На шестом этаже мужчин нет - Наталья Вячеславовна Андреева

А сам ты, когда права получишь? Спрятался за девушку. Переложил принятие ну абсолютно всех решений на нее.

– Ничего я не переложил! Просто Алла привыкла во всем быть первой! А я наоборот, вторым! Психотипы у нас такие!

– Женя, ты не заболел? – испугалась мама.

– Нет. Лекцию, вот читаю. Мне надо как-то фигурантов квалифицировать.

– Так может, папе дать телефон? Он обязательно поможет.

«Сам справится, не студент», – сердито сказал отец, и Снегин понял, что поставили на громкую связь. И следователь по особо важным делам Снегин Юрий Евгеньевич слышит каждое слово сына. Но мама была не согласна:

– Помоги ребенку, Юра! – требовательно сказала она. – А то он эти психотипы неправильно определит и получит двойку!

– Я не ребенок! – напомнил Снегин. – «Вот именно», – сказали басом на заднем плане.

– Значит, и картошку копать можешь, – ехидно добавил отец. – Раз ты мужчина.

– На кой вы вообще ее посадили?!

– Мы экспериментируем, к пенсии готовимся, – мама опять оттерла Юрия Евгеньевича от телефона. – Не слушай его, сами выкопаем.

– Да приеду я! Дайте только с курсами разобраться! – взмолился Снегин. – Я уже месяц не был в бильярдном клубе!

– Ладно, отдыхай, – сжалилась мама и дала отбой.

Отдыхай?!

Он, сопя от обиды, открыл ноутбук. С надеждой клацнул на папку, названную «Диплом». А вдруг там само все написалось? Шиш! Чудеса только в сказках бывают. Снегин взял себя в руки и принялся описывать фигурантов. Параллельно пытаясь их квалифицировать по психотипам.

С Ольшанским понятно: истероид. Этому психотипу прежде всего важна персонификация любого пространства, где он находится. Взять Пашину квартирку: уникум! И он ценит то, чем отличается от других. Оригинальность. Индивидуалист, короче. Которого не заставишь в офис на полную ставку ходить.

Валерия Паленица явная психопатка. А так-то гипертим. Который ценит активное движение, новые эмоции, общение, коммуникации. Такие люди нередко становятся предпринимателями. Или блогерами. Для них внимание публики необходимо, как воздух.

А вот Арина? Какая она? Эпилептоидный тип или паранояльный? Для первого важны контроль, статус и власть. Стабильность, сила, традиции. Вторыми движут идеи и цели. Они могут добиться многого, и порою имеют даже сверхидеи. Карьеристы, короче.

Селезнева определенно карьеристка. Лидер. Безоговорочный номер один. И если ее остановили на полпути… А что? Могла! Как и Ольшанский с Паленицей.

Есть еще альпинист, наверняка шизоид. Которые отстранены от окружающих и реальности и часто уходят в себя. Владимир раньше в горы уходил, а потом на крыши многоэтажек. Лежал там в одиночестве, в синее небо глядя, загорал. Для работы промальпом нужен определенный психотип, тот же Паша Ольшанский на веревке над бездной не повиснет. Истероид.

А вообще все на тоненького. Рамки этих психотипов сильно размыты. Также как редко встречаются в природе чистые холерики с меланхоликами. И как по психотипу вычислить убийцу?

«Напрягись, – приказал себе Снегин. – Профайлинг это видимо тренд, потом появится другой, и пошлют учиться на какого-нибудь психолога нейросетей. А что? В последние время это они всем рулят. У каждой уважающей себя компании есть чат-бот. Тут важно правильно промпт написать. Техзадание. Взглянуть на тему глазами ИИ».

Но до чего же разные люди эти четверо! Вот повезло на фигурантов! И кто же из них убийца?

Снегин квалифицировал инцидент как непреднамеренное убийство. Вспыхнула ссора. Преступник вышел из себя. Действовал спонтанно. Значит, не альпинист. А если он висел на тридцать шестом, слушал, как ругаются Варя с Пашей и постепенно закипал? Вспоминая погибшего друга.

Что это за гидроксихло… Тьфу! Опять забыл слово!

Он набрасывал профиль преступника, мучаясь мыслью о загадочном предмете, который странным образом оказался в розовом кружеве Вариного пеньюара. Белый мазок – известка или соус? А, может, белая краска? Раз ни следа органики. Или майонез – чистая химия нынче.

С грехом пополам Снегин набил половину дипломной работы, размазывая и без того жидкую манную кашу, то бишь доказательную базу по тарелке. Листов-то десять надо накропать.

Блямкнул месенджер. Наконец-то! Алла написала, что прилетает в Шереметьево. Рейс, разумеется, стыковочный. Прямых из Парижа нынче нет.

«Надеюсь, все пройдет гладко, без задержек, и я успею», – прочитал Снегин.

Который тоже на это надеялся. Обнять завтра на выходе из стерильной зоны любимую девушку.

Поняв, что больше ничего сегодня родить не удастся, в плане текста, Снегин засобирался на тренировку.

– Какие люди! – встретили его улыбками друзья-соперники.

– Наконец-то ты о нас вспомнил, великий Евгений Снегин!

– Грустно тебе, небось, в подвале турнирной таблицы?

– Можем дать фору.

– Не хочется тебя терять…

Он слушал и тоже улыбался. Ну, его, этот профайлинг! И вдруг пробила мысль. Я же их невольно квалифицирую по психотипам! Ванька-чемпион ну точно эпилептоидный тип! А Сашка, тот шизоид, весь в своих фантазиях. У него и лицо отрешенное, когда шары забивает в лузы. А какие фантастические комбинации! Это потому что шизоид…

Диплом упорно не выходил из головы. Снегин прицелился в черный шар и невольно сакцентировал внимание на своей руке. Вспомнил, как ходил с маникюром. И отчего-то заволновался.

Разгадка была близка. Она катилась по зеленому сукну в образе черного шара. Который чуть помедлил, но сполз-таки в лузу. Снегин выдохнул.

Партия!

Он знал, куда поедет в понедельник утром.

***

«А вдруг я ее пропущу? – Снегин напряженно вглядывался в лица людей, которые катили за собой разноцветные чемоданы и чемоданчики, поправляли на плечах лямки объемных рюкзаков, прилаживали поудобнее тяжелые сумки.

Некоторые чемоданы были огромными, они горой лежали на багажных тележках, и Снегин всерьез испугался, что пропустит Аллу. Они никогда еще не расставались так надолго. Снегин вообще побоялся, что не узнает ее. Нервно полез в смартфон, отыскивая зачем-то Аллину фотку, и тут же устыдился этого.

«Да что со мной происходит?!»

Он вдруг осознал, насколько они хрупкие, их с Аллой отношения. Что ей всего двадцать, а он на десять лет старше. Аллин папа был почти что олигархом, а Снегин родился в старой пятиэтажке, и его с детства жучили: учись хорошо, это твоя главная задача. Алла училась гораздо лучше, хотя ее не жучили. И не наказывали. Потому что это Алла. Звезда.

И он увидел ее сияние издалека. Алла шла одна, и Снегин понял, что она вернулась в Москву пораньше только из-за него. Потому что лето еще не кончилось, и Полине пока не предложили новую роль. А в кресле гендира сидит неотразимый Лео, замещая Антонова.

Что касается мамы, Анастасия Сергеевна не планирует возвращаться в Россию. Новый муж, новая жизнь в новой стране. И старые воспоминания о том, кто навсегда украл сердце Насти Петровской. Которое похоронено вместе с этим человеком. А