонорой Суворовой. Заявления о присвоении денежных средств от пострадавшей стороны мы теперь не дождемся, поскольку ваша сестра – мертва.

– Вот если сам Суворов напишет заявление, тогда… – вставил Илья, поняв ход мыслей Киры. – Тогда мы можем дать делу ход.

– Женька? Напишет? – фыркнула Александра и недоверчиво покачала головой. – Чтобы он заявил на свою шлюху? Сомневаюсь…

– Я не уверен в этом, – помявшись, проговорил Суворов, когда его привезли из следственного изолятора на допрос к ним в кабинет. – Шуре свойственно преувеличивать и перевирать действительность.

– Но мы можем сделать запрос через Интерпол, – с осторожной улыбкой пообещала Кира. – И когда сведения подтвердятся, Карина будет выглядеть весьма…

– Да нечего вам ей предъявить, пока заявления от пострадавшей стороны не будет. – Суворов вяло пожал плечами. – Пострадавшая сторона – я. И заявление должно быть от меня.

– А вы его писать не желаете? – подпер щеку кулаком Илья, рассматривая бизнесмена.

– А что мне с этого? Деньги все равно не вернете. Только с родственницей рассоримся и…

– Завтра оглашают завещание, насколько мне известно, – с легкой запинкой начала Кира. – Вам бы наверняка хотелось при этом присутствовать.

Суворов молча сверлил ее злым взглядом.

– Мы могли бы с вами договориться. Вы нам – заявление на кузину вашей жены. Мы вам – освобождение из-под стражи под подписку о невыезде. Так как, Женя, договоримся?

Глава 32

– И где же душеприказчик?

Все собравшиеся в гостиной большого дома Суворовых резко обернулись на голос хозяина.

– Папа! – обрадованно улыбнулась Эльза.

Эдик промолчал, просто кивнув. Внезапное освобождение отца из-под стражи он счел очередной полицейской игрой, уловкой, способной кому-то из них навредить. Почему-то ему думалось, что пострадавшим станет он. У него все утро было плохое предчувствие. И насчет завещания матери. И насчет своей дальнейшей судьбы.

Эдик заранее считал себя проигравшим.

– Женя! – широко улыбнулась наглая Карина и потянулась к нему.

Суворов лишь скупо кивнул и обошел ее стороной, сев на главное место за большим овальным столом, который по этому случаю выдвинули на середину. Он выразительно глянул на Александру, смотревшую на него, никого не стесняясь, с откровенной ненавистью.

– Снова соскочил? – улыбнулась она ядовито и поправила кружевной воротник на широкой черной блузе. – Кто помог на этот раз? Твой адвокат или… пришлось пойти на сделку со следствием?

– Сделку? – подхватила Карина и неожиданно нервно заерзала на стуле. – Что за сделка со следствием, Жека? Что это значит?

Он проигнорировал ее вопрос, не отрывая взгляда от дверного проема, где вот-вот должен был появиться нотариус.

– А это значит, дорогая наша сестрица, что твой Жека слил кого-то. – Ядовитая улыбка Александры стала шире. – Поделился с полицией какой-то информацией, которая ему не навредит, но станет для них полезной.

– Овца… – прошипела Карина и замолчала, уставившись в стол.

Ее выбеленные зубы тут же принялись терзать губы.

– Сама такая, – ответила с легким смешком Александра и даже по-детски показала ей язык, добавив напоследок: – Может, тебя слил, сестрица.

– А чёй-то! Меня даже в стране не было, когда у вас тут такое началось! – Она взмахнула руками.

– Ты и в своем зарубежье много чего могла наворочать. Разве нет? – перегнулась к ней через стол Александра и, вытянув руку, похлопала по ладошке. – Так что, Кариночка, не спеши занимать кровать Элеоноры. Может, Женечка тебе другую койку подготовил.

– Это какую же? – Она резко отдернула руку.

– Тюремную!

Карина набрала полную грудь воздуха, чтобы ответить достойно, но вдруг с места встал Эдик.

– Заткнитесь, прошу вас! – еле сдерживая себя, прошипел он и приставил ребро ладони к своему кадыку. – Достали, честное слово! Сейчас огласят завещание, и чтобы я вас больше не видел в этом доме!

– Хозяина из себя не корчь, – шепнула с холодной улыбкой Эльза, когда он уселся на место. – По мне, так пусть цапаются. Тоже развлечение. Шоу! Шоу о семейных секретах. Меня заводит.

– А меня нет, – огрызнулся он.

В гостиную вошел нотариус – невысокий худощавый мужчина с обширной лысиной и неприметным лицом. Он был в дорогом костюме, с кожаным портфелем в руках. Вел себя суетливо, словно виновато. И сразу прошел на главное место, которое ему тут же уступил Суворов.

– Мы вас заждались, – с упреком проговорил Эдик.

– Извините. Меня немного задержали. – Он осмотрел острым взглядом всех присутствующих и добавил: – Господа полицейские остановили у ворот, они непременно захотели поприсутствовать. А, вот и они. Думаю, никто не будет против.

В гостиную вошли Кира с Ильей, коротко поприветствовали всех и сели у двери на предложенные стулья.

Эльза нахмурилась и промолчала. Эдик подумал, что его утренние нехорошие предчувствия сбываются и копы здесь не просто так. Готовится какая-то гадость. Карина вытянула спину струной. Александра глумливо ухмылялась.

– Приступим?

Нотариус нацепил на нос пенсне – самое настоящее и по виду старое-престарое. Может, по наследству передавалось, как талисман удачи. Об этом Эдик тоже успел подумать, прежде чем душеприказчик принялся читать.

Документ был коротким, как ни странно. И не всех устроило его содержание.

– И это все?! – ахнула Эльза, когда ее имя так и не прозвучало. – А я?

– К сожалению, вы не упомянуты в завещании моей клиентки. – Нотариус глянул на нее поверх старинного пенсне. – Но для вас есть письмо.

Он вытащил из папки запечатанный конверт и протянул ей:

– Это ваша мама написала вам.

– Пусть она идет в жопу со своими посланиями! – взвизгнула Эльза, вскакивая.

Она уперлась в стол крепко сжатыми кулаками и обвела взглядом всех, кто сидел за ним.

– Папе дом. Эдику все, чем она владела. Карине какие-то счета. Даже тете Шуре один из салонов красоты завещала. А мне?! Мне письмо?! Офигенно, ребята! Подстава какая-то! Это не ее завещание! Не верю!

– Сожалею, но этот документ составила ваша мать.

Нотариус принялся складывать бумаги в папку, папку убрал в кожаный портфель,