Женщина в библиотеке - Сулари Джентилл

Хотя Уит ни к чему не относится серьезно.

Улыбка Лорен непроизвольно становится шире, когда она произносит его имя.

— Они какое-то время были вместе, верно? — осторожно спрашиваю я.

— Да, но Кэролайн была слишком амбициозна для Уита. — Она понижает голос. — Уит немножко кобель. В «Рэг» постоянно звонили его девчонки, искали его. Иногда он притворялся, что встречается с Кэролайн, чтобы от них избавиться… Некоторые были совсем сумасшедшие.

Я не реагирую, и Лео никак меня не выдает, хотя знает, что Уит — это мой Героический Подбородок и мой друг. Я благодарна за его молчание.

— Ты знаешь имена этих девчонок?

Лорен фыркает:

— Это надо у Уита спрашивать, хотя сомневаюсь, что и он знает. Он из тех парней, за которыми постоянно бегают. Животный магнетизм, наверное, — мальчик идет домой, а за ним щенята.

— Думаешь, у Кэролайн оставались чувства к Уиту?

— Сомневаюсь… — Она замолкает и раздумывает. — Может быть. Она постоянно вытаскивала его из проблем.

— Каких проблем?

— Из глупых. Уит постоянно проворачивал какие-то махинации… его бог знает сколько раз хотели выпереть из газеты, но Кэролайн его защищала и уговаривала главного редактора дать ему еще один шанс.

— Получается, они как минимум были хорошими друзьями? — спрашиваю я, не понимая, почему Уит об этом не рассказал нам.

— Наверное. — Лорен морщится. — Я с ними особо не общалась. Кэролайн была заносчивая, а Уит вечно где-то пропадал… а нам приходилось слушать бедных девочек, которые видели в нем свою настоящую любовь.

— Не знаешь никого, кто мог бы убить Кэролайн? — спрашивает Лео. — Может, одна из этих девочек?..

— Убила Кэролайн? Ради Уита? — Лорен скептически поднимает брови. — Кто знает? Сердцу не прикажешь.

Я вздрагиваю от воспоминания: Мэриголд использовала те же самые слова. А еще мне начинает казаться, что в этом всем есть некий смысл, который может к чему-то привести.

— Лорен, в полиции с тобой это обсуждали?

— Конкретно это нет, — отвечает она, бросая на меня острый взгляд. — Они хотели знать, над чем работала Кэролайн — может быть, она раскопала историю о наркокартеле, из-за которой ее решили убить. С Уитом они тоже общались, но я сомневаюсь, что он сообщил им о том, что он ловелас, который прикрывался Кэролайн.

Сурово.

— Тебе не нравится Уит Меттерс?

Лорен пожимает плечами:

— Мне немного жаль его девчонок.

Настает моя очередь отвечать на вопросы. Рассказываю Лорен о Бу, о том, как он выглядел и говорил, каким нестабильным был, что он ночевал у Бостонской публичной библиотеки, хотя я не знаю точно где. Каина не упоминаю. Опять же, Лео наверняка это понимает, но ничего не говорит.

Лорен записывает мои слова. Они с Лео обсуждают лодочный сарай и подробности с места преступления, которое он помнит гораздо лучше, чем я.

— Так что именно ты пишешь, Лорен? — спрашивает Лео.

— Поучительную историю «из князей в грязь», — говорит она. — Шон Джейкобс, более известный как Бу, был доктором — хирургом. Начал принимать обезболивающие, что вылилось в настоящую зависимость. Потерял все, избавился от зависимости в тюрьме, но затем вернулся на скользкую дорожку и был убит на берегу реки Чарльз.

— Фредди? — Лео смотрит на меня. — Все в порядке? Ты вся бледная.

— Да… все хорошо. — Пытаюсь взять себя в руки. — Кажется, перепила кофе. — Чушь, конечно. Я могу гонять кофе литрами. Улыбаюсь. — Будет прекрасная история, Лорен. Можно и книгу написать.

Она хмурится.

— Я сама пишу только фикшен, — быстро добавляю я, чтобы она не думала, будто я пытаюсь своровать у нее идею.

Лео фыркает:

— Признаю, что статья получится славная. Грехопадение хирурга… но книга? Где любовь, где сексуальное напряжение?

Лорен смеется, и появившаяся между нами неловкость исчезает. Мы доедаем завтрак, и я стараюсь участвовать в разговоре, хотя голова забита мыслями об услышанном. Мне нужно хорошенько подумать в одиночестве, чтобы никто не смог прочитать эмоции по моему лицу.

Мы возвращаемся на площадь Кэррингтон почти в одиннадцать, и от Лео я ухожу только через полчаса, чтобы не казаться грубой или неблагодарной.

Запираю дверь, выпускаю воздух из легких, а затем снова хватаю его ртом. Шон Джейкобс был хирургом. Это он ударил Каина ножом? Вряд ли у Каина в прошлом есть два заключенных-хирурга? Может, я не права… возможно, хирурги склонны к злодейству. Может, они часто нападают на других заключенных. Но если это был Бу, почему Каин не сказал? Зачем молчать?

Варю кофе, скорее чтобы чем-то себя занять, успокоить мысли чем-то привычным. Беру японскую тетрадь, где вчера отмечала произошедшее, и возвращаюсь к записям о той ночи, когда мы с Каином встретили Шона Джейкобса. Закрываю глаза: передо мной предстает эта сцена. Каин оставался спокойным. Вряд ли он вел бы себя так, если бы знал, что стоящий перед ним человек может вонзить нож ему в спину.

Размышляю о шраме Каина. Почти ощущаю его на кончиках пальцев. Рельефный, не более двух дюймов длиной, идеально ровный. Чистая рана, точно нанесенная, зажила без инфекции. В том же самом месте, куда ударили Уита.

Качаю головой. Зачем Шону Джейкобсу нападать на Уита? Я накручиваю. Это совпадение.

Беру ноутбук и пару часов просматриваю то, что уже успела написать, исправляю опечатки, вставляю пропущенные слова и, конечно же, запятые. Так я занимаюсь чем-то полезным, что не требует особой концентрации. Отчасти это работает.

Мэриголд заглядывает часа в три.

Лицо румяное, глаза блестят, улыбка заразительная.

— Что случилось? — спрашиваю я, тоже улыбаясь. — Ты что-то выиграла?

— Ничего… всё. — Она хватает меня за руки и усаживает нас на диван.

Я смеюсь, радуясь за нее, хотя и не понимаю причины такого счастья.

— Мэриголд, что происходит?

— Помнишь, вчера мы с Уитом отправились искать Каина?

— Вы его нашли?

— Конечно нет. Мы бы позвонили.

— Слишком много радости для проваленной задачи.

— Фредди, мы с Уитом, ну… Он потом зашел ко мне.

— О.

И вдруг мы превращаемся в подростков. Мэриголд рассказывает о первом поцелуе, о ни с чем не сравнимой радости взаимных чувств, о великолепном моменте, когда мечты превращаются в реальность. И она так… так счастлива. Меня захлестывает волной ее эмоций.

— Ты и Уит?

Она энергично кивает.

— Это замечательно.

В глубине моего сознания Лорен Пенфорд рассказывает о девушках, которые звонили в газету в поисках Уита. О разбитых сердцах, которые приходилось утешать его коллегам. Но кто я такая, чтобы сеять семена сомнения, когда Мэриголд так счастлива?

Я слушаю, как она описывает каждую деталь того вечера, каждый многозначительный взгляд и каждую фразу, которые в конце концов свели их вместе. Меня притягивает ее простодушное восхищение. Мэриголд ничего не скрывает,