Отсюда не выплыть - Лорет Энн Уайт
– Шарлен…
– Господи, как хорошо видеть тебя живой и здоровой! А я уже начала беспокоиться! – проговорила Шарлен с густым австралийским акцентом.
– Почему бы мне не быть живой и здоровой? Что ты имеешь в виду?
– Сегодняшние утренние новости… Ты что, ничего не слышала? Трагедия в Джеррин-Бей. Женщина попала под гидроцикл и погибла. Я только что разговаривала с подругой, которая тоже живет в Ванкувере, и она мне все рассказала. Знаешь, в первую минуту я решила, что эта женщина – ты! По телику сказали, что погибшая переплывала бухту как раз в то время, когда ты там тренируешься, – и у нее тоже были розовая шапочка и желтый буек. Ну в точности как у тебя! Нет, я знаю, что страховочные буи бывают разных цветов, но на твоих последних фотках ты была в розовой шапочке и с желтым буем под мышкой, и я подумала… Ну, слава богу, что это не ты!
Джемма как загипнотизированная уставилась на яркие губы Шарлен. Над домом снова прошел вертолет; грохот его винтов отдался у нее в голове тупой ломотой. Снаружи дождь барабанил по плитке патио. Кровь стучала у нее в ушах.
Джемма сглотнула и слегка прочистила горло.
– К-как… Что произошло?
– Так ты не знаешь?
– Нет. Я только что вернулась домой после…
Слово замерло у нее на губах.
– Подумать только, Джем, ты – там, а я здесь, в Брисбене, и это мне приходится рассказывать тебе о том, что произошло, считай, у тебя на заднем дворе… – Шарлен рассмеялась, но, видимо заметив что-то по лицу Джеммы, сразу стала серьезной. – В общем, какой-то мужик в черном гидрокостюме – свидетели утверждают, что это был именно мужчина, – нарочно наехал на полной скорости на женщину, которая плыла через Джеррин-Бей, а потом скрылся.
– Вот как?..
Джемма подумала о мокром гидрокостюме в сумке Эдама, о странной истории с красно-бело-синими номерами, о явном испуге мужа, о его трясущихся руках, разбитом стакане и прочем. Хотела бы она знать, что все это значит!
– Ну что, начнем? – бодро спросила Шарлен.
– А… они уже нашли гидроцикл и водителя?
– Когда я в последний раз смотрела новости, там сказали, что поиски до сих пор продолжаются. К ним подключились военные, воднотранспортная полиция и еще кто-то…
Джемма почувствовала, как заломило в висках. Похоже, у нее подскочило давление.
«Нет, это полная чушь, – подумала она. – Этого не может быть! Или… может?»
Джемма вспомнила, как предъявила мужу ультиматум. Как пригрозила разоблачить его мошенничество с федеральными средствами, которое совершенно точно стоило бы Эдаму его врачебной лицензии – или даже свободы. Да, он согласился на все ее требования, но что, если это было только притворство? Что, если на самом деле он вовсе не порвал с Глорией?
Нет… Эдам мог солгать, но ни за что на свете не пошел бы на то, чтобы убить ее ради любовницы и сына. Джемма хорошо знала мужа, знала, какой он эгоист, знала, что на первом месте для Эдама всегда только он сам. Но с другой стороны… Ведь это она должна была плавать сегодня утром в Джеррин-Бей в розовой шапочке. Джемма помнила, какими глазами Эдам уставился на оранжевую шапочку у нее в руках, когда она вернулась.
– Кто это? – спросила Джемма в микрофон. – Ну, женщина, которая погибла?
– Понятия не имею. Именно поэтому я беспокоилась о тебе. А теперь давай займемся нашим делом, мы и так уже задержались. Готова начинать?..
Джемма кивнула и, сглотнув вставший в горле комок, постаралась собраться, но разум ее блуждал, рисуя картины одна другой страшнее, а поселившееся под ложечкой ощущение тревоги постепенно усиливалось. Она бросила взгляд за окно и вздрогнула – сквозь пелену дождя Джемма увидела неприметный коричневый седан, который медленно, словно крадучись, ехал вдоль улицы. Внутри сидели двое, но кто именно – Джемма не разглядела.
– …А сегодня, специально для наших слушателей во всем мире – вот только не надо ворчать про разницу во времени, потому что я уверена: вы нас все равно смотрите, сколько бы ни показывали ваши старые часы на комоде! – мы пригласили к нам хорошо известную Джемму Джейн Спенглер! Рады видеть тебя, Джемма!.. Добро пожаловать на наш канал «Будь лучшей, детка!».
Джемма выпрямилась в кресле, приподняла голову и слегка вытянула шею, чтобы продемонстрировать зрителям четкую линию подбородка и замаскировать морщины на горле.
– Для меня огромное удовольствие быть у тебя в гостях, Шарлен. Большое спасибо, что пригласила меня сегодня.
Внизу зазвенел дверной звонок, потом кто-то громко постучал в дверь. Бу и Свити под столом проснулись и ринулись из студии, оглашая дом звонким лаем.
Звонок повторился. Потом снова раздался стук – громкий, настойчивый, и снаружи кто-то что-то прокричал. Голос был мужской, но слов Джемма не разобрала.
После…
Эдам стоял в душе и в третий раз намыливал и тер мочалкой покрасневшую кожу, как будто вода могла смыть все то грязное, злое, стыдное, жестокое и уродливое, что, словно деготь, сочилось из каждой поры на коже. Он как раз споласкивал волосы, когда до его слуха донесся какой-то посторонний звук, как если бы кто-то со всей силы колотил кулаком в дверь. Опустив лейку душа, Эдам прислушался. Стук повторился, потом раздался звонок в дверь. Кто-то пришел?.. Сердце его учащенно забилось, ледяной страх растекся по жилам. Эдам знал, что утром прийти к нему – к ним – домой мог только тот, у кого есть для этого важная причина.
Сражаясь со сковавшей мышцы паникой, он выключил воду и, едва не поскользнувшись в скопившейся в поддоне мыльной воде, потянулся за купальным халатом. С трудом просунув руки в рукава, он торопливо завязал пояс, продолжая прислушиваться к стуку в дверь, перемежавшемуся резкими звонками. Потом кто-то прокричал несколько слов.
Выйдя из ванной, Эдам осторожно выглянул в окно. В переулке напротив их подъездной дорожки стоял коричневый седан.
В дверь снова заколотили, и он поспешил в гостиную.
– Эдам Спенглер, откройте! Полиция! – раздалось от двери, и Эдам застыл, словно парализованный.
Что делать?.. Бежать? Выскочить из дома через черный ход? Ему отчаянно хотелось броситься прочь, и будь что будет, но он понимал, что это глупо. Подобный поступок выдаст его с головой, а у полиции и так имеются какие-то подозрения, иначе копы не ломились бы сейчас к
