День писателя - Анна Велес

в это дело. Знаю, что денег тебе и без меня хватит, но мне была бы интересна эта инвестиция. Хочу создать себе еще один источник почти пассивного дохода.

— Почему нет? — Ирка довольно улыбнулась. — Будем деловыми партнерами?

— Надеюсь, все же еще и останемся подругами, — заметила Алина. — Это мое условие.

— Принято, — с картинной серьезностью заявила будущая бизнес-леди. — Что-то еще?

— Да, — писательница стала серьезной. — Еще ты дашь мне одно обещание.

Ирка не спросила какое, просто ждала. Как-то немного настороженно.

— Ты можешь его простить, но не позволишь ему вернуться, — строго наказала Алина. — К тебе. В твою жизнь на прежних условиях. Лучше, чтоб не возвращался вообще ни на каких. Поняла?

— Обещаю, — тут же уверенно кивнула Ирка. И снова отвела взгляд, нахмурилась. — Вообще…Я думала, ты потребуешь больше никогда не лезть в твое творчество. И я бы точно поклялась. Никогда себе такого больше не позволю.

— Ну… — писательница чуть усмехнулась. — Искушение заключить и такой договор велико, только… Бизнес есть бизнес. Выгода важнее. У меня к тебе еще дело. Как раз по части творчества.

— Что? — подруга выглядела растерянной. Редкое зрелище.

— Буду честной, — Алина позволила себе легкую иронию. — В соавторы я тебя, конечно, не возьму. Извини. А если серьезно…

Она чуть помолчала, собираясь с мыслями.

— Видишь ли, — начала писательница. — Я давно мечтаю написать что-то про родной город. Что-то такое… В общем, исторический детектив. Есть идея для первого романа. Есть персонажи. Хочу восстановить картину жизни здесь где-то в конце девятнадцатого века. И думаю, это будет серия.

— Ничего себе! — восхитилась Ирка. — Но это тебе столько копать… Надо же столько узнать! Это тебе не банальные знания по краеведению, как раньше назывались улицы! Буквально, где чей дом стоял, где какая церковь и прочее-прочее. Фамилии, люди, учреждения.

— Вот! — улыбнулась Алина. — Только копать не мне, а нам. Как я предполагаю.

— Да запросто! — тут же загорелась подруга. — Я могу часами бродить по архивам. Да и… Я еще и рисую неплохо. Могу составлять схемы, какие-то важные места как раз зарисовывать, если снимков нет. И знаю пару сайтов, где точно есть старинные фото. Да можно тебе хоть весь город восстановить, каким он был.

— Заметано, — победно произнесла писательница. — Как выпишут, можешь начинать. В перерывах между войной с подрядчиками, кто будет переделывать твой паб в клуб.

— Хорошо… — Ирка уже явно обдумывала новую задачу. — Но… Алин… Слушай…Там же еще все эти термины…Ты хоть знаешь, как правильно назывались люди, кто тогда расследовал преступления? Жандармы или как-то там еще?

— Пока нет, — почти беспечно отозвалась подруга. — Но при должном везении, этим поможет кое-кто еще.

И прежде чем Ирка успела засыпать ее вопросами, Алина поспешила распрощаться. Клятвенно пообещав навестить подругу через пару дней. И желательно уже дома, а не в клинике.

Размеренно шагая по улицам, наслаждаясь апрельским теплом, сама писательница не слишком верила в то самое везение. Ведь по-хорошему у нее не было ни малейшего повода хотя бы позвонить Савелию. Сам он тоже не рвался общаться. Да и ладно. Она найдет, как выяснить все, что ей нужно для нового сюжета. И уж тем более — на кого потратить свой сарказм. Например, на Гриню, кто бездельничает дома.

Оказалось, дядя не маялся без дела. Он пил. Один. Сидел в кухне с бутылкой коньяка и какими-то подгоревшими тостами и остывшими сосисками на тарелке. Алина не любила задавать лишних банальных вопросов. Просто достала второй стакан, бутылку вина для себя, так как не любила коньяк, уселась напротив.

— Знаешь, — выдал Григорий, без ожидаемых жалобных нот, просто немного грустно. — Вот когда задержали Егора, когда ты злилась из-за Ирки, я как-то удивлялся слегка на тебя. Он нам родной. Меня вот это убивало. А еще то, что он мог навредить тебе. Конечно, за Ирку тоже было обидно. Но уже в третью очередь. А ты, наоборот, думала, прежде всего, именно о ней.

— Она моя подруга, — весомо напомнила девушка. — Лучшая. Это тоже родство. Или, может, даже важнее.

— И я о том, — кивнул ей Гриня. — Когда за друзей обидно, это правильно. А если друзья оказываются, как наш Егор… Оказывается, больнее, чем с родственниками.

Он схватил свой стакан, отпил приличную дозу коньяка, поморщился, с какой-то унылой брезгливостью глянул в сторону своей закуски, потом снова посмотрел на племянницу.

— Труп у твоей двери все же не случайность, — сообщил Григорий. — Это так… Небольшой мне «подарочек». Мелкая пакость, или что-то вроде того.

— Совсем не мелкая, — возразила девушка. — И вообще, каким бы при жизни козлом этот Капустин ни был, человек все же. Убийство совсем не мелочь.

— Конечно, — поспешил согласиться ее дядя. — Я сейчас только про место, где его нашли, говорю.

— Но как труп у моей двери мог тебе принести неприятности? — несколько удивилась Алина. — Ты был там, на раскопках. А он тут.

— Тот, кто его здесь убил, думал заодно напугать тебя, — пояснил Гриня. — Втянуть в дело, может даже, навести на тебя подозрения. Думаешь, такой расклад мне был бы приятен? Вот в этом и есть смысл пакости.

— Получилось не очень, — рассудила девушка. — Ну, и кто этот умник?

— Его зовут Серега, — отпив еще коньяку, стал рассказывать дядя. — Помнишь, я говорил, что на последние раскопки мы с приятелями ездили? Ну, с теми, кто хотел заодно проверить клад в бункере? Наша веселая компания. Четверо нас. Знаем друг друга давно. Общаемся, плюс деловые интересы. И общее хобби. Серега один из них.

— Капустин, пока был у вас, успел и ему чем-то сильно насолить? — предположила Алина.

— Как раз Сереге, ничем! — заявил Гриня, явно все же начиная злиться на приятеля. — Он остался чуть ли не единственным, кого ныне покойный не достал. Фишка в другом. Снова все банально. Дело опять в деньгах! Помнишь, я рассказывал, что мы с приятелями, вот как раз этой компанией, скинулись, чтобы выкупить нормальную программу для археологов? Вот! В этом все и дело. Серега тоже отдал некую сумму.

— Которую не имел права тратить? — догадалась девушка. — Чужые деньги, из-за которых у твоего приятеля начались проблемы?

— Почти, — закивал дядя. — Деньги были