Продавец секретов - Ли Чжонгван

пластиковые бутылки и другой мусор, а мотоциклист, уворачиваясь от летящих отходов, вынужден был снизить скорость, и расстояние между ними увеличилось.

Дэён спокойно наблюдал за ним через зеркало заднего вида. Образ мужчины, так умело переключающего передачи, естественным образом наложился на следы, найденные в офистеле На Тэгона. В тот день детектив заметил, что следы на земле были стерты лишь на треть. Уже тогда это показалось странным, не похожим на обычные следы. Теперь же он понял: на подошве именно в этом месте стирается рисунок, когда водитель ставит ногу на подножку и нажимает на рычаг переключения передач. Теперь Дэён был уверен, кто именно обчистил ящики в квартире Тэгона. Это был этот мужчина. Дэён почувствовал, что поймал крупную рыбу даже без наживки.

Мотоцикл снова приблизился почти вплотную к его машине. Дэён резко ударил по тормозам, чтобы напугать преследователя. Мотоциклист продолжал преследовать Дэёна. Как только дорога стала шире, мужчина уверенно прибавил скорость, поравнявшись с водительским окном.

– Останови машину! – крикнул он.

Дэён будто только этого и ждал, резко вывернул руль, прижимая мотоцикл к бордюру. Тот ускорился, обогнал машину и вырвался вперед.

«Нельзя допустить, чтобы мужчина пострадал», – подумал Дэён, включая аварийку и останавливаясь. Как только он заглушил двигатель, мужчина в шлеме слез с мотоцикла и, раздвинув телескопическую дубинку, пошел к машине.

Дэён лихорадочно осмотрел салон: ни в бардачке, ни в консоли не оказалось ничего, что можно использовать как оружие – ни газового баллончика, ни дубинки, только пластиковая бутылка с водой, которая не годилась для защиты.

– Знай я, что произойдет что-то подобное, взял бы что-нибудь с собой.

Дэён нашел в бардачке стопку каких-то старых документов, и, не придумав ничего лучше, туго скрутил их, чтобы можно было хоть как-то отбиться.

Мужчина в шлеме ударил телескопической дубинкой по лобовому стеклу, и оно рассыпалось на мелкие осколки, закрыв обзор.

– Вот же сволочь! Я же аварийку включил, стекло-то на кой черт разбивать?

Мужчина продолжал бить дубинкой по капоту. Гул усиливался с каждым ударом. Дэён отодвинул спинку сиденья, стараясь спрятаться. Он ждал, когда мужчина заглянет внутрь.

Над водительским сиденьем раздался глухой удар. Вдруг мотоциклист нагнулся и стал смотреть в салон. Дэён отреагировал не сразу. Он медленно поднялся и резко ударил мужчину в нос своим свертком. Тот отшатнулся и упал. Дэён с силой распахнул дверь машины и выбил ногой дубинку из его руки.

Мужчина не успел прийти в себя. Дэён быстро достал наручники и надел их на запястья. Мотоциклист смотрел на него пустыми глазами, словно не понимал, что происходит.

– На Тэгона знаешь? – спросил Дэён.

Только тогда мужчина начал приходить в себя. Его взгляд стал осмысленным.

– Да, знаю, – ответил он.

– Что ж, вы арестованы по подозрению в убийстве господина На Тэгона. У вас есть право хранить молчание. Все, что вы скажете, может быть использовано против вас в суде. Вы имеете право на адвоката и обратиться в суд с просьбой о пересмотре меры пресечения. Вам все понятно?

– Я его не убивал, – заявил мужчина.

Дэён посмотрел на подошвы его обуви. Как он и ожидал, рисунок примерно на треть был стерт по прямой линии – в точности как тот след, что остался на полу в офистеле На Тэгона.

– Ты ведь недавно был в офистеле На Тэгона, я прав?

Глаза мужчины забегали, он явно пытался придумать оправдание. Дэён терпеливо ждал, не торопя его. Он знал, что чем больше человек лжет или выкручивается, тем легче выявить противоречия в его словах.

– Да, я был там в тот день. Но… Я его не убивал.

– Значит, ты не подозреваемый, а просто свидетель? – уточнил Дэён. – Хорошо, что ты видел?

– Когда я пришел, там уже было все в крови.

– Еще что-то?

– Это все. Тело я не видел.

– А зачем ты туда приходил?

Мужчина снова замолчал, пытаясь придумать правдоподобный ответ, но Дэён понимал, что нельзя давать ему на это время.

– Пока что ты держишься, да? – продолжил Дэён. – Как только я отвезу тебя в участок, все будет кончено. У нас есть доказательства, и неважно, убивал ты или нет. Куча детективов хотят побыстрее закрыть дело.

– Я правда его не убивал, – повторил мужчина.

– Те, кто убивает случайно, все равно чувствуют вину. И в конце концов признаются в содеянном. Но те, кто просчитал все заранее, никогда не признают своей вины. Почему? Потому что им уже нечего терять.

– Я действительно ходил в офистель по поручению конгрессмена. Я знал, что он планирует сменить партию, а На Тэгон внезапно взял отпуск, никого не предупредив об этом заранее. Конгрессмен воспринял это как дурной знак. Поэтому он велел мне забрать документы, которые хранились у На Тэгона. Если бы ассистент остался в оппозиционной партии, эти документы могли бы стать опасным оружием против него.

– Мотив преступления раскрыт, заказчик найден.

– Нет, все не так. Я просто хотел забрать документы. Я не знал, что На Тэгон будет дома.

– Но он там был. Началась драка, и ты убил его.

На месте происшествия не было следов борьбы, следы мужчины и пятна крови не пересекались. Но необходимо было на него надавить, чтобы узнать правду.

– Когда я пришел, там была только кровь. Документов уже не было.

– Следов взлома не было. Выходит, тебе просто открыли?

– Я не в первый раз приходил в офистель Тэгона по поручению конгрессмена, так что код от входной двери я давно знал.

Дэён немного расслабился. Судя по следам на полу, после обыска стола тот, кто вошел, ушел тем же путем, не оставив ни малейших следов борьбы.

Все совпадало с тем, что говорил мужчина. У него не было времени на то, чтобы расчленить тело. Судя по записям с камер, он провел в квартире На Тэгона около десяти минут. Он не убийца.

– На месте преступлния нашли твои следы. У тебя был мотив, ты точно там был в день убийства. Как только ты попадешь в руки следователей, на тебя сразу же повесят убийство. Я дам тебе еще один шанс. Кто его убил?

– Я правда не знаю. На Тэгон был довольно неприятным человеком. Он держал компромат не только на Чан Воншика, но и на других политических деятелей.

– То есть у него было много врагов, не только конгрессмен Чан?

– Если от тела избавились, это было преднамеренное убийство. Документы тоже исчезли, причина ясна. Это вывод, к которому я пришел, о чем и доложил.

– Ты ничего не выносил из квартиры?

– Когда я пришел, не было ни одного документа.