Забыть о девочках - Жаклин Баблиц

– Я понял. – Кори кивает. – Думаю, будет интересно, так что еще раз спасибо за такую подработку.

Он достает из пакета книгу, крутит в руках и хмурится:

– Ничего не знаю об этом авторе.

– Я тоже, – отвечает Рут.

Маленькая правда.

Или самая большая. Пока.

На следующий день Ресслер так радуется встрече, что на улице едва не сбивает Рут с ног.

– Прости! – в один голос кричат Джо с Гидеоном, пока она пытается восстановить дыхание и удержать равновесие.

Ее гигантский пес сложил свои гигантские лапы ей на плечи и будто предупреждает: не смей, слышишь, не смей меня больше оставлять.

Дядюшки явно его разбаловали, позволяя запрыгивать на себя сверху. «Этим собакам нужно показывать, кто главный», – предупреждал ее инспектор Кэнтон много лет назад. Когда она повторила это дядям, в первый раз оставляя с ними Ресслера, они посмотрели так, будто она велела им взвалить на ребенка чистку дымоходов. Теперь ей остается лишь притворно негодовать, когда Ресслер вытягивает шею и издает победный трубный рык: он ее нашел!

– Ну, – начинает Джо по дороге к парку, – вот ты и вернулась. Как чувствуешь себя?

Не как все прошло или чем занималась.

А как она себя чувствует.

– Отлично! – отвечает Рут, слегка превысив меру веселости в голосе. – Интервью с Розой прошло замечательно, и теперь у меня масса добротного материала. Как здорово, когда у тебя снова есть цель.

– Невероятно! – восклицает Гидеон, но от Рут не ускользает, как они с Джо переглядываются.

Для них она всегда будет ненадежным рассказчиком.

– Нам не терпится послушать, в чем твоя задумка, – продолжает Гидеон и предлагает любую помощь, какая ей только может потребоваться.

Без тени самолюбования он говорит Рут, что знает кое-кого, кто мог бы ей помочь с подкастом. Гидеон, как обычно, скромничает. Она видела у него фото – наверное, с благотворительного мероприятия в защиту окружающей среды, – где он стоит в компании Роберта Редфорда и Эла Гора.

Сейчас, когда дяди идут по обеим сторонам от нее, а впереди вышагивает Ресслер, настроение у Рут уже сносное. Утром жара отпустила, на небе ни облачка. Они входят в Центральный парк со стороны Девяностой Западной улицы. За спиной – знаменитые башни Эльдорадо, на фоне которых все краски непонятным образом становятся ярче.

Спустя девятнадцать лет после переезда в Нью-Йорк Рут хотя и не воспринимает определенные вещи как должное, но порой забывает любоваться ими. Сегодня она находит время, чтобы отдать должное прекрасному контрасту, который представляет флора и фауна раскинувшегося на восьмистах сорока трех акрах земли Центрального парка, этого благодатного оазиса посреди непрерывно строящегося города. Она действительно скучала по Нью-Йорку. Так приятно быть дома. И этот город – ее настоящий дом, даже если она до сих пор чувствует вину за то, как ее семья здесь оказалась.

«Она не справляется, – говорили люди с планшетами. – Вы не думали о том, чтобы сменить обстановку?»

Рут нисколько не удивляет, что Лавли так и не переехали из дома, где жила Бет. Выживать можно по-разному. Билл и Пэтти выживали, заботясь о дворике, где любила играть их дочь. Долгие годы они ухаживают за цветами и деревьями, которые видели, как она росла. У них на участке есть кормушки для птиц и домики для белок, растет клевер, который так любят олени. Они находят утешение в том, что со сменой времен года в садик Бет заходят разные дикие животные. В одном из телевизионных интервью они упомянули об этом, и у Рут перехватило дыхание. С какой нежностью Билл и Пэтти говорили о дочери. Насколько мягкими были они в своем горе.

Сегодня, когда Рут со своей маленькой компанией бредет в парке по дорожке для верховой езды, где родители учили ее кататься на лошадях, мысли ее вновь устремляются к Розе Малвэйни. Спасать диких лошадей – и отказываться покинуть место, в котором ее собственная дочь чувствует себя словно в ловушке. Рут не получала вестей от Юноны с тех пор, как та метнула последнюю стрелу – прислала ссылку на ту статью в блоге.

Остается надеяться, что Юнона просто вернулась в школу и напрочь забыла о гостье. А вот с ее матерью, Розой, дело обстоит иначе. Тут Рут пока не проработала все факты.

На переходе через Вест-драйв Джо заявляет, что хочет, а если быть точнее, то жаждет еще кофе. Их маленькая компания выходит из парка и отправляется в бар «Молочный» на Коламбус-авеню, где они заказывают латте и три куска пирога из серии «мне нельзя, но я все равно буду». Сегодня никто никуда не торопится, спешить некуда. Джо и Гидеону все равно на следующей неделе придется ехать в город на прайд-уик-энд, который, как они надеются, будет отмечен еще более масштабными гуляньями, ведь со дня на день Верховный суд должен вынести решение о равенстве браков. Рут в последнее время была так занята, что не задумывалась о том, что это значит для ее дядей. Когда твою любовь, твою семью ставят под сомнение. Без всяких объяснений она притягивает Джо и Гидеона к себе и обнимает. Ресслер на ослабленном поводке смотрит на троицу своими мудрыми, грустными глазами, а девушка за стойкой делает им кофе и улыбается. Какая же они счастливая семья.

На этот раз Рут произносит вслух:

– Как приятно быть дома!

Чтобы занять себя делом, пока полиглот Кори переводит книгу Хелен, Рут вновь начинает размышлять о Коко Уилсон. Не то чтобы она не думала о девочке, однако все эти внезапно нахлынувшие воспоминания о собственном похищении, безусловно, ее отвлекли.

Но чем обращение к прошлому помешает ей увидеть то, что происходит сейчас, если исчезновение Коко со двора собственного дома так пугающе точно воспроизводит ее собственное исчезновение? Даже случилось оно в ту же самую дату – 25 мая, в день пропавших без вести детей. Это либо ужасное совпадение, либо чья-то нездоровая шутка.

Рут совершенно не верит в совпадения. Ей кажется, для людей это способ закрывать глаза на неприятные истины. Потому-то никто и не верил, когда она рассказывала о девочках. Люди отказывались признавать наличие системы – созвездия, нависшего над Хобеном в результате исчезновений девочек, – ведь гораздо проще видеть в похищении жуткую, непредвиденную трагедию, а вовсе не обвинительный приговор жителям, их сообществу. Их мужчинам.

Похоже, теперь они все-таки начинают связывать точки воедино. На форуме «Удивительнее вымысла» создана новая ветка, где обсуждают, не стал ли Хобен геенной огненной.

«ГЕЕННА ОГНЕННАЯ РАЗВЕРЗЛАСЬ ВНОВЬ!» – так без обиняков озаглавлена эта